Пари - Ляля Брынза

– Мяу? – сказал кто-то. – Мяяяур?

– Ой… Ты где, животное?

– Мяяяу…

И тишина отступила. Спряталась. Расползлась по углам и антресолям. Животное сидело на подоконнике. Понятия не имею, было ли оно там раньше или выбралось из-под какого-нибудь дивана, пока я ковырялась с компом. Животное не выглядело напуганным, скорее удивленным. Животное выглядело как кот породы канадский сфинкс (ну в этом я теперь разбираюсь как заправский фелинолог), кот очень старый, грустный и одетый в розовую пушистую попонку и розовые пушистые наушники. Представьте себе пластмассового пупса… нет… представьте себе маленького дедушку Ленина в малиновой меховой безрукавке и малиновой же ушанке – и вот вам готовый образ.

– Ой… – сказала я, когда Ленин в безрукавке прыгнул с подоконника на стол, обошел компьютер и уселся на клаву передо мной. – Привет, кот.

– Ммяяя, – кот поерзал задницей, и на экране открылась неведомая мне программа. UFO Messenger.

– Может, ты голодный? Колбасы хочешь? – предположила я. – Пойдем на кухню.

– Мурамя, – сказал кот и отрицательно помотал головой.

– Ну как знаешь, – ответила я и быстро-быстро пошла на кухню сама.

Пила остатки кофе прямо из турки и думала разное… В общем, мне показалось, что мне показалось, что кот помотал головой, но я решила, что мне это только показалось, потому что так было лучше для моей психики. Меж тем с психикой творилось неладное, потому что она вопила, что: а) коты не мотают головой в ответ на вопрос, не голодны ли они, б) вообще не мотают головой отрицательно, у них голова по-другому устроена, в) не стоят в кухонном проеме с укоризной в глазах и наушниками на ушах. Хотяяя… Говорят, некоторые продвинутые коты носят поноску. И даже ходят на задних лапах. «Не надо только на задних лапах! Не сразу!» – взмолилась я, потому что мне показалось, что кот намеревается принять вертикаль и пройтись туда-сюда, залихватски помахивая хвостом. «И ничего не отвечай! Я не готова!» – добавила я тут же, потому что мне показалось, что кот уже открыл рот, чтобы меня успокоить.

Так. Сейчас я допью кофе. Съем кусок сыра. И еще кусок колбасы. Потом достану из рюкзака диск с набросками по котячьему сайту и сяду работать. А в двенадцать я позволю себе позаимствовать из холодильника бутылку шампанского и пойду вниз поздравлять консьержку… А коты не разговаривают.

– Понял? Коты не разговаривают, – сказала я громко-громко и смело шагнула вперёд.

– Мя, – кивнул кот. На этот раз утвердительно. В глазах его светилась печаль.

– Так… Кажется, у меня галлюцинации, – голос мой звучал спокойно и равнодушно.

Ну, то есть сначала я ломанула из кухни в комнату с компьютером, так что только пятки сверкали. Потом закрыла дверь, забаррикадировав ее стульями. Потом забралась с ногами на подоконник, тот самый, на котором раньше сидел кот, потом еще минут пять старалась не орать, а уже потом спокойно и равнодушно произнесла: «Так… Кажется, у меня галлюцинации».

Ничего особенного. От недосыпа еще не то бывает. Опять же неизвестно, что у мадам Любы за кофе. От этих московских старушек можно всякого ожидать. Плюс у меня может быть банальная шизофрения. Ничего. Люди с этим живут. Я немедленно вспомнила чудесные «Игры разума», где герой много лет жил с галлюцинациями и даже до Нобелевки дожил. Не могу сказать, что меня это успокоило, но какое-то рациональное объяснение происходящему я нашла. Опять же, может быть, мне показалось, что мне показалось, что кот кивнул головой, а на самом деле это мне только показалось, потому что коты…

«Тиць-тиць», – пискнуло что-то. Звук раздавался со стола. Точнее, из компьютерных динамиков. Я птицей слетела с подоконника и порхнула к компу. Неужели сеть ожила! Господи! Тогда у меня есть доступ к человечеству, у человечества ко мне, и можно с кем-нибудь поговорить и даже поделиться впечатлениями… В разумных пределах, конечно. Вряд ли кому-то понравится слушать про кивающего сфинкса. Тиць-тиць.

Файрфокс продолжал висеть. Однако неизвестный мне софт со странным названием UFO Messenger моргал странным текстом: «Печеньки будут?»

– Что? – набила я почти машинально.

– Печеньки где?

– Нету… Ты кто? – Наличие хоть какого-то разума по другую сторону монитора меня успокаивало.

– Северус Снейп в пальто.

– Ааа. А я Гермиона Грейнджер, – решила я поразить незнакомца эрудицией. Видимо, это какой-то локальный коммуникатор, может быть домофон или подъездофон, и соседский ребенок, наверняка друг тети Любы, хочет поздравить старушку с Новым годом. Не знает, что она уехала.

– Глупая шутка. Уж полночь близится, а печенек нет.

– Увы, – я поставила печальный смайлик, – Любовь Иосифовна уехала. Я вместо нее.

– Уже понял. Не слепой. Печеньки будут?

– Скажи маме, пусть испечет, – я поставила веселый смайлик, но настойчивый инфант начинал меня раздражать.

– Мама скончалась.

О господи. Вот я бестактная дура. Мне стало жутко неудобно перед бедным малышом, который хочет печенек, которые должна была испечь тетя Люба, которая уехала.

– А с кем ты живешь? – Ничего умнее мне в голову не пришло, но я надеялась хоть как-то отвлечь ребенка от грустных мыслей.

– С тобой живу. Хватит болтать, открой дверь, выйди на кухню и дай мне печенек. Они в нижнем ящике возле мойки, в белом пакете с надписью «Royal Canin».

– Ты кот… кто? – опять набрала машинально и опечаталась почти по Фрейду, оттого что уже всё сообразила.

– Кот я. Печеньки?

– Да. Сейчас…

«Игры разума». Нобелевка. Спокойно. Просто мое подсознание сигнализирует мне о том, что животное следует покормить. Значит, сейчас я встану, выйду на кухню, найду кошачью еду, тем более он мне сам подсказал, где ее искать… Аааа!

– Ну ты долго? В животе бурчит.

– Скажи, пожалуйста, ты что – читать умеешь? – Я решила еще немного побеседовать с собственным глюком. Мне показалось, что это несколько безопаснее, чем встреча с ним лицом к лицу.

– УФО. Универсальный Фелино Ониматор. Ставлю в уши трансмиттеры, подключаюсь к мессенджеру, вступаю в коммуникацию с реципиентом. Ясно? Печеньки!

– Ага. Почему Ониматор? Должен же быть Аниматор. Разве нет?… – Нужно было хоть как-то оттянуть неизбежную встречу на кухне.

– Печеньки. Или я пойду и нассу на твой рюкзак. Так понятнее?

В рюкзаке лежал диск с неоконченным сайтом. И неважно, подсыпала ли мадам Люба в свой кофе спорыньи или же это чья-то глупая шутка, но рисковать работой я не желала. Поэтому собрала всю силу воли в кулак, разобрала баррикады и открыла дверь. Кот сидел ровнехонько возле рюкзака. Нахлобученные на лысую башку наушники выглядели весьма футуристично.

– Не трожь чужую собственность! Будут тебе печеньки, – прошипела я максимально (ну мне так казалось) страшно. Схватила с полу рюкзак, веник и направилась вслед за котом к искомому шкафчику. Не наврал. Белый глянцевый мешок сухого кошачьего корма находился на месте.