Золотое дерево - Розалинда Лейкер

На следующий день весь Лион облетел слух о том, что ткацкая мастерская Дево получила личный заказ Императора на изготовление новой походной палатки. Не было в городе ни одного шелкопромышленника, который бы не мечтал получить этот заказ, поскольку в будущем он открывал прекрасные перспективы для производства: довольный выполненной работой, Император в качестве награды обычно заботился о том, чтобы угодивший ему промышленник был завален заказами. Габриэль была потрясена полученным известием. Николя вновь обошел ее, хотя, конечно, его успех был вполне заслуженным. И в то же время она ясно осознала, насколько близко подошла к краю пропасти. Полученный им заказ, о котором она сама так горячо мечтала, символизировал полную победу Николя над ней.

Габриэль приехала на площадь Селестен к назначенному времени в коляске, которой управлял Гастон. Попросив кучера подождать ее немного, она отправилась пешком в кафе, расположенное неподалеку. Николя сидел за тем же самым столиком, за которым они вели недавно волнующий разговор; он встал, приветствуя ее, и сразу же увидел по выражению ее лица, что между ними вновь возникло отчуждение.

— Я заехала на одну минуту, у меня нет времени, — промолвила Габриэль, приветствуя Николя легким наклоном головы. — Я только хочу от всей души поздравить вас с получением императорского заказа.

— Благодарю вас. Однако присядьте хотя бы ненадолго.

Если бы она выполнила его просьбу, то непременно вновь утратила бы контроль над собой; так много любви и нежности было в его глазах и голосе.

— Нет, мне надо идти. Я хотела задать вам один вопрос. Скажите, прошлым вечером вы уже знали о том, что получите заказ Императора?

— Я узнал об этом неделю назад.

— Так почему же вы не сказали мне об этом?

— Вы знаете, почему. Я люблю вас, Габриэль, и боюсь потерять вас. Вчера вечером мы были как никогда близки и счастливы, и я не хотел, чтобы между нами встала какая-нибудь преграда. Я собирался рассказать вам обо всем на этом свидании, если все сложится хорошо и я почувствую, что никакие внешние причины и обстоятельства не смогут отныне разлучить нас.

Габриэль было нелегко сохранять самообладание после таких проникновенных слов.

— Весь Лион узнал эту новость раньше меня!

— Я так не думаю. Сегодня утром, по моему распоряжению, Пиа сообщил о полученном заказе нашим ткачам. Эта новость не вышла бы до вечера за порог мастерской, если бы одного из работающих там мальчишек не послали с каким-то поручением в город, он-то и распустил слух о полученном мной императорском заказе Что касается меня, то я считаю прискорбной нынешнюю ситуацию, при которой Императору как никогда нужна именно палатка для военного похода, — Николя намекал именно на то, что Австрия объявила войну Франции, а британцы высадились в Португалии для того, чтобы изгнать с ее территории французов и оказать поддержку Испании, ставшей союзницей Англии в борьбе против Бонапарта и стремящейся освободиться от его влияния на внутренние дела страны. — Я предпочел бы изготавливать в своей ткацкой мастерской шелковые знамена для празднования в честь заключения мира по всей империи.

— Вы думаете, что такой день когда-нибудь действительно наступит?

Лицо Николя помрачнело.

— Да, меня, как и вас, гложут сомнения на этот счет. Я никогда не думал, что однажды начну сомневаться в правильности действий Императора. Но теперь, порой, я невольно спрашиваю себя, не помутился ли рассудок Наполеона от той неограниченной власти, которую он сосредоточил в своих руках?

— Возможно, ваша палатка сыграет свою роль в установлении прочного мира.

— Я от души надеюсь на это.

Габриэль отступила на шаг и начала прощаться.

— Прощайте, Николя. Надеюсь увидеть вашу палатку перед тем, как она будет отправлена заказчику. Уверена, что вы с честью справитесь с этой работой.

И Габриэль поспешила к ожидавшей ее коляске. У Гастона, сидевшего на козлах, больше не было ни малейшего сомнения в том, что за его хозяйкой следили. Однако теперь, по крайней мере, он знал причину этой слежки. Наблюдая с большого расстояния за поведением обоих, он не мог не заметить, что это была не простая встреча двух старых знакомых или деловых партнеров, а любовное свидание. Об этом же свидетельствовало и бледное от волнения лицо Габриэль, вскоре вернувшейся назад.

Весь день Габриэль со стесненным сердцем ждала, что вот-вот на фабрике появится разъяренный Анри и начнет срывать на ней свое раздражение по поводу того, что Дом Рошей не получил заказ на изготовление императорской палатки, но брат так и не приехал. Они встретились только вечером в особняке на улице Клемон. Внешне он казался совершенно спокойным и хладнокровным, хотя глаза его свирепо поблескивали, а своей осанкой он походил на быка, готового броситься в атаку.

— Ты, конечно, обо всем уже слышала, — промолвил он, обращаясь к сестре.

Габриэль кивнула.

— Это доказывает только то, что шелк Дево пользуется лучшей репутацией, чем изделия Дома Рошей. В ближайшее время я намерена изменить такое положение.

— Правда? Пройди-ка в гостиную. Эмиль ждет тебя там.

Габриэль не была удивлена столь внезапным появлением мужа в городе — в последнее время Эмиль часто приезжал в Лион без предупреждения иногда для того, чтобы провести с ней свободное время, а иногда, чтобы вместе с женой отправляться домой в деревню в конце рабочей недели. Габриэль нравилась эти неожиданные приезды, она была уверена, что муж делает это от чистого сердца, желая доставить ей удовольствие. Но, порой, его поведение удручало ее, поскольку в нем вновь просматривались признаки охватившей его страсти собственника, жажды единоличного обладания ею.

Когда Габриэль легкой грациозной поступью переступила порог гостиной, Эмиль стоял у окна. Он сразу же повернулся к ней лицом. Появление жены вызывало в его душе всегда ощущение радости, как будто она приносила вместе с собой в комнату солнечный свет, хотя сейчас Габриэль выглядела утомленной и даже чем-то опечаленной. Но этого и следовало ожидать, ведь она получила сильный удар по самолюбию. То, что внешне выглядело как деловое соперничество между нею и Николя Дево, Эмилю представлялось любовной связью, хотя он не знал, как далеко зашли дела у его жены и Николя. Эти горькие мысли не покидали Эмиля в течение последних нескольких недель, заставляя его страдать. И все же он постарался как всегда тепло поздороваться с Габриэль и поцеловал ее в щеку, хотя в этом поцелуе было меньше нежности, чем обычно.

В сдержанном поведении Эмиля не было и намека на обуревавшие его чувства обиды, подозрения, горечи и ревности, терзавшие его душу все это время.

— Анри послал за мной сразу же, как только до него дошли известия о том, что ты потерпела неудачу с императорским заказом. Должно быть, для тебя эта новость явилась огромным разочарованием.

— Так это Анри послал за тобой? — и она метнула настороженный взгляд в сторону брата, чье лицо выражало враждебную непримиримость. — Я занимаюсь шелкоткацким делом и поэтому время от времени терплю неудачи, как и многие другие промышленники.