Шелковые нити - Патриция Райан

– Мистрис…

– Нет, позвольте мне закончить. Пожалуйста. Признаться, я чувствую себя довольно глупо из-за того, что скрывала это от вас… и немного стыжусь своего поведения.

– Вам нечего…

– Я позволила вам думать, что я замужняя женщина, но это не так. Я вдова. Мой муж… умер в прошлом году в Генуе.

– Я знаю.

Джоанна изумленно уставилась на него.

– И давно?

– Со дня ярмарки.

– В Смитфилде? – уточнила она. Грэм кивнул.

– Вы знали об этом и молчали? – К гневным ноткам в ее голосе добавилось недоверие. – Целый месяц?

– Мистрис, – успокаивающе произнес Грэм, чувствуя, что, если он сделает сейчас неверный ход, пути назад не будет. – Я прекрасно понимаю, что заставило вас…

– Как вы могли вести себя как ни в чем не бывало, зная правду? – осведомилась Джоанна дрожащим от негодования голосом.

– Мистрис, пожалуйста…

– Вы знали. – Глаза ее сверкали, на щеках горел румянец. – Все это время.

Грэм крепче сжал ее руку.

– Выслушайте меня, пожалуйста.

– Я чувствую себя какой-то дурочкой. Я не могу оставаться здесь, не могу. – Она выдернула свою руку и встала. – Спокойной ночи, сержант.

– Постойте! – Грэм схватил ее за талию обеими руками. – Не уходите. Пожалуйста…

– Пустите меня! – яростно воскликнула Джоанна, пытаясь отцепить его руки. – Я достаточно унижена. Позвольте мне уйти…

– Джоанна…

– Уберите руки! – Она стукнула его кулаками по предплечьям.

Грэм убрал руки и, опершись о стол, неуклюже поднялся на ноги.

– Джоанна, останьтесь. Я всего лишь хочу…

– Оставьте меня в покое. – Она попыталась уйти, но он схватил ее за локоть. Джоанна вывернулась из его хватки и повернулась к нему спиной.

– Джоанна! – Стоя на одной ноге в тесном пространстве между столом и скамьей, Грэм покачнулся и, пытаясь устоять, схватил ее за плечи. В пылу схватки халат сполз с ее плеча, и он ощутил под рукой обнаженную плоть, теплую, упругую и влажную от испарины.

Резко обернувшись, Джоанна набросилась на него с кулаками. Один удар пришелся ему в грудь, другой в плечо. Это были не слишком сильные удары, но их оказалось достаточно, чтобы Грэм потерял равновесие.

Он повалился на пол, опрокинув скамью, и приземлился сверху. Чертыхаясь от боли, он скатился со скамьи и обхватил сломанную ногу обеими руками.

– Грэм! – Джоанна упала рядом с ним на колени, окутав его пышной массой своих волос, и осторожно коснулась лубков на его ноге. Несмотря на боль, Грэм с удовлетворением отметил, что она назвала его по имени. – О Боже, извините!

Он кивнул, стиснув зубы, вытянул ногу и попытался сесть.

– Слава Богу, – сказала она. – Я… я не хотела причинять вам боль. Я никогда не пускала в ход кулаки. Не знаю, что на меня нашло. Я… я лучше пойду. – Она стала подниматься на ноги.

– Не уходите. – Грэм обхватил ее за талию и бросил на устилавший пол тростник.

Негодующе ахнув, она попыталась сесть, но Грэм снова уложил ее на пол, нажав на плечи. Джоанна попыталась вывернуться из-под него, но он навис над ней, удерживая на месте.

– Пустите меня! – Она ерзала и извивалась, упираясь руками ему в грудь. – Слезьте с меня!

– И не подумаю. – Он обхватил ее запястья и прижал их к золотистому облаку ее волос, разметавшихся по тростнику, но Джоанна продолжала вырываться, отчаянно пытаясь скинуть его с себя.

Ее халат еще больше сбился, обнажив верхнюю часть груди. С каждым вздохом, с каждым ее движением тонкий шелк грозил соскользнуть с кремовых округлостей и открыть его взору то, что он видел только в своем горячечном воображении.

Желание опалило его чресла, но Джоанна в пылу схватки, казалось, ничего не замечала.

– Джоанна, прекратите, – произнес Грэм, пытаясь поймать ее яростный взгляд сквозь пряди волос, упавшие ему на лицо. – Прекратите…

– Почему? – крикнула она. – Почему вы не сказали мне, что знаете, что я вдова?

– Я ждал, – мягко отозвался он, глядя ей в глаза, – пока вы скажете мне сами.