Законы высшего общества - Арина Холина

Он притащил ее в «Би2». Хорошо хоть, не в «Точку»! Здорово бы она там смотрелась!

«Аукцион» отлично выступил — Настя никак не могла разлюбить их вот уже лет сто, Ваня заставил ее принять участие в извращенной пляске, в общем, все было расчудесно, пока они не перебрались в «Че» и не столкнулись с прошлым во всей красе.

Судьбоносная встреча. Настя, вырвавшись от Вани, который не отпускал ее с танцпола, вышла на улицу покурить, спряталась за углом и обнаружила там Максима.

— Ой! — вздрогнула она. — Я думала, ты маньяк! Что ты здесь прячешься?

— Тсс… — Макс приложил палец к губам. — Я вроде как бросил курить…

— Но ты же куришь! — усмехнулась Настя.

— Курю, но Маша этого не знает.

Естественно, в голове у Насти возник миллион мыслей, но высказала она лишь одну:

— Вот как?

— Ну, это неплохо, дома я не курю…

— А матом ты тоже больше не выражаешься? — поинтересовалась Настя.

— В смысле?

— На моей памяти Маша при слове «…й» покрывалась язвами.

Его тайный сад. Спрятаться, покурить, выругаться от души. Это и есть счастье?

— А с Галей ты встречаешься? — спросила Настя.

— В каком смысле? — насторожился Макс.

— В обычном! — Настя всплеснула руками.

— Иногда, — он пожал плечами. — С ней трудно — она так серьезно воспринимает эти свои романы…

— А ты свои романы воспринимаешь несерьезно?

— Настя, ну ты же понимаешь! То, что делает Галя, — это макулатура…

— Между прочим, ее макулатура неплохо продается! — возразила она.

— Героин тоже неплохо продается! — парировал Макс.

— Я думала, ты за нее радуешься… — Настя сбавила обороты.

— С одной стороны, — пояснил Макс. — Знаешь, просто… Когда великий артист работает дворником, ему все сочувствуют: как же так, человек угробил свой талант! А когда дворник работает «великим артистом» — поет, ведет шоу по телевидению, никто в ужас не приходит! А надо бы!

— То есть ты вот так думаешь?

— А что тут думать? — фыркнул он и бросил окурок на пол.

Через день Настя с Галей поехали примерять наряды для премьеры.

— Я тут Макса встретила, — призналась Настя.

— Да ты что? И я! — воскликнула Галя. — Знаешь, что он о тебе сказал?

— Что?

— Что ты всегда играешь одну и ту же роль — саму себя, и в жизни, и в кино! Что ты — актриса одного амплуа! Сука он, да?

— Галь… — Настя нахмурилась. — Давай уравняем счет, и я выдам, что он сказал о тебе?

— А это очень противно?

— Ну, в общем-то да, — кивнула Настя.

— Валяй!

Пока Настя пересказывала разговор с Максимом, Галя сжимала кулаки.

— То есть вот такой он умник? — возмущалась она. — Ничего… Мы его размажем!

— Он просто избалованный свиненыш, который топчет игрушки за то, что они его больше не радуют, — Настя передернула плечами. — Хотя, не скрою, мне очень хочется подкрасться и написать баллончиком у него на машине что-нибудь изящное, типа «…дак»!

— А это идея… — жаждущая мести Галя осеклась, встретившись глазами с Настей.

— Мы не просто суки, Галя, — сказала та. — Мы с тобой рафинированные, изощренные суки. Мы грохнем его из его же оружия. Я ведь не играю одну и ту же роль?

— А я тогда дворник, что ли? — хмыкнула Галя. — Тебе ничего убрать не надо? Посуда чистая? Белье постирано?

Возвратившись домой, Настя выпила одним махом полпузыря «Новопассита». Мрачные мысли о том, что она ничуть не лучше Максима, пожирали ее изнутри.

Ну, как она могла?..

Осталось два дня. Может, сбежать?

Причин хватает. Во-первых, Галя. Во-вторых, фильм.

Прежде она тоже волновалась, не спала ночи, но если раньше Настя была с самого начала уверена в том, что делает нечто осмысленное, то эта история с романом Гали с первого дня была одним большим спазмом, который до сих пор пульсировал тихой ноющей болью.

Галя, конечно, не гений. Но она уже выпустила вторую книгу, и эту книгу покупают. В обществе, конечно, Галю никто не читал, но провинция в очередь выстраивалась.

Настя не удивится, если через определенное время Галя будет популярнее ее однофамилицы, Татьяны Устиновой.

И Насте даже хотелось этого. Хотелось утереть Максиму нос.

Амплуа? Актриса одной роли?

Ах он гад!..

Ничтожный сплетник! Осталось только дать интервью «Комсомольской правде»: «Устинова не любит оральный секс!»

Ну, да. Не любит. То есть не то чтобы не любит, но особого вдохновения он у нее не вызывает.

В сексе Настя — примитив. Никаких актов на пианино, в лифте, в позе (фу!) шестьдесят девять.

Ей нравился самый обычный секс, и она даже гордилась тем, что это не приелось, ей не требовалось возбуждать интерес к древнейшему занятию.

А Максиму, видимо, нравится секс с женщинами в жутких красных прозрачных сорочках. Может, он еще и ролевые игры уважает?

Представив Машу в красной шапке и фартучке с оборками, а Макса — в маске серого волка, Настя расхохоталась.

Фи!

Как все-таки странно устроена жизнь! Вот сейчас Макс — сволочь. Вчера она его любила. Без нее он бы до сих пор писал рассказы для сайта «Литпром». Но и она ведь без него мало того, что снимала бы эти свои сериалы «про любовь и страсть», так еще бы и не получила хороший куш от Антона!

От Антона, который завтра же прикажет охране поймать ее, привязать к ногам гантели и пустить в вольное плавание по Москве-реке.

Охо-хо…

Или все-таки скрыться, снять домик в Алгавре — и не одну из этих новых вилл, а самый настоящий деревенский дом, и жить там поживать, пока все не уляжется?

У нее же до черта денег. Боря, кстати, недавно звонил. Прислал роскошный букет — слишком роскошный — и корзину с деликатесами.

Приятно, да.

Лучше бы прислал драгоценность, но и сыр с шоколадом сойдет.

Надо Ваню и секс. Много-много секса, это успокаивает. Хотя после «Новопассита» лучший секс — детектив Рекса Стаута, но она сильная, она справится. Через «не хочу». Стаут — это бегство, Ваня — реальность.

Бежать ей на самом деле некуда, потому что, увы, как это ни пошло, от себя не убежишь. Ни в какую Португалию.

Так что завтра она примет на ночь снотворное, чтобы утром прилично выглядеть, соберет по сусекам все свое мужество и сделает это.

Покажет всем, какая она мстительная, злопамятная засранка.