Опасная девочка миллиардера - Инна Стужева

— Спасибо, — выдавливаю из себя и чувствую, что краснею.

А еще понимаю, что сжимаю свой бокал так сильно, что стекло вот-вот треснет. Пытаюсь сбросить напряжение, но не выходит. Ничего не выходит, когда этот человек рядом.

— Женя вообще молодец, — продолжает Светлана как ни в чем не бывало, — успевает одновременно и работать, и заниматься дочк…

Разжимаю пальцы.

Бокал летит вниз и разбивается с оглушительным звоном. Брызги разлетаются вокруг нас. Попадают немного на мой костюм, но в основном на костюм Бергмана.

Все вокруг будто замирает, взгляды всех присутствующих приковываются к нам.

— Ох, — слышится сразу с нескольких сторон.

— Ой, — восклицает и Светлана.

— Извините, Давид Георгиевич, — говорю ровным тоном, — случайно получилось.

Я готова выдержать минуту позора, только бы Светлана не наболтала Бергману о дочке. Вдруг понимаю, что жутко боюсь этого. Верочка только моя, а в голове все еще стоят те его слова, сказанные в кафе. Кажется, я успела заучить их наизусть.

— Боже, что же делать, — снова Светлана, возвращает нас к действительности, — Давид Георгиевич, у вас же еще выступление.

— Ничего страшного, — отвечает Бергман.

Как и я, он не двигается с места, будто не происходит ничего из ряда вон.

— Для Жени это в порядке вещей.

Если до этого мои щеки были просто красными, то сейчас они, наверное, запылали как костер.

Он ведь намекает на нашу самую первую встречу, когда я случайно налетела на него и пролила на его рубашку кофе. Он помнит?

К нам подбегает какая-то девушка и начинает суетиться вокруг.

— Ничего страшного, не волнуйтесь. Я сейчас все здесь уберу, а вас провожу, чтобы вы могли привести себя в порядок. Пройдемте.

Под взглядом всех присутствующих мы разворачиваемся и начинаем двигаться за провожатой в сторону служебных помещений. Одновременно с этим Бергман кому-то звонит и просит принести ему новый костюм.

Девушка заводит нас в просторную комнату, из которой ведут еще две двери с надписями WC и соответствующими пиктограммами.

— Вот, там уборные, с раковинами, зеркалами и феном, — обращается больше ко мне, чем к Бергману, — может, вам помочь?

— Спасибо, я справлюсь.

Захожу в нужную комнату и закрываю за собой дверь. Слава богу, здесь есть замок.

Подлетаю к зеркалу.

Так и есть, щеки такого цвета, словно я переборщила с румянами.

На светлом костюме в нескольких местах, особенно по штанинам, еле заметны россыпи брызг, но не критично. Особенно если учесть, что я уже выступила.

И чего они так переполошились? Не буду застирывать.

Просто поеду домой, а уже там, в спокойной обстановке приведу свой костюм в порядок. 

Все же провожу в помещении еще несколько минут.

Смачиваю щеки холодной водой, чтобы они приняли нормальный цвет, поправляю прическу.

С щеками ничего не выходит, так же как не удается унять повышенное сердцебиение. Ведь Он так близко, буквально в соседней комнате.

Самое лучшее, что я могу сейчас сделать это побыстрее уйти.

Пока он там переодевается, я выскользну и, никем не замеченная, поеду домой.

Осторожно подхожу к двери и прислушиваюсь.

Одно из двух. Или снаружи никого, или тут отличная звукоизоляция. Надеюсь на первое, толкаю дверь и выхожу.

И тут же замираю как вкопанная. 

Бергман стоит буквально в двух шагах от меня, в одних брюках.

В момент моего появления как раз надевает рубашку и теперь она на нем, но расстегнутая на все пуговицы.

Мне прекрасно видно его развитую грудь и прокачанные мышцы пресса.

От этого зрелища мое тело словно парализует. А еще его взгляд. Проходится сверху вниз по моему телу и обратно.

Мне становится так жарко, буквально нечем дышать.

Не знаю, как я смогу пройти мимо него сейчас.

— Давид Георгиевич, извините, я не знала…думала, вы в соседней комнате…

Он ничего не отвечает, а вместо этого начинает медленно ко мне приближаться. Мне становится страшно. Его походка похожа на походку хищника перед прыжком, что он задумал?

Я сглатываю и прислоняюсь к стене, не в силах сделать и шага.