Любить того, кто рядом - Эмили Гиффин

— Тебе виднее, — отвечает моя неуемная сестрица. Я вздыхаю.

— Это лучше, чем то, что было с Лео.

— А что было с Лео?

— С Лео была катастрофа, — отвечаю я. — Нервотрепка. Сплошная неизвестность. Одним словом, совсем не то, что сейчас.

— А в чем разница-то? — продолжает допрос Сюзанна.

Осторожно беру чашку, открываю дверь и усаживаюсь с кофе на верхнюю ступеньку ведущей в сад лестницы. Прижимая трубку к уху, обдумываю ответ. Каждый раз, когда я пытаюсь подобным образом проанализировать свои чувства, возникает неприятное ощущение, будто я невольно поощряю сравнение не в пользу Энди. Неизменно выходит, будто я сравниваю страсть и платоническую любовь. На деле же — ничего подобного! Например, вчера вечером мы с Энди занимались любовью — и как занимались! — причем по моей инициативе. Чувство вины или пресловутая супружеской обязанность тут ни при чем, просто Энди был абсолютно неотразим — он растянулся на кровати в одних боксерах. Я целовала и целовала его рельефный, поджарый, как у подростка, живот, вдоль той линии, где на коже кончается загар, — пока Энди и сам не включился в игру. На ум приходили постоянные женские жалобы — дескать, мужья вечно пренебрегают прелюдией. Но не таков мой Энди!

— Эй, Эллен, — возвращает меня к действительности голос Сюзанны.

— Я здесь, — откликаюсь я, вглядываясь в глубину сада. Еще и девяти нет, а солнце уже так и печет. Слишком жарко для кофе. Мне хватает одного глотка — остальное я медленно выливаю на взрыхленную грядку.

— Так в чем все-таки разница? — вопрошает Сюзанна. Как будто сама не догадывается, в чем. Все женщины знают разницу между тем, за кого выходишь замуж, и тем, за кого не сумела выйти.

Я пытаюсь подыскать подходящую аналогию.

— Это как… горы и морское побережье, — в отчаянии рыдаю я.

— Ну и кто же мистер Побережье? — ехидно спрашивает Сюзанна. В трубке слышны сигналы автопогрузчиков и объявления о посадке на какой-то неведомый рейс.

Я испытываю внезапное желание оказаться на ее месте — в аэропорту, на пути куда угодно, все равно куда. Первый раз в жизни я завидую работе Сюзанны — ее физической свободе, постоянному движению. Должно быть, из-за этого она и не желает расставаться с работой, которую частенько поругивает, называя себя официанткой, только без чаевых.

— Энди, — отвечаю я, глядя на обезображенное жарой небо. Голубизна словно начисто вылиняла, оставив одну бесцветную пустоту. — Энди — мой солнечный день, лазурная гладь и бокал вина.

Я улыбаюсь. На душе немедленно стало весело, как только я представила, как мы с Энди загораем где-нибудь на пляже. Может, все, что нам нужно, — отпуск на двоих где-нибудь подальше от суеты? Может, вместо того чтобы улетать от Энди, мне следует улететь вместе с Энди? Но в глубине души я знаю — наши проблемы не испарятся под ласковым солнцем и не улетят с прибрежным бризом.

— Хорошо, а Лео? — спрашивает Сюзанна.

— Лео… — задумчиво тяну я, и сердце начинает биться помимо воли. — Лео — это когда горная тропа под ногами все круче и круче, моросит холодный дождь, сгущаются зловещие сумерки. Вдобавок хочется есть и хотя бы приблизительно знать, где находишься.

Мы дружно хохочем.

— Спору нет, пляж лучше, — говорит она, отсмеявшись.

— Еще как лучше, — вздыхаю я.

— Тогда какие проблемы?

— Дело в том, что мне там нравится — там, где сумрачно и тихо, таинственно шепчутся деревья, а когда смотришь с дикой высоты вниз в долину…

— …можно сдохнуть от восторга, — заканчивает за меня Сюзанна.

— Да.

Перед глазами стоят мускулистые руки Лео, его мощные плечи, его характерная походка, когда он в своих вечных потертых джинсах уверенно идет впереди, как будто решает все за тебя.

— Сдохнуть определенно можно, — заключаю я.

— Ну так лезь в горы и любуйся видами, — говорит она.

— Ты думаешь? — нерешительно переспрашиваю я. Пусть по крайней мере объяснит, что можно, а что нельзя.

Вместо подробных инструкций Сюзанна дает следующий совет:

— Только не подходи близко к пропасти.

Я нервно хихикаю — она шутит, но мне не особенно смешно.

— В крайнем случае — прыгай, — говорит она.

Ничего не помогает — ни предупреждения Сюзанны, ни собственные благие намерения держать Лео на расстоянии вытянутой руки. По мере того, как приближается дата поездки, я оказываюсь все ближе и ближе к краю пропасти. И вот я уже втянута в орбиту: электронные письма «по делу» постепенно сменяются письмами «просто так», а они, в свою очередь, сменяются флиртом по телефону — бесчисленными сообщениями и звонками. Кончается тем, что я, как в старые (недобрые) времена, совершенно одержима Лео и при этом изо всех сил стараюсь убедить себя, что нисколько не одержима, что сейчас не старые недобрые времена.

И вот до отъезда остается всего день. На этот день Марго назначила вечеринку в честь своего будущего младенца, а этого события я ждала с некоторым напряжением, если не сказать — страхом. У меня и раньше были основания опасаться, что эта дура Джинни захватит подготовку вечеринки в свои руки и превратит ее из дружеских посиделок в некое важное и торжественное мероприятие. А теперь, накануне отъезда, мне и подавно не терпится разделаться с этим нудным делом побыстрее и улететь в Нью-Йорк. Там мы с Лео возобновим, наконец начатый во время ночного перелета разговор и докопаемся до сути. Какой бы эта суть ни оказалась.

Энди только что ушел играть в гольф, я чмокнула его на прощание и сладко потягиваюсь в постели. Звонит сотовый, он вибрирует так сильно, что рискует свалиться с ночного столика. Надеюсь, это Лео — я уже успела впасть в зависимость, и теперь каждое утро мне нужна новая доза. К моей радости, на дисплее высвечивается его имя.

— Алло, — откликаюсь я счастливым сонным голосом. Нескольких миллисекунд предвосхищения его ответа оказывается достаточно, чтобы заставить кровь быстрее бежать по жилам.

— Привет. Одна?

Голос Лео тоже еще хрипловат спросонья. Интересно, в сотый раз пытаюсь вычислить я, у него есть кто-нибудь? Судя по тому, что он несколько раз без предупреждения бросал трубку, Лео живет с подружкой. При мысли об этом собственница во мне впадает в ревнивую ярость; с другой стороны, теперь мы на равных — Лео есть что терять. Сознание того, что он тоже рискует, несколько успокаивает.

— Чем занимаешься? — спрашивает он.

— Да так, ничем. Валяюсь в постели и думаю.

— О чем?

Правдивый ответ будет слишком смахивать на признание, ну да ладно, скажу.

— О завтрашнем дне. О тебе… — Душу переполняет смесь радостного волнения и страха.

— Надо же, какое совпадение! — Голос хитрый, но я чувствую, что Лео не лукавит. — Жду не дождусь, когда тебя увижу, Эллен.