Признание в любви - Патриция Хэган

— Ты еще слишком слаб, — убеждала она его. — В таком состоянии ты не перенесешь дальнего пути.

— Перенесу. Ты отлично знаешь, что пуля прошла через мякоть, не задев костей. Ты остановила кровотечение, и рана быстро зажила. Я пролежал уже целую неделю. Хватит. Они выехали намного раньше меня и, как бы я ни гнал коня, вряд ли я их догоню. Они, наверное, уже дома.

Он похлопал жеребца по крупу и стал перебирать в уме, не забыл ли чего-нибудь. Седельные сумы полны вяленого мяса. Фляга с собой. Одеяло тоже — хоть и немного, но спать в пути придется. Он собирался ехать весь день и даже ночью, если будет светить луна.

Айрис старалась сдержать слезы беспокойства. Индейской женщине разрешалось плакать только над покойником, но она так и не научилась не давать воли своим чувствам — особенно когда дело касалось ее приемного сына. А сейчас еще и дочери.

— Оставь, Люк. Отпусти ее. Она рассказывала мне про этого Майкла Блейка — как он богат и как любит ее.

— А она говорила тебе, как она любит меня? — спросил Люк, бросая на нее грозный взгляд.

Айрис кивнула.

— Ну вот, — сказал Люк, словно больше и говорить было не о чем.

— Но она никогда не приспособится к нашей жизни.

— Ты же приспособилась.

— Потому что я считала, что у меня нет выбора. Разве ты не понимаешь, что, если бы я знала, что моя дочка жива, я снова и снова пыталась бы от вас бежать. Твоему отцу, наверное, пришлось бы меня убить, но живой я бы не покорилась.

— Верно! — признал Люк. — И сейчас Джеси чувствует то же самое — что все погибло. У нее нет сил бороться. Она согласится на что угодно, потому что считает, что я умер. Но я хочу, чтобы у нее был выбор! Я дам ей знать, что жив, и, если она все равно решит выйти замуж за Блейка — пусть выходит. Но выбор у нее будет!

— И ты считаешь, что она сможет жить с нами?

— Может быть, это у нее получится даже лучше, чем у тебя, потому что она сделает выбор добровольно.

— Люк, я надеюсь, что ты прав. Я желаю вам добра. И самой себе тоже, — добавила она. Как это было бы замечательно — чтобы рядом с ней были и Люк, и Джеси. Но не за счет счастья Джеси. Она молила Бога, чтобы Люк оказался прав и чтобы с ним не случилось беды. Чтобы его миновали раны — и физические, и душевные. Ведь вполне вероятно, что, вернувшись в цивилизацию, окруженная роскошью, Джеси сделает выбор не в пользу Люка. И даже если она предпочтет Люка, Майкл Блейк никогда не откажется от нее без борьбы. Не для того он ездил за ней в такую даль.

— Возьми хотя бы с собой Золотого Лося и еще нескольких воинов, — попросила Айрис.

— Нет. Они нужны здесь. И зачем я стану вмешивать их в свои личные дела? Так ты точно знаешь, куда Блейк повез Джеси?

— Да. Я ее спрашивала, где находится Редоукс, потому что мне хотелось знать, далеко ли это от моего родного городка. Мне было интересно, сильно ли все изменилось там за эти годы. Найди город Атланту, а затем поезжай вверх по реке Окони на северо-восток. Она сказала, что Редоукс — самая крупная плантация в тех краях. Ее легко найти.

— Ладно, найду. — Люк положил руки на плечи Айрис и нежно улыбнулся ей. — Не волнуйся. Я привезу Джеси. Она тебе нужна не меньше, чем мне. А весной мы отправимся в Мексику и начнем там новую жизнь. — Он поцеловал Айрис в щеку, вскочил на коня и подобрал поводья. — Я постараюсь вернуться поскорее. Через одну луну, может быть, две. Но не больше.

— Возьми вот это, Люк. Вернется Джеси или нет, но ожерелье надо отдать Майклу Блейку.

Люк взял старое одеяльце, потом, увидев, что она вложила туда и дагерротип, спросил:

— Ты и это хочешь ей отдать?

— Да. Если мы больше никогда не увидимся, у нее будет память обо мне.

У Айрис дрогнул голос, и она отвернулась, чтобы Люк не увидел ее слез.

— Не стыдись плакать, — нежно сказал он. — Но я ее привезу. Вот увидишь. Дух говорил и с ее сердцем, и с моим. Мы никогда не сможем полюбить кого-нибудь другого.

Айрис смотрела ему вслед, пока он не скрылся из вида. Потом пошла в вигвам и там, вдали ото всех, дала волю слезам.