Бесценное сокровище - Мэри Линн Бакстер

– Миссис Фрейзер, есть ли у вас хоть какие-то предположения, кто мог это сделать? – спросил офицер полиции.

Дэлтон наблюдал за Лией. Ее словно выжали: лицо побледнело, обескровленные губы сжались, под глазами пролегли тени. Дэлтон готов был своими руками оторвать голову ее обидчику.

– Пожалуй, есть, – после некоторого раздумья ответила Лия.

Полицейский, дюжий детина с большим родимым пятном на левой щеке, удивленно поднял брови:

– Вот как? И кто же это?

Этот легавый ей не верит, подумал Дэлтон, у которого чесались руки. Как он смеет? Она испугана, сбита с толку, растеряна.

Когда Лия позвонила в клуб, Дэлтон почувствовал, что она на грани истерики. Он бросил все и понесся как на пожар. У переезда ему пришлось пропускать поезд. Дэлтон проклял все на свете. Полицейские, конечно, успели приехать до него.

Прислушиваясь к расспросам, он едва удерживался, чтобы не поставить на место этого нагловатого офицера Дьюка; он едва удерживался, чтобы не сжать Лию в объятиях и не пообещать ей, что все будет хорошо. Тот, кто устроил погром в ее доме, непременно себя выдаст. Дэлтон точно не знал, кто этот негодяй, но некоторые соображения у него были.

– Итак, миссис Фрейзер, – наступал Дьюк, – кого вы подозреваете?

– Джея Ти Партриджа.

– Каковы же, по вашему мнению, его мотивы?

– Это долгая история.

– А я никуда не спешу.

Облокотившись о письменный стол, Лия закрыла глаза. Когда она наконец заговорила, ее голос звучал приглушенно, словно издалека:

– Партридж… сыщик страховой компании… он меня преследует…

– Ну, говорите же, – поторапливал Дьюк.

Лия рассказала ему об истории с пропавшими драгоценностями.

Офицер поскреб подбородок.

– Ага, припоминаю такое дело. Его до сих пор держат под контролем.

– Откуда вы знаете? – В глазах Лии мелькнул ужас.

– Видел папку на столе у шефа.

– О Боже мой, – прошептала Лия, ища глазами Дэлтона.

– Стало быть, дело не закрыто, но сейчас речь о другом. – Дьюк прокашлялся. – По-вашему, это безобразие учинил сыщик?

– Да, без сомнения, – твердо ответила Лия.

Дьюк повернулся к Дэлтону:

– Так, теперь разберемся с вами. Какое вы имеете отношение к данному событию?

«Ах ты, наглая морда, еще и нос суешь, куда не следует», – подумал Дэлтон, но вслух сухо сказал:

– Миссис Фрейзер у меня работает.

– Вы тоже знакомы с этим Партриджем?

– А как же! Я чуть не свернул ему башку, когда он явился ко мне в офис и угрожал миссис Фрейзер.

Брови офицера поползли еще выше.

– Значит, вы считаете, что он перевернул здесь все вверх дном в поисках краденого?

– Не исключено. – Дэлтон покосился на Лию.

Она поймала его взгляд, но тут же перевела глаза на офицера:

– Я бы сказала, это факт. – Ее голос заметно дрожал.

– Ну, мы с ним, конечно, встретимся, надо послушать, что он скажет. А вы будьте поосторожнее. Хотите, я пришлю нашего агента в штатском, чтобы он подежурил у дома?

Лия скривила губы:

– Думаю… в этом нет необходимости. Если Партриджа вызовут в полицию, у него душа уйдет в пятки от страха.

– Нет, я не согласен, – резко возразил Дэлтон, но, повернувшись к Лии, смягчил свой тон. – Пусть они пришлют кого-нибудь на пару дней, это не повредит, хотя я думаю, что этот подонок в ближайшее время не объявится.

Дьюк пожал плечами, переводя взгляд с Лии на Дэлтона:

– Решайте сами, как лучше.

– Ну хорошо, – сдалась Лия.

У нее горели щеки, глаза наполнились слезами. Дэлтон боялся дотронуться до нее, чтобы не произошло взрыва.

Офицер задал еще несколько вопросов, а потом ушел, осторожно прикрыв за собой дверь. Лия стояла неподвижно, сложив руки на груди. Дэлтон стиснул зубы, но не выдержал и заговорил первым:

– Тебе не следовало входить в дом.

Ее глаза вспыхнули вызывающими огоньками:

– Это еще почему?

Дэлтон помрачнел еще больше:

– Ты прекрасно знаешь почему. Этот мерзавец мог быть в какой-нибудь из комнат.

– Однако его там не было.

– В этот раз – не было. Но ты должна сделать выводы на будущее.

Лия крепче обхватила себя за плечи.

– Если ты намерен меня отчитывать, то лучше уходи.

– Черт возьми, Лия, неужели ты ничего не поняла? Ведь у него в руках был нож, которым он кромсал мебель. Мне делается жутко от одной мысли, что этот нож мог вонзиться в тебя.

– Прекрати немедленно! – Лия зажала уши. – Мне и так плохо, а ты еще… У меня… больше нет сил! – Ее затрясло.

У Дэлтона бешено стучало сердце. Не осознавая, что делает, он подался вперед и приблизился почти вплотную к Лие, но не решался к ней притронуться.

– Господи, Лия, да что же это такое? Неужели я довел тебя до слез? – Он был совершенно убит.

Лия подняла на него широко раскрытые глаза. Ее губы увлажнились, вьющиеся волосы прилипали к мокрому от слез лицу. Дэлтону показалось, что он никогда не видел ее такой прекрасной.

– Мне… так страшно, – прошептала она.

Дэлтон никак не ожидал того, что последовало за этими словами: Лия сама прикоснулась к нему – вытянув руки, она дотронулась пальцами до его плеча.

Бог свидетель, Дэлтон боролся с собой как мог, но она сама сделала первый шаг. Позднее он так и не сумел вспомнить, как все произошло; он помнил только, что они стояли крепко обнявшись и сгорая от нетерпения.

Пальцы Лии впились ему в спину, Дэлтон жадно искал ее рот своими горячими губами. Его руки нашли застежку-молнию на платье Лии. Платье легко скользнуло вниз, до талии, открыв изумительную высокую грудь.

Нежно лаская тугие соски, Дэлтон чувствовал тот же внутренний жар, который сжигал его в ту ночь, когда они вместе укладывали Коти в постель после больницы. Он не хотел верить, что это нечто большее, чем простое влечение. Однако непрошеные мысли не оставляли его и сейчас. Любовь? Неужели он впервые в жизни полюбил? Нет, убеждал он себя. Такое невозможно. Любовь – не для него.

Дэлтон не мог больше сдерживать охватившую его страсть.

– Я хочу тебя, – прошептал он, отрываясь от ее губ, – прямо сейчас…