Влюбленная пленница - Дорин Оуэнс Малек

– Так каков же план действий? – поинтересовалась Эми.

– В качестве первого шага Калид послал султану предложение выступить в качестве посредника. Он хочет добиться для нас каких-то концессий в обмен на возвращение янычар.

– А ты? Что будет с тобой? – взволнованно спросила Эми.

– Мне придется несколько дней прятаться – пока события не улягутся. Калид говорит, что мое присутствие за столом переговоров послужит лишним раздражителем.

– Прислушайся к его словам, Малик. Он знает султана и знает, что делает.

– Да я и так во всем его слушаюсь, – коротко ответил Малик. – Потому-то я и здесь.

– А ты бы предпочел быть сейчас с Анваром? Малик прижал девушку к себе и поцеловал.

– Я бы предпочел не разлучаться с тобой, – нежно признался он. – Но после такой долгой борьбы трудно уступить кому-нибудь ее завершение.

– Другими словами, ты хотел бы быть сейчас там, чтобы засунуть свою победу в глотку Хаммиду, – сухо подытожила Эми.

– Это еще не победа, – ответил Малик.

– Почему же? Что может сделать султан без своих янычар?

– Я не знаю, сколько янычары пробудут в союзе с нами. Это непростой союз, и он может развалиться в любой момент.

Эми вздохнула, потом прижалась к любимому.

– Я знаю, как трудно ждать, – тихо проговорила она. – А особенно для такого человека, как ты.

Малик слегка отстранился и взглянул на нее.

– Просто ты не из тех, кто умеет ждать, – пояснила Эми.

Она обняла его за шею и притянула к себе.

– У меня есть кое-какие идеи по поводу того, как скоротать время, – прошептала она, целуя его.

– Я такой грязный, – прошептал Малик, тем не менее уже расстегивая ее корсаж.

– Это абсолютно неважно!

– Честно говоря, для меня тоже, – согласился Малик.

Эми действительно не было никакого дела до щетины, тюремного запаха или одежды, которая рвалась прямо в руках. За всем этим она видела лишь самого Малика, и в то время пока огонь согревал комнату, он любил ее страстно и нежно. Разлука, казалось, лишь придала ему силы. Потом, когда она лежала в объятиях Малика, глядя на его чеканный профиль, ей хотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что она не спит и он действительно с ней рядом. Переход от отчаянья к радости оказался настолько стремительным, что голова кружилась от неожиданности; ощущение его тела рядом с собой казалось чудом. Она прижалась еще сильнее, и Малик зашевелился.

– Ты не спишь? – спросила Эми.

– Сплю.

– Неправда!

Он открыл один глаз и взглянул на нее:

– Правда!

– Малик, а что будет с тобой, если султан снова придет к власти? – Эми опять стала серьезной.

Он вздохнул и прижал ее к кровати своим телом.

– Восстание янычар должно напугать его настолько, что он согласится на переговоры. Я не думаю, что он уже когда-нибудь вернется к своим старым методам. Но все равно невозможно предположить, на что он способен. Еще никогда в жизни его не загоняли в угол, и я не знаю, как он себя поведет в подобной ситуации, – Малик поцеловал ее обнаженное плечо.

Эми молчала. Малик на свободе, но она все равно боится за него. Ее любимый организовал восстание, и если султан вернет себе хоть часть прежней силы, он этого не забудет. Пугаясь собственных мыслей, Эми призналась себе, что искренне предпочла бы, чтобы Хаммид оказался мертв.

– Не волнуйся так, – попросил Малик, словно читая ее мысли. – Я жив и невредим, и мы гораздо ближе к свержению этого чудовища, чем были еще вчера.

Эми крепко обняла любимого и лежала, гладя его по голове желая, чтобы он оказался прав.

Внезапно Малик поднял голову и произнес:

– Анвар обещал оставить здесь кое-какую еду. Я страшно голоден.

– Я думала, что ты спишь.

– Уже нет, – он вылез из кровати, натянул одежду, валявшуюся на полу, и подошел к комоду. Порылся там, перекладывая какие-то тюки и свертки. В одном оказалось мыло и расческа; в другом – одежда.

– Чистое белье! – обрадовался он, тут же переодеваясь.

– Очень кстати.

– А! Вот и она! – воскликнул Малик, вытаскивая холщовую сумку. Развязав тесемки, он достал два яблока, каравай хлеба и несколько лепешек.

– Съешь одно? – спросил Малик, протягивая Эми яблоко.

Она покачала головой.

– У тетушки Беатрис еды было на целую армию, когда… – она осеклась, увидев, как изменилось выражение его лица.

– Когда к тебе приходил с визитом твой жених? – продолжил Малик мрачно, кусая яблоко.

– Не начинай, пожалуйста!

– В своем дурацком мундире он выглядит, словно игрушечный солдатик, – упрямо продолжал Малик.

– А я-то думала, что ты любишь британцев!

– Не тогда, когда они пытаются увести у меня женщину!

Эми выскользнула из кровати, завернувшись в одеяло, и присела с ним рядом на грязный пол.

– Так я – твоя женщина? – шепотом спросила она, дотрагиваясь пальцем до его щеки.

– Конечно!

– Я чувствую себя женщиной с той самой минуты, как встретила тебя.

– Мне ты почему-то тоже кажешься ею, – Малик шутливо сгреб ее в охапку.

– Малик, я знаю, что ты не хочешь показать мне, насколько ты обеспокоен нынешними событиями, – серьезно призналась Эми.

– Я вовсе не обеспокоен.

– Ну, взволнован.

Он склонил голову и сжал кулаки.

– Я хочу знать, что происходит! – не выдержал он. – Я столько лет ждал этой минуты, вот сейчас все проходит мимо меня!

– Позволь Калиду взять переговоры на себя. Ты же знаешь, он все сделает замечательно.

– Это так, но когда я согласился остаться в стороне, я не мог представить, что это окажется настолько трудно!

– Я знаю, что тебе нужно, – утешительно произнесла Эми.

Малик улыбнулся.

– Тебе нужна хорошая, очень горячая ванна.

– О!

– Я видела за домом полную бочку, так что вполне можно согреть воду.

Малик кивнул и поднялся. Сходил за водой, потом повесил чайник на крючок в очаге. Эми достала мыло и расческу, вынула чистую рубашку.

Когда вода нагрелась, Малик разбавил ее холодной и намылился. Эми посмотрела на тело своего возлюбленного. В тюрьме он похудел, и мускулы и ребра четко выделялись под кожей. Еще совсем немного – и он будет выглядеть как настоящий скелет.