Рыжая Мэри. Последняя битва - Анна Бартова

Вечером к мадмуазель Лили пришли гости, их было пять человек. Должна была прийти еще одна пара, но она задерживалась. Опоздавших не стали дожидаться и сели за стол без них. Ужин был великолепный: поросенок с черносливом и медом, свежий хлеб, несколько видов мяса, выдержанные вина, а на десерт – торт со сливками и мороженым. Все это красовалось на белой атласной скатерти, а сам стол был украшен белыми розами. Когда принесли торт, на его макушке красовалась огромная белая роза из сливок, а по бокам от нее лежали три срезанных бутона настоящих цветов.

Гости угощались и хвалили блюда, только Мангала не могла и кусок проглотить. Она ничего не ела и все время поглядывала на часы. Когда подали десерт, хозяйка ее укорила, и леди Вэндэр попыталась съесть лепесток белой сладкой розы. Она с трудом проглотила несколько кусочков, но ее замутило, и она оставила блюдо. Джеральд посмотрел на нее и тихо ответил на еще не заданный вопрос:

– Мы не можем уйти. Я видел их трижды, они проходили прямо под окнами.

Мангала закрыла глаза и постаралась держать себя в руках. Ее окутала паника, а к горлу комом подступила тошнота. Она сделала глоток крепкого чая и вздохнула, пытаясь успокоиться. Но ничего не получалось, все мысли сводились к бедной Сюзи. Мангала так сильно переживала за нее, что ей стало тяжело дышать. Подавляя истерику, которая была готова вырваться наружу, она с усилием втянула воздух и выдохнула.

Пробило одиннадцать, когда пришла запоздавшая пара гостей. Мужчина лет сорока с женой уселись за стол и начали быстро поглощать необычный торт. Опустошив свои тарелки, мужчина извинился перед хозяйкой за задержку и, обращаясь ко всем, спросил:

– Скажите, никто из вас не знает, есть ли у миледи Вэндэр на руке какая-нибудь татуировка?

Мангала хотела ответить, но слова застряли в горле. Джеральд сжал ей руку, пытаясь хоть немного ее ободрить.

– Об этом ходила сплетня, – заявила одна из девушек.

Тут Лили вспомнила о Мангале и сказала:

– Что же мы спорим, вот леди Вэндэр. Спросите у нее.

Все посмотрели на Мангалу. Джеральд не убрал своей руки, от чего Мангале стало немного легче. Сестра Патрика улыбнулась и с трудом ответила:

– Я не собираюсь распространять сплетни про жену моего брата.

– Да нам просто интересно, мы же не со злым умыслом, – рассмеялся мужчина с пышными бакенбардами.

– А почему вас это интересует? – спросил Джеральд у запоздалого гостя.

– Понимаете, месье, – рассмеялся тот, – я сегодня заменял моего начальника, и у меня вышла оказия.

– Мой муж заведует общим двором, – вмешалась его жена, – это что-то вроде переходного этапа между тюрьмой и свободой.

– Так вот, – продолжил ее муж, – приходит ко мне женщина. Буквально часа два назад. Молодая такая, красивая, правда, одета ужасно, но не важно. Приходит и говорит, что, мол, может доказать, что она миледи Вэндэр. Я, естественно, поднял ее на смех, а она и говорит, что у миледи Вэндэр есть на руке татуировка. Я еще больше засмеялся и прогнал ее. Не знаю, что она там собиралась мне еще сказать. Вот я и хотел выяснить, правда все это или нет.

– Да, на руке миледи Вэндэр есть изображение, – медленно произнес Джеральд. – Ей его сделали насильно, без ее согласия.

Лили наморщила носик, а ее подруга сказала:

– Какая занимательная история, но я ее уже слышала несколько раз.

– Жаль, – улыбнулся Джеральд и обратился к запоздавшему гостю. – Скажите, месье, а где располагается эта тюрьма?

– Мой спутник впервые в этом городе, – глухо пояснила Мангала, сердце ее начало бешено колотиться.

Мужчина пожал плечами и назвал адрес. Джеральд и Мангала промаялись в гостях у мадмуазель Лили до половины второго ночи, после чего Мангала собралась ехать к тюрьме, на что Джеральд горько рассмеялся и пояснил, что уже слишком поздно. Они не сомкнули глаз всю ночь, дожидаясь рассвета. В пять часов утра Мангала не выдержала и потребовала у Джеральда, чтобы они ехали немедленно. Наняв извозчика, они тут же направились к тюрьме.