Курок - Пенелопа Дуглас

– Потому что ты не идиот, – выпалила девушка в ответ. – Никто не подарит твоему телу таких ощущений, как я.

Спинка кровати ударялась о стену все быстрее и быстрее. Мою голову заполнили их рык, стоны и быстрое дыхание.

– Рика, – прошептал он.

– Ты никогда не рискнешь это потерять, – поддразнила Эрика.

– Нет, – согласился парень. – Мне ничто не нужно, кроме тебя. Черт, детка.

– Я люблю тебя, Майкл, – громко прошептала она. – Всегда любила.

Они безраздельно увлеклись друг другом, а я стояла на месте, больше не морщась и не боясь того, что вмешалась в их частную жизнь. Наоборот, чувствовала все, что чувствовали парень с девушкой, и хотела большего.

Чтобы мое тело ожило и пылало от его прикосновений. Кожа к коже. Желала ощутить его дыхание, язык, рот и руки. Чтобы он покусывал мой живот и бедра.

Мне хотелось этой жажды, когда ничего другого тебе не нужно и ты скорее откажешься от еды, чем от него.

Я не хочу… тебя замарать.

– Я узнаю, что ты от меня скрываешь, – прорычал Майкл. Кровать продолжала раскачиваться.

– Попытайся.

– Мне стоит остановиться и оставить тебя в таком состоянии, черт побери.

– Нет, пожалуйста, – хныкнула Рика.

– Или, может, я просто вдоволь развлекусь, вытягивая из тебя ответы. Перевернись.

Послышался шорох – наверное, она перевернулась, – и я поняла, в какой позиции они оказались. Я такого пока не пробовала, но хотела бы. Когда-нибудь.

Ты меня не замараешь. Тебя нет. И меня нет. Есть мы. Мы.

В глазах начало жечь, подбородок задрожал. Правда, я не хотела всего этого с кем попало.

Вдруг кто-то прильнул к моей спине. Моргнув, я сглотнула подступившие слезы.

– Я должен был зайти к тебе для нашей следующей тренировки, – дразнящим тоном пробормотал Уилл, положив голову мне на плечо.

Наверху Рика с Майклом шумели все громче и активнее.

– Не волнуйся, – сказал Уилл, явно ухмыляясь. – Я им не расскажу, что ты подслушивала.

Когда я развернулась, он не дал мне уйти. От парня несло алкоголем. Он тоже еще не ложился спать?

– У тебя такое выражение на лице, – тихо, даже интимно произнес Уилл. – Ты хочешь, чтобы кто-то сделал с тобой то же самое? Или вспоминаешь, как кто-то это делал?

Это. Он имел в виду то, как трахались Майкл и Эрика.

Проскользнув мимо, я спустилась по лестнице, пересекла гостиную в направлении входной двери.

– Тебя подвезти домой? – поинтересовался Уилл.

– Ты пьян. – Я повернула ручку. – Лучше позвоню кому-нибудь.

Захлопнув дверь – мне уже было все равно, услышат ли хозяева, – я спустилась с крыльца. Дождь хлестал по плечам и кепке.

Позади дверь опять открылась. Не успев опомниться, я оказалась в объятиях сильных рук. Он накрыл мой рот своим и просунул язык внутрь.

Я закряхтела, пытаясь его оттолкнуть, и ощутила едва уловимый привкус виски. Дразня и буквально пожирая меня, Уилл ласкал мой язык своим и сжимал ладонью заднюю поверхность моей шеи, заставив подняться на носочки. Жар его дыхания просачивался в мое тело, словно сироп, от головы до пальцев ног. Во мне внезапно проснулся дикий голод.

Парень прервал поцелуй, однако из своей хватки не выпустил.

– Ты, кажется, отчаянно хочешь, чтобы тебя трахнули, – сказал он. – Если не хочешь его, это сделаю я. – Затем Уилл наклонился ко мне и прошептал почти у самых моих губ: – И я повторю свое предложение даже трезвым.

Когда он наконец-то расцепил руки, я медленно вдохнула, радуясь желанной прохладе дождя на своей пылающей коже.

– Скоро увидимся, Уинтер, – с издевкой произнес парень и вернулся в дом.

Я стояла так еще несколько секунд в ожидании, пока мое неровное дыхание не придет в норму, а затем заказала обратную поездку.

Возможно, Уилл прав. Мне двадцать один год – я достаточно взрослая и могла бы вести здоровую, активную сексуальную жизнь, но, когда это вновь случится, я хотела бы, чтобы все происходило так же, как у Эрики и Майкла. Похоже, паре нравилось играть, но эти игры зиждились на страсти и любви.

Именно любовь дарила наслаждение. К сожалению, в прошлом она была для меня неразделенной. Я могла принять предложение Уилла, лишь бы выпустить пар, только с ним ничего серьезного не получится. Мне хотелось просто с ним дружить.

Главный вопрос состоял в том, на чьей он стороне: Дэймона или моей?

* * *

Я вытащила поводок из кармана, и тяжелый металлический карабин повис вдоль ноги.

Черт, где моя собака?

– Не знаю, что вы слышали, мисс Эшби, – сказал Крэйн, войдя в фойе из задней части дома. – Кроме вас утром в доме больше никого не было. Дэймон уехал в Меридиан-Сити еще до того, как вы проснулись, а я выполнял кое-какие поручения.

Дождь огромными каплями заливал подъездную дорожку. Стоя на пороге перед открытой входной дверью, я спросила:

– А моя семья?

– Они уехали вчера после вечеринки. – Послышалось, как он открыл ящик одного из столиков и достал ключи. – Я лично отвез их в аэропорт.

– Уехали? – выпалила я. – О чем вы?

Мать и Ари улетели куда-то? Без меня?

– Да, в свадебное путешествие на Мальдивы, – сообщил Крэйн так, будто напоминал мне. – Дэймон отправил миссис Эшби и миссис Торренс туда заранее. Он должен присоединиться к ним через несколько дней.

– Подождите, значит, их уже не было, когда я вернулась домой прошлой ночью?

Голова шла кругом, я никак не могла осознать. В памяти всплывали картины нашей ссоры с Дэймоном, пока я переосмысливала все, что мы наговорили друг другу, его угрозы. А матери и сестры даже не было дома в тот момент. Его ядовитые подначки о том, что они с Ари будут делать, оказались пустыми словами. И я спала с ним под одной крышей, в полном одиночестве, без малейшей защиты родни.

– Да, мэм, – наконец, ответил мужчина.

Я стянула бейсболку и сжала в кулаке волосы на макушке, закрыв глаза. Твою мать.

Утром посторонние звуки мне не почудились. В доме был кто-то помимо меня. Несколько человек, если быть точной. Движение и шумы доносились одновременно из разных комнат. Я не боялась и не била тревогу из-за каждого тишайшего скрипа. Проклятье, я знаю, что слышала.

Плюс тот случай в туалете театра. Дэймон утверждал, что это не его рук дело. Ну а кто мог устроить все это, если не он?

– Я обыскал дом от подвала до чердака, – уверил охранник. – Но ничего не нашел.

– Можно подумать, я тебе поверю, – огрызнулась я.