Жена по принуждению - Алиса Ковалевская

Подался к ней, но эта сука была настороже. Подняла пистолет, и дуло чуть ли не ткнулось мне в грудь. Палец её опасно дрогнул, Майя потихоньку заскулила. До меня донёсся короткий шумный вдох Миры.

– Я не откажусь от своей дочери.

– Придётся, – она подтолкнула ко мне документы. – Придётся, Яков. А если нет… – погладила курок, немного прищурилась, и её голубые глаза заблестели инеем. – Если нет, – понизила голос, – я выстрелю.

– Давай, – не сводя с неё взгляда. – Ну, давай, – небольшой шаг к ней.

На её губах заиграла недобрая усмешка.

– Не так просто, – усмешка резко пропала. Голос превратился в шипение. – Я выстрелю не в тебя, – пистолет на Мирославу. – Выбирай, Яков. Либо я ухожу со своей дочерью, а у тебя остаётся твоя шлюха. В целости остаётся, – многозначительная пауза. – Либо…

– Ты не сделаешь этого, – старался говорить спокойно, хотя у самого кровь в висках стучала набатом.

Лариса промолчала. Слишком многозначительно. Никаких слов, только чёрный ствол в её руках и совершенная непроницаемость красивого лица.

– Проверим? – очень тихо, с убийственным спокойствием, заставившим кровь в венах застыть.

В памяти пронёсся момент, когда сопровождавшая нас машина с охраной взлетела на воздух. Она знала, что мы едем следом, что с нами Майя. Вот же… Я быстро посмотрел на документы. На бывшую жену.

– Подписывай, – процедила она.

Я колебался. Как быстро Рихард сумеет обнулить это дерьмо? Далеко Лариса не уйдёт. Но, чёрт возьми, нельзя, чтобы она взяла с собой Пчёлку. Мало ли…

– А ну иди сюда, – она вдруг схватила Мирославу за руку. От неожиданности та вскрикнула. Лара подтолкнула её к раковине и нацелилась. Секунда, и тарелки, стоящие рядом в сушилке, разлетелись на осколки.

– Следующая пуля её, – тяжело дыша, пригрозила Лара. – Подписывай бумаги, Серебряков.

– Папа, – Майя зарыдала.

Больше не думая, я поставил размашистую подпись на листе. Только мельком пробежался по первым строкам.

Майя кричала, плакала. Когда всё это кончится, я не просто засуну эту суку в лечебницу – она у меня сгниёт там.

Дождавшись, когда на всех листах появится моя подпись, Лариса сгребла со стола бумаги.

– Вот и молодец, – свернула бумаги одной рукой и убрала в карман. – Сейчас я уйду со своей дочерью, – нарушила повисшую тишину Лариса. – Уйду, Яков. И ты ничего не сделаешь. Нарожаешь себе от своей шлюхи, сколько захочешь.

– Успокойся, Лариса.

– Я спокойна, Яков. Успокоиться надо тебе. Мы с Майей уходим, – схватила её за руку. – И только попробуй нас остановить. Я… – качнула пистолетом. – Я пущу в неё пулю. Думаешь, нет? М-м?

Уверен в этом я уже не был. Лариса подтянула Майю к себе. Дико нежным в этот момент движением провела по её волосам. Я увидел, как трясутся её пальцы. Но это не успокоило дочь. Напротив, она заплакала ещё сильнее.

– Мама, прекрати, – прохныкала она. – Мама! Зачем тебе пистолет? Папа же…

– Замолчи! – прижала её к ноге.

Руки Ларисы затряслись сильнее, в глазах вдруг появились слёзы. На секунду она опустила пистолет, но не успел я выдохнуть, опять навела его на Мирославу. Приоткрыла губы и прицелилась в меня.

– Я тебя пристрелю, – дрожали не только её руки, но и голос, – ясно?! Как шелудивую дворнягу пристрелю! Всё из-за тебя! Всё это из-за тебя! – с неприкрытой ненавистью. – А мы начнём новую жизнь. И тебя в ней не будет, – голос стал почти не слышен и тут же снова зазвучал звонко: – Не будет. Мы забудем про тебя, понял?!

– Я к папе хочу, – Майя попыталась убежать. Лариса ухватила её за свитер, подтянула, впилась пальцами, как клешнями.

– Мы забудем! Ты никто! Никто! Ты не получишь мою девочку, – сделала шаг к двери, крепко держа Майю. Пчёлка обернулась, но Лара толкнула её к двери. – Иди. Иди, Майя, я догоню тебя.

Майя глянула на меня, как будто хотела убедиться, что должна поступать так, как говорит мать. Я кивнул. Сейчас было лучше не спорить. Лара крепко, до белизны костяшек сжимала пистолет.

– Лариса, ты…

– Заткнись! – закричала, стоило мне сделать попытку приблизиться.

Нужно было забрать у неё пушку, пока она не наделала глупостей.

– Не приближайся! – лицо её исказилось, губы задрожали. – Оставь мне Майю! Оставь мне её! Один ребёнок, другой… Какая тебе разница?!! – нервное движение рукой, ещё шаг к двери. – Ненавижу… Как же я тебя ненавижу, – сквозь зубы. – Ты больше никогда не увидишь её. Запомни это, Серебряков. Запомни этот момент и живи с ним!

– Сука, – хотел схватить её, но она отпрянула. Покачала головой, посмотрев на меня со смесью презрения, жалости и ярости.

– Ты, ты во всём виноват. Я же… я любила тебя, Яков… я, – мотнула головой, всхлипнула нервно, громко. – Ненавижу…

Палец её скользнул на курок. Она прицелилась мне в грудь, а потом…

– Гори в Аду! – закричала одновременно с оглушительным выстрелом.

Глава 56

Мирослава

Всё случилось слишком быстро. Всего на мгновение я встретилась взглядом с бывшей женой Якова, но этого оказалось достаточно, чтобы понять – она не остановится. И дело не в отчаянии, не в мести и не в ненависти: во всём сразу.

Лариса прицелилась в грудь Якова, и моё собственное сердце остановилось. Не чувствуя под собой пола, я бросилась было к ней.

– Гори в Аду! – закричала она, переведя дуло прямо на меня. Крик разрезал воздух с оглушительным выстрелом. Я не успела подумать ни о собственной жизни, ни о маме. Только об одном: так не должно быть. Ждала, что станет больно, но больно не стало.

– Яков! – закричала я. – Яков!

Только что он стоял рядом, а теперь… Кинулась к нему.

Предназначенная мне пуля попала в него. Всё, что я понимала – он закрыл меня собой.

Он схватился за стену, отшвырнул меня в угол. Лариса… Подняла голову, но его бывшей жены уже не было. Секунда, и я услышала хлопок двери.

– Эта сука заперла