Проверка чувств - Бетти Нилс

Мисс Фортескью окинула Луизу оценивающим взглядом и улыбнулась: строгое платье, ни браслетов, ни сережек.

Луиза встала.

— Я провожу вас, мисс Фортескью.

Когда за пациенткой закрылась дверь, Луиза вздохнула с облегчением: теперь они с миссис Грант и Джилли могут выпить чаю.

— Доктор понравился мисс Фортескью, но она напрасно старалась. Он был вежлив, но не более. Все же он необыкновенно красив. — Миссис Грант взглянула на Луизу. — И знает свое дело. Неудивительно, что сэр Джеймс остановил свой выбор именно на нем. Или они старые друзья?

— Может, тебе удастся его разговорить, когда вы будете завтра возвращаться? — с надеждой спросила Джилли.

— И не подумает! — отрезала миссис Грант. — Нас это не касается, Джилли. Заканчиваем чаепитие. Леди Фоллет вот-вот появится.

В этот момент доктор Гиффорд выглянул в приемную.

— Мисс Ховард, — попросил он, — зайдите, пожалуйста, ко мне.

Луиза вошла в кабинет, и доктор предложил ей сесть.

— Хочу спросить вас о леди Фоллет. В истории болезни записано, что сэр Джеймс предполагает госпитализацию. Она знает об этом?

— Нет. Сэр Джеймс написал хирургу, которого хотел бы пригласить оперировать леди Фоллет, чтобы узнать, есть ли места в его клинике. Мы пока еще не получили ответа.

— А что с мистером Тейтом? Здесь стоит вопросительный знак.

— Мистер Тейт все не может решить, начинать ему курс лечения или нет.

— Спасибо. Вы мне очень помогли, мисс Ховард.

Было уже шесть часов вечера, когда доктор Гиффорд принял последнего пациента.

— Бедняга, — сказала миссис Грант, когда они расходились по домам. — Надеюсь, о нем есть кому позаботиться.

На утро пятницы было записано всего два пациента, но они пришли впервые и потому заняли довольно много времени.

Оставив дорожную сумку в раздевалке, Луиза занялась обычными делами. Она предупредила миссис Уотс, что время от времени не будет ночевать дома, и попросила ее присмотреть за квартирой.

— Учтите, я не стала бы делать это для других, — заявила миссис Уотс. — А для вас — с удовольствием, потому что понимаю: доктору нужна ваша помощь.

Еще утром доктор Гиффорд предупредил Луизу, что они уедут в полдень, и вошел в приемную ровно в назначенное время.

— Готовы? — осведомился он. — Миссис Грант, оставляю кабинет на ваше попечение. На письменном столе адрес и номер телефона. Звоните, не стесняйтесь, если у вас возникнут проблемы.

Он взял сумку Луизы, вышел вслед за нею на улицу, помог сесть в машину и завел мотор. И все это не говоря ни слова.

Когда они выехали из города, Луиза решилась заговорить:

— Куда мы едем?

— В Хассидж, я практикую еще в четырех районах.

— Я вижу, у вас обширная практика.

— В основном в сельской местности. Но я справляюсь.

— Будем надеяться, что сэр Джеймс скоро вернется. У вас есть от него известия?

— Да.

Так как за этим последовало молчание, Луиза сказала:

— Не хотите говорить — не надо... Видно, я вам не нравлюсь. Вот и хорошо, что нам с вами работать недолго. Не со всеми можно ладить, ведь так?

Никакой реакции!

Машина свернула с шоссе на проселочную дорогу, по обе стороны которой простирались луга и поля пшеницы.

— Я не собираюсь оспаривать ваше мнение, мисс Ховард, — неожиданно заговорил доктор. — Давайте забудем о наших чувствах и сосредоточимся на деле. Я буду вам благодарен за сотрудничество.

— О! Не беспокойтесь. Нельзя допускать, чтобы сэр Джеймс, вернувшись, обнаружил хаос в делах.

В ответ доктор Гиффорд только хмыкнул.

Они свернули еще раз и вскоре приехали в Хассидж — небольшой поселок с церковью, окруженный невысокими холмами.

— Какая красота! Я никогда здесь не бывала.

Доктор снова промолчал, но Луиза и не ждала ответа. Он въехал в ворота и остановил машину перед домом, наполовину скрытым деревьями и кустарником. Агент по недвижимости назвал бы его «резиденцией джентльмена». Дом, по-видимому, неоднократно достраивался, о чем свидетельствовали окна, расположенные на разных уровнях, и множество труб на крытой черепицей крыше. Море разнообразных цветов было высажено перед домом: великолепные розы замысловатых расцветок, нарциссы, поздние тюльпаны, незабудки...

Доктор Гиффорд достал сумку Луизы из багажника и пригласил девушку в дом.

Дверь была распахнута, и взору Луизы предстал обширный холл, устланный коврами. По стенам были развешаны картины, которые она не успела рассмотреть, потому что дверь в холл открылась и навстречу им вышла крупная пожилая женщина с суровым лицом, расплывшимся в приветливой улыбке, предназначенной доктору.

— Здравствуй, Рози, — сказал доктор. — Познакомьтесь, мисс Ховард, это моя экономка. Рози, проводи мисс Ховард в ее комнату. — Обернувшись к Луизе, он добавил: — Ленч через десять минут, а потом мы будем разбирать почту.

— Почту? — удивилась Луиза.

— Я захватил с собой из Солсбери. Вы сможете ответить на письма.

Луиза не успела возразить, потому что доктор скрылся в глубине дома.

— Пойдемте со мной, мисс, — сказала Рози и повела ее наверх по дубовой лестнице. — Вот ваша комната. Не стесняйтесь, если вам что-нибудь понадобится.

Луиза оглядела комнату: светлая и просторная, она выходила окнами в большой сад позади дома. Обставлена просто, но со вкусом.

— Какая прелестная комната! — воскликнула Луиза. — Спасибо, Рози.

Экономка просияла от удовольствия.

— Прошу вас, не теряйте времени, спуститесь вниз через десять минут. Доктор — человек пунктуальный.

Ленч был накрыт в большой комнате с широко распахнутыми окнами. Обшитые панелями из светлого дуба стены, массивный буфет красного дерева и такие же стол и стулья придавали комнате торжественный вид. На полу вытертый, но явно старинный и очень дорогой ковер.

Доктор предупредительно отодвинул стул.

— Хотите ветчины? Изготовлена местным фермером.

Не видя причины отказываться, Луиза взяла кусочек ветчины и только тут почувствовала, что страшно проголодалась. Она старалась поддерживать беседу, однако без особого успеха. Доктор отвечал вежливо, но односложно, и она поняла, что он из тех, кто никогда не скажет двух слов, если можно обойтись одним.

После кофе доктор Гиффорд пригласил Луизу в кабинет. Письменный стол доктора, за которым был виден стул с высокой спинкой красного дерева, был завален бумагами и книгами. По обеим сторонам камина стояли глубокие кожаные кресла.

— Вы взяли с собой журнал записи больных? — осведомился он. — Распишите всех по часам, а пациентам сообщите, что сэр Джеймс временно в отъезде, и если они хотят попасть именно к нему, назначьте дней через десять. Вечером мы займемся анализами и другими сведениями, поступившими из лаборатории и больниц.