Ярчайшая мечта - Кэтрин Кингсли

Али взяла конверт, вскрыла его и вытащила письмо, написанное изящным почерком Паскаля.

«Моя дорогая Али!

Мы с Лили очень хотели бы находиться рядом с тобой в этот день, но понимаем, что у нас есть только одна возможность – быть рядом мысленно. И мы счастливы, что ты станешь женой Андре и нашей дочерью.

Заботься о нем, дорогая наша. За нас не беспокойся. Как ты однажды сказала, Бог вернет Андре на нужное место в нужное время. Люби его, потому что это ему нужнее всего.

Мы отправляем вам обоим знак нашей любви и наше благословение. Джозеф-Жан передаст тебе подарок от Лили, носи его на счастье и здоровье. У меня тоже есть для тебя маленький презент. Я думаю, ты все поймешь».

Отец Андре подписался очень просто – «Паскаль».

– Герцог – прекрасный человек. – Али с улыбкой утерла глаза.

– Да, – кивнул Джозеф-Жан. – Так и есть. И очень жаль, что Андре к ним так относится. Ты даже не представляешь… Впрочем, довольно об этом. Сегодня день вашего с Андре венчанья, так что сосредоточимся на приятном. – Жо-Жан полез в нагрудный карман. – Вот это – от герцогини. Она надеется, что ты наденешь их сегодня. – Он протянул Али мешочек из полотна.

Ослабив завязку, она перевернула мешочек, и оттуда ей на ладонь выскользнула тройная нитка идеально подобранных молочно-белых жемчужин. У Али от восхищения перехватило дыхание.

– Жо-Жан, ты только посмотри! Они прекрасны!

– Как и ты, моя дорогая, – ответил Джозеф-Жан.

Али лукаво улыбнулась и сказала:

– Спасибо за комплимент.

– Милая, я просто говорю о том, что вижу. Ну, а теперь… – Жо-Жан передал ей небольшой пакет, перевязанный лентой. – Это тебе от герцога.

Али распустила ленту и развернула бумагу.

– О, Жо-Жан!.. – воскликнула она в восторге и снова прослезилась. – Значит, он вспомнил?! – Голос ее задрожал.

В пакете оказалась золотая цепочка с подвеской в виде ангела, державшего в руке маленькую лилию из брильянтов – символ архангела Гавриила.

– Он заказал ее специально для тебя, Али.

– Правда?.. О, Жо-Жан, ты не представляешь…

– Как удачно, что герцог выбрал тебе для подарка ангела, – тихо сказал Джозеф-Жан.

Али с изумлением посмотрела на него.

– Откуда ты узнал о том дне?

– О каком? Я только имел в виду, что у герцога какая-то интересная э… привязанность к ангелам. А ты о чем говоришь?

– О том дне, когда я впервые увидела Паскаля. Мы очень долго говорили. Он рассказал мне кое-что очень важное о Боге и научил, как относиться к вере и к самой себе. Для меня это было весьма полезно. – Али вытащила цепочку. – Пожалуйста, помоги надеть ее. Я хочу носить ее ближе к сердцу. – Она повернулась к Жо-Жану спиной, и он застегнул замочек.

– Спасибо. – Али посмотрела на фигурку Гавриила у себя на груди. – Я поняла, что ты имел в виду, когда сказал, что Паскаль любит ангелов. Он говорил, что его самый любимый – Рафаил. Наверное, потому, что Рафаил помогает людям выздоравливать, а Паскаль – медик. Но ты, должно быть, и так знаешь…

Джозеф-Жан утвердительно кивнул.

– Да, конечно, знаю. Он не только принял меня при рождении, но еще и спас меня от смерти.

Али прижала ладонь к губам.

– Правда?.. Ах, Жо-Жан, какое чудо! Он не говорил об этом, но упоминал, что по-особому относится к тебе.

– Он и со мной не говорит на эту тему, – ответил Джозеф-Жан. – Но это – чистейшая правда. А теперь… Я думаю, тебе лучше вернуться в дом, пока не обнаружили твое отсутствие и не решили, что ты сбежала.

Али обняла старого друга и поцеловала в щеку.

– Я так рада, что ты смог вырваться сюда. Очень приятно снова тебя увидеть.

Джозеф-Жан улыбнулся.

– Не мог же я пропустить такое событие. Увидимся попозже, Али. Ты будешь прелестнейшей из невест. Нас с тобой официально представят друг другу после венчания. Уловка, знаешь ли…

– Да, понимаю. Мне сейчас приходится притворяться, что мы с Андре почти незнакомы. А вчера за ужином… Невозможно было посмотреть на него и не рассмеяться, поэтому я пыталась вообще не встречаться с ним взглядом. У него было такое выражение… Ну, ты ведь знаешь это его выражение лица… Как будто у него запор.

Джозеф-Жан закашлялся, чтобы скрыть улыбку, а Али продолжала:

– Да, конечно. Он вообще редко разговаривает с людьми. Поэтому нет ничего удивительного в том, что его называли Черным маркизом. Впрочем, Джорджия сказала, что сейчас так и надо. Именно так на его месте вел бы себя любой нервный жених. А я держусь как стыдливая невеста, так что никому ничего не придет в голову.

– Знаешь, Али, это удивительно. – Джозеф-Жан взял ее за руки. – Ты не изменилась ни на йоту. Вот мы с тобой сидим здесь, в часовне, в Англии… Ты превратилась в прекрасную молодую женщину, которая вот-вот станет женой моего лучшего друга, но мне кажется, что то старое время не кончилось.

Али улыбнулась.

– Просто началось… другое приключение, Жо-Жан. Приключение, которое растянется на всю мою жизнь. – В глазах Али зажглись озорные огоньки, и она добавила: – И теперь я снова смогу купать Андре, и никто не скажет мне ни слова. Кто посмеет спорить с герцогиней?

– Ты ведь и в самом деле не изменилась, – заметил Джозеф-Жан. – Господи, помоги Англии!

Али же вскочила со скамьи и заявила:

– Мой первый указ как герцогини будет указом о том, что все должны выезжать на верховые прогулки в Гайд-парк на верблюдах.

– Может, сначала посоветуешься с королевой? – осведомился Джозеф-Жан.

– О, она уже согласилась. – С этими словами Али выпорхнула за дверь.

Она вернулась к себе в комнату, и никто ее не заметил. Али быстро умылась, перекусила и начала одеваться. Теперь все ее мысли сосредоточились только на Андре и на новой жизни, по которой, начиная с сегодняшнего дня, они пойдут рука об руку.

Вскоре в комнату вошла Джорджия. Графиня обняла ее, прошептала слова поддержки, а потом отправилась в часовню. Хэтти же, то и дело чихавшая, что-то сунула в руку Али. И только потом она поняла, что это был «счастливый» серебряный шестипенсовик ее подруги. Али вдруг захотелось разреветься, и она сунула монетку в букет из роз. Жемчуг Лили обвивал ей шею, а ангела Паскаля она спрятала под платье.

Теплая рука Николаса уверенно поддерживала ее, когда они, наконец, по шли к часовне по усыпанным цветами дорожкам. Андре уже ждал ее там, внутри. И Али вдруг подумала о том, что почти сразу же его полюбила – еще там, в Турции. И вот теперь Аллах наконец-то исполнил ее давнюю просьбу. Но как же долго она ждала!..

И тут счастливый миг настал. Двери распахнулись, и, опираясь на руку Николаса, Али ступила в часовню. Андре стоял у алтаря, высокий и стройный. Стоял, глядя ей прямо в глаза, и во взгляде его не было ни малейшей отчужденности.