Ангел-мечтатель - Ирина Буря

Несмотря на полную невидимость тела, зверьки его учуяли — вскинув головы в его сторону и угрожающе заворчав. Лилит, возле которой они, как всегда, устроились, рассеянно подняла руку и почесала одного из них за настороженно наставленными ушами. Первый тоже не шевелился, замерев в нескольких шагах от нее — и зверьки постепенно успокоились, опустив головы на вытянутые перед собой лапы и прикрыв глаза.

Вокруг них снова повисла тишина. И темнота — даже как будто потеряв счет времени в макете, Первый каким-то образом снова очутился на планете ночью. И отнюдь не только для проверки тела, как вдруг кристально ясно понял он. Где-то в самой глубине своего сознания он надеялся снова услышать ее зов и явиться ей воочию. Чтобы попрощаться. И сообщить, что ее тугодум уже практически в пути. К ней. Может, она снова ему, Первому, на радостях на шею бросится. Чтобы снова утопить его в своей ликующей полноте жизни. В последний раз.

Но она сидела, обхватив колени руками и закинув голову к звездам — и молчала. Только переводила взгляд с одной светящейся в небе точки на другую с выражением полной отрешенности на лице. Больше ничего в ней разглядеть он не смог — никаких пышных украшений на ней не было, но она почему-то надела его брошенную в поспешном бегстве тунику, полностью скрывшую ее фигуру.

Ну вот, похоже, она уже полностью освоилась и помощь ей больше не нужна, подумал он, старательно обшаривая закоулки своего сознания в поисках удовольствия от этой мысли. Получалось не очень. Он решил задержаться, пока она не заснет — чтобы как можно лучше запомнить это светящееся в звездной ночи лицо.

Лилит просидела до самого утра — пока в светлеющем небе не растаяла последняя звезда. И только затем опустилась на землю — прямо там, где сидела и уткнувшись лицом в согнутую в локте руку.

Первый вернулся к себе в башню, так и не найдя в душе ни удовольствия, ни удовлетворения. Он создал слишком сложный мир даже для пары первородных. Взвалить его на плечи одного из них, причем более слабого … Он вспомнил руки Лилит, дрожащие под тяжестью плодов …

Нет, сегодня баланс будет восстановлен, две созданные друг для друга половины соединятся, сообразительность дополнится физической силой и под непосильный для хрупкого совершенства груз будет подставлено надежное плечо. Даже если придется гнать это плечо к совершенству пинками.

Сегодня он не будет осторожничать и деликатничать. Сегодня он покажет этой постоянно валяющейся на земле бестолочи Лилит, бродящую в макете с выражением острого любопытства на лице, затем — пошагово и по несколько раз — дорогу, ведущую от водоема к его башне, затем — снова Лилит, замершую в ожидании чуда на границе макета, и напоследок — самый впечатляющий ее образ: шедевр творения, выходящий из необъятных водных просторов …

Первый выбрал самый короткий путь к обычному лежбищу ее тупоголового спутника. Чтобы как можно быстрее выполнить свой долг. И чтобы не передумать. И пошел он по нему широким, размашистым шагом, не слишком заботясь о скрытности, которую ему вполне уже обеспечивало новое тело …

… и замер, как вкопанный, на самом краю поляны с водоемом.

Глава 7.6

Первородный, конечно, оказался именно там, где он и ожидал его увидеть. И даже в той же самой, неизменной своей позе. Но он был там не один.

У Первого мелькнула шальная мысль, что от необычной физической нагрузки у него в глазах двоиться начало — до такой степени второе существо походило на первородного: те же золотистые кудри, правильные черты лица и выражение полного довольства на нем.

И все же они не были полностью идентичны — как будто кто-то попытался копию с его эскиза сделать. Волосы у второго существа были существенно длиннее, плечи уже, руки и ноги меньше, овальное лицо заострялось к подбородку и казалось почти прозрачным — крепкий здоровый румянец первородного словно светился на этом лице изнутри.

И это определенно была его пара — на что однозначно указывали ее формы. Весьма далекие от совершенства, с точки зрения Первого. Если бы перед ним поставили задачу создать сходную версию обитателей какого-то мира, он бы никогда не наделил первородную такими широкими бедрами, тяжелой грудью и вообще чрезмерными, непропорциональными излишками плоти. Не говоря уже о выражении немого обожания, с которым это существо взирало на его первородного, сидя возле его развалившейся, как всегда, на земле фигуры.

Встряхнувшись, Первый резко отбросил профессиональны наблюдения. Исходная мысль была важнее: в его макете, для его первородного, ожидающего перехода в его мир, была создана новая пара. Без какого-либо согласования с ним — ни как с автором проекта, ни как с владельцем нового мира. Исходить такое решение могла только из одного источника.

Распахнувшись, дверь в приемную Второго с грохотом ударилась о стену — Первый не успел вовремя затормозить перед ней. Второй поднял на него невозмутимый взгляд, как будто в ответ на вежливый стук перед вторжением.

— Я вряд ли смогу что-либо добавить к переданному тебе сообщению, — размеренно произнес он, откинувшись на спинку кресла и опустив руки на его подлокотники.

— Какому сообщению? — растерянно нахмурился Первый.

— Оставленному у тебя на столе, — недоумевающе вскинул бровь Второй. — Ты же из-за него явился?

— Я пришел узнать, — ответил Первый, сдержавшись, — откуда это явление у меня в макете взялось.

— Если бы ты почаще находился на рабочем месте, — укоризненно покачал головой Второй, — ты мог бы прямо там — не тратя впустую ни свое, ни мое время — получить ответы на все свои вопросы. Но раз ты уже здесь, — милостиво повел он в сторону рукой, — я озвучу пропущенное тобой — в который раз — сообщение.

Первый прищурился, молча глядя на него. Второй сложил руки на животе и, намеренно не спеша, переплел пальцы.

— Мы провели свое расследование, — продолжил он, откинув голову и полу-прикрыв глаза, — и выяснили, что твой первородный вполне доволен исходной версией проекта. Его не прельщают твои излишества — ни в окружающей среде, ни в его паре. Вследствие чего этот проект признан неудачным и тебе надлежит разобрать его — со всем содержимым — и направить высвобожденные средства на создание его исходной версии — строго придерживаясь макета и пожеланий уже имеющихся его обитателей.

Все также не произнося ни слова, Первый решительно направился к незаметной двери возле стола Второго.

Всю