Здравствуй, папочка Мороз! - Амелия Борн

Но мне уже было плевать. Подхватив туфли, я бросилась к лифтам и нырнула в спасительное пространство кабинки.

А когда двери захлопнулись, скрывая меня ото всех, сползла на пол и расплакалась.

На эту работу я больше не вернулась.

Настоящее время

– Мамочка!

Рука сына потянула меня за рукав и я вынырнула из удушливых объятий воспоминаний. Переведя взгляд на сына, улыбнулась и переспросила:

– Что ты сказал, милый?

– Мамочка, дай поезд.

Митя, стоявший на стуле перед высокой елью, указал мне на елочную игрушку в коробке и я послушно протянула ему мастерски выполненную фигурку поезда из настоящего стекла. Маленький шедевр, доставшийся мне, как и еще несколько таких же старинных елочных игрушек, от бабушки. А ей – от ее бабушки…

Сегодняшний день мы решили провести с сыном вдвоем. Он совсем не хотел идти в садик после того утренника и я, понимая его чувства, не стала настаивать. Взяв отгул, посвятила этот день украшению дома к наступающим праздникам. Митя обожал наряжать елку, и с самого утра мы поехали на елочный базар, чтобы выбрать самую красивую. А теперь – вместе развешивали игрушки.

Точнее, вешал их сын, а я… а я слишком много думала о том, о чем не следовало. И почему мысли о бывшем боссе снова полезли в голову? Я почти не вспоминала о нем за прошедшие годы. Почти…

Глядя на светловолосую макушку сына, вспомнила фразу Лины – «все-таки подумай о моих словах». Господи, да о чем тут было думать? После того корпоратива я бы к боссу и на пушечный выстрел не подошла. И уж подавно не стала бы интересоваться у него, не развлекается ли он свиданиями вслепую.

Я задумчиво повертела в руках фигурку деда Мороза, которая должна была следующей украсить елку. Митя верил, что этот добрый старикан может подарить ему папу. Я вгляделась в нарисованные черты и вдруг показалось, что игрушечный дед Мороз мне лукаво улыбнулся. Мотнув головой, протянула фигурку сыну и вздрогнула, когда неожиданно раздался звонок в дверь.

– Наверно, тетя Лина пришла. Я открою, а ты аккуратнее тут. Ничего не разбей и сам не упади, – сказала Мите, направляясь к двери.

– На, звони.

Мирон протянул мне свой телефон, на экране которого уже имелся введенный номер.

– Опишешь все, что знаешь. Славка обещал попытаться выяснить, что там за такой Митя и где он живет.

Я с сомнением посмотрел на друга, но телефон взял. Потом отложил и чуть крутанулся в кресле. В последнее время я очень много размышлял о том, правильно ли поступаю.

У меня была Лайма и, в целом, довольно беззаботная жизнь. В которой все было расписано и учтено. Так что «Митя – сын Мельникова» никак в эту картину не вписывался. И вот зачем, скажите мне, стоило что-то менять?

Да хотя бы для того, чтобы разобраться и дать сыну того отца, в котором он так нуждался, – тут же подсказал внутренний голос, проснувшийся, в принципе, только сейчас.

– Чего мнешься? Звони давай! – поторопил меня Мирон.

– В том и дело, что если это сделаю, пути назад не будет, – сознался я другу.

Мирон озадаченно почесал затылок. Да-да, я знал, что меня мотает из стороны в сторону, как бабу в период пмс.

– Ну, тогда не звони, – хмыкнул он и попытался забрать свой телефон.

Я ловко перехватил его, поднялся из-за стола и подошел к окну. За ним падали хлопья снега. Такие огромные, пышные… а где-то там, в одной из квартир города сидел и ждал новогоднего чуда маленький мальчик Митя.

Вот черт, а я становлюсь сентиментальным. Не к добру.

– Ладно, была не была.

Набрав номер того самого Славки, я выдал ему скороговоркой все, что знал, а через пару минут получил заверения, что он постарается помочь.

– Милый, посмотри… мне кажется, мебель в таком стиле идеально подойдет для гостиной нашего будущего дома.

Эти слова Лаймы донеслись до меня словно бы издалека. Невестушка обрушилась на мою голову, как камнепад в Кара-Кече прямо в разгар рабочего дня, но рука не поднялась выгнать ее прямо с порога.

– Что? – рассеянно уточнил, глядя на очередные изыски в журнале, которые демонстрировала мне Лайма.

По мне, куда удобнее было выискать все в интернете, но невеста исправно покупала именно бумажные носители всего этого добра, именуемого «идеальный дизайнерский вариант для вашего дома».

– Вот, посмотри. Прованс. Немного простовато, но простота сейчас в моде.

Мазнув ничего не видящим взглядом по обозначенному выше провансу, я кивнул. Сосредоточиться на каких-то там гостиных и модных «мебелях», когда мысли мои принадлежали совсем не этому, не получалось.

– О! А детские? Я предлагаю сразу же сделать обе. Одну в нежно-розовых тонах, вторую – в голубых.

На этом моменте я воззрился на Лайму с удивлением. Не то чтобы мы не обсуждали потенциальное рождение детей, но… я считал, что этот вопрос совершенно не требует спешки. И, как мне казалось, невестушка была полностью со мной согласна.

– Ты же хочешь детей? – с притворной осторожностью отреагировала Лайма на мой взгляд.

– Вроде бы мы решили отложить рождение наследников на более поздний срок.

Невеста тут же поджала губы и сжала переносицу пальцами. Мда уж, понятно, зачем здесь организована вся эта показательная выставка интерьеров.

– Я подумала… над этим вопросом. Мне уже двадцать три. А если не получится сразу? Посоветовалась со своим врачом. Он полностью меня поддержал! Идеальный срок для того, чтобы начать готовиться к материнству!

Прекрасно. А меня вообще спросили, или я займу почетную роль быка-осеменителя?

– Вернемся к этому позже, – отрезал я. – Сейчас мне нужно работать. Прованс сам себя не купит, – не без намека я глянул на дверь, и Лайма, собрав журналы, подошла ко мне. Быстро прикоснулась к моей щеке прохладными губами, после чего направилась к выходу из кабинета.

– Я закажу на вечер еду из ресторана, – уведомила меня Лайма, задержавшись на пороге. – Мы давно не проводили время только вдвоем.

О, понятно. Кое-кто намекал, что нам бы не помешало сегодня ночью побывать в горизонтальной плоскости. Вместе.

И почему меня это совершенно не возбуждало?

Кивнув Лайме, я сделал вид, что увлечен тем, что происходило на экране ноутбука, и когда она вышла, вздохнул с облегчением.

– Ну, вот! Я же говорил! Славка точно поможет, – не без самодовольства сказал Мирон, когда я узнал адрес Мити.

– Да уж, помог.

Я взаправду не понимал, что мне делать. Сидел, пялился на бумажку, на которой записал, где же проживает этот нежданно свалившийся на меня ребенок, и не находил ответа, стоит ли мне ехать к нему прямо сейчас.