Сын маминой подруги - Виктория Осадчая

Стася оглядела скрытые в ночной темноте пейзажи и даже запаниковала. Но виду не подала, выходя из автомобиля за своими спутниками. И куда их привез водитель такси?

— А что здесь?

— Это стихия Горыныча, — со знанием заявила Аня, смотря на Золотарёву с каким-то превосходством.

Двигались они к какому-то ангару, потому что силуэт здания был внушительным на фоне звёздного неба, которое здесь было видно отчётливо. Оттуда доносились звуки музыки, рев моторов и восторженные крики людей. Девушке стало любопытно, что же тут такого интересного происходит.

Внутри здание было освещено, пусть и слабо. Основной свет давали ксеноновые фары от автомобилей, которые выполняли разворот почти перед самой кромкой, где стояли зрители.

— Господи, что тут происходит? — изумлённо Стася уставилась на открывающуюся перед ней картину. Конечно, здорово, но к железякам она относилась как-то ровно. — Тебе это нравится?

— Более того, я в этом участвую, — с какой-то гордостью заявил Горский.

Буквально через минуту его уже облепили какие-то люди, которые общались с ним словно на иностранном языке, потому что Золотарёва ничего не понимала ни в движках, о которых шла речь, ни в терминологии того, чем они тут занимались. А ещё умной себя считала, всесторонне развитой.

— Моя малышка в гараже. Я сегодня с извозчиками, — усмехнулся Горский.

— И с каких пор ты стал так осторожничать? — уточнил какой-то парень. А в руках у Макса уже появилась бутылка вискаря, из которой он сделал глоток, а потом передал другому.

— Наверное, инстинкт самосохранения проснулся. Старею, — пожал широкими плечами Горский, разведя руки в стороны.

— А это кто с тобой? — уточнил один из парней. Стася насчитала троих. Аня продолжала висеть на руке Максима, но новенькая вызвала куда больший интерес, нежели новая его подружка.

— Стася. И если что, я не с ним, — представилась девушка, правда мужских имен не запомнила. В принципе, это ей и ее было нужно. Белобрысый протянул ей бутылку, которую они распивали. Конечно, она могла бы отказаться, но видя, что Макс снова раздражается, приняла. В принципе, алкоголь ведь дезинфицирует, так что можно и с горла. Два глотка обожгли горло, девушка едва сдерживала кашель, но устояла, лишь скривилась со словами: «Как вы пьете эту дрянь?». А дрянь оказалась элитным дорогим напитком.

Вообще, Стася стараюсь ограждать себя от вредных привычек. Она могла веселиться и без алкоголя. Но иногда, очень редко, организм просил провести обряд алкогольного харакири. И тогда бокал вина, или кружка пива были лучшим средством для того, чтобы это сделать. А вот с более крепкими напитками девушка не дружила, да и не могла их пить. Вот и сейчас она почувствовала слабость во всем теле, которая начинала её парализовывать. Щеки сразу вспыхнули румянцем. А ведь она находится в совершенно незнакомом месте в незнакомой компании. Может, поэтому Макс её поступок не одобрил?

— Я хочу посмотреть, как ты гоняешь. Надеюсь, есть те, кто способен надрать тебе задницу? — обратилась она к своему спутнику.

— И не мечтай!

Наблюдать за происходящим здесь было очень прикольно. Находится в гуще ревущей толпы, чувствовать, как по венам течет адреналин, потому что зрелище начинало завораживать. Водитель должен быть просто асом, чтобы в таком ограниченном пространстве уметь управлять машиной так, будто ты для этого рождён.

Только вот пока Макс следил за происходящим на мини-трассе, его дружки спаивали потихоньку Стасю. Девушка вливалась, так сказать, в коллектив, и после второго круга выпивки из горла была приглашена уже без Горского на представление.

— Не, мужики, вы ох***ели? Мне ее родителям сдавать еще, — возмутился он, когда Золотарёва уже начала пританцовывать под орущую из колонок одного из гостевых автомобилей музыку с бутылкой в руке.

— Ты бы хоть предупредил. Я думал, что ты с Анькой, — кивнул на одну из спутниц Максима Васюков. Кажется, Анечка тоже накачивалась.

— Это родственница.

— А что ты про нее не рассказывал никогда? — поинтересовался Савенко.

— Извини, я тоже узнал, что Карина твоя сестра, когда ты мне утром в морду дал. Так что предупреждаю, чтобы не было подобных конфузов снова.

— Стратег! — с довольной миной на лице хлопнул его по плечу Васюков.

И кажется, от этой компании, которая так дурно влияла на Золотарёву, нужно было её спасать. А то ей уже так хорошо танцуется. И уходить ей не хотелось. Отбивалась всеми руками и ногами, повторяла раз за разом, что ненавидит его, что, возможно, было правдой.

— Что ты с ней возишься? — Аня застала их уже на выходе. Раскрасневшаяся и, видимо, очень расстроившаяся.

— Сгинь! — принцесса Анастасия сделала предупреждающий жест рукой, — От тебя хреново пахнет, детка! Смени духи!

И нырнула в такси, оставив Аню в недоумении хватать ртом воздух. Объясняться перед подружкой он не собирался, да и стоило ли? У таких нет гордости. Она как та попрошайка снова придет и будет делать вид, что ничего не случилось. А вот он Насти такой стервозности он не ожидал. Вот тебе и домашняя девочка.

А домашняя девочка проснулась не в своей кровати. Нет, интерьер был абсолютно ей знаком и даже любим. Тем более мимо слоненком ходила мама, хотя чаще всего она двигалась бесшумно. А тут шаги отдавались набатом в ушных перепонках.

— Сколько время? Я проспала? — подскочила девушка на диване.

— Суббота, дочь моя! Нечётная, — сообщила Надежда Ивановна, и Стася снова опустила голову на неудобную диванную подушку, прежде издав вздох облегчения. — Не благодари!

В этом году четные субботы были заняты консультацией с научным руководителем дипломной работы. По нечётным дипломной занимались самостоятельно, но Стася понимала, что сегодня организм её будет думать, как выжить от похмелья.

— Не издевайся над ребенком. Лучше дай таблетку.

— Может, опохмелиться нужно?

— Ха-ха! У меня это в первый раз, так что ты должна понять, простить и не стебать. И вообще, ты должна мне сейчас прочесть лекцию о вреде алкоголя.

— А ещё про опасные половые связи, раннюю беременность и о том, как избежать того, чтобы тебя парень на руках тащил на третий этаж, — язвила Надежда Ивановна, роясь в аптечке, чтобы облегчить страдания непутёвого чада.

— Б***дь! — выругалась Стася, закрывая глаза руками.

— Так, ребенок, не выражайся, пожалуйста, в моем доме.

В руки девушке был вручен стакан с водой и пара таблеток, которые должны были снять головную боль.

— Я бы на его месте бросила тебя у подъезда, — продолжила женщина.

— Выходит, что я накосячила и теперь ему чем-то обязана, — вздохнула Стася.

— Забудь эту глупость, — всплеснула руками её мама. — Я только что разговаривала с Кирой и она меня обидела. Так что к черту эту семейку. Не прошу, пока она смотря мне в глаза не извиниться.