Притворись моим - Марика Макей

Когда настала очередь второй пары, Ной подхватил Эддисон на руки, заставив радостно взвизгнуть, и крепко прижал ее к себе.

– Что ты делаешь? – засмеялась Эддисон.

– Теперь я твоя липучка, Смит, забыла? Смирись.

Закончив с фото и попрощавшись с Эммой и Робом, ребята уселись в припаркованный лимузин. Эддисон никогда особо не интересовалась такими машинами и до гламура ей не было дела, но она не смогла не оценить роскоши автомобиля.

– Спасибо Эмме за шампанское, – ухмыльнулся Ной, плюхаясь на сиденье и доставая из ведра со льдом бутылку.

Ребята уселись парами напротив друг друга.

– Только за это?

– За все, Смит, спасибо твоей маме.

– Кстати… как ваш новый опекун? Ладите?

– Роб – классный мужик. Он не пытается учить, хотя горазд раздавать советы. Которые мне, кстати, хочется слушать и слушать, – пожав плечами, улыбнулся Ной. – Вечерами мы играем в шахматы, а на выходных ездим за город.

– Вопрос, скорее, к Вики относился. Я знаю, что ты без ума от Роба.

Лимузин тронулся и поехал. Виктория задумчиво уставилась в окно.

– Формально Роб еще не наш опекун. Его ждет куча проверок и нудных дней для заполнения официальных бумаг, свадьба. А с учетом суда над Чаком я вообще не верю, что это произойдет в ближайшее время… – Виктория повернулась к брату и нахмурилась. – И у нас была всего одна игра в шахматы и одна поездка за город. И то, и другое произошло в прошлый уикенд.

– Но сколько их будет впереди, только представь! Слава богу, директриса социального центра оказалась нормальной и дает нам возможность общаться… Хотя кто нам может это запретить? Мы уже не дети.

Виктория улыбнулась брату.

– Чертов романтик. – Она взглянула на Эддисон. – По правде говоря, Роб действительно неплохой. Не лезет, если чувствует, что это лишнее, а со мной так вообще обходится, как с королевой, и старается избегать тактильных контактов. Видимо, решил, что я после Чака каждого второго мужчину буду записывать в потенциальные насильники… Мне нравится его проницательность.

– Ух ты, – хмыкнула Эддисон, – да он идеальный прям.

– Не иронизируй, у каждого есть недостатки. У Роба рот не затыкается, когда речь идет о сплаве по реке или отдыхе в палатке. А еще он потакает Ною, что чревато.

– Э-э-эй! Это совсем не минус, а громадный плюс.

Виктория снова улыбнулась. Заметив нервную усмешку Эддисон, она спросила:

– А ты как?

– А что я?

Машина легонько качнулась, отчего Эддисон слегка накренилась на Ноя. Тот воспользовался моментом и притянул ее к себе. Ной нежно чмокнул Эддисон в макушку и тяжело вздохнул. Его вдруг посерьезневшее лицо заставило Эддисон подумать, что, видимо, он с Викторией обсуждал эту тему неодин раз. Виктория не отводила от парочки внимательного взгляда.

– Твоей маме приходится выходить за Роба из-за нас. Чтобы оформить опеку, семья должна быть полной… Но разве это не съедает тебя изнутри?

– Не говори глупостей.

– Глупостей?

Дух веселья вдруг совсем испарился. Ребята смотрели на Эддисон выжидающе, а Кинги еще и с толикой вины во взглядах.

– Ну… – запнулась Эддисон. – Конечно, новость о свадьбе меня озадачила. И то, что мой парень станет мне сводным братом, тоже.

– Сводным братом? – удивился Ной. – Но я же не сын Роба…

– Я думала о многом, – нахмурилась Эддисон, легонько пихнув Ноя в бок. – Не сказала бы, что эта ситуация съедает меня изнутри. Вовсе нет… – Она закусила губу, пытаясь подобрать правильные слова. – Это без сомнений новый жизненный этап. Волнующий и немного странный. Но я рада. Честно!

Эддисон улыбнулась двойняшкам и попыталась заверить их:

– Мама бы никогда не приняла предложение мужчины, если бы не захотела. Они с Робом и без опеки могли бы заботиться о вас… Свадьба просто случится чуть раньше, чем могла бы быть. К тому же мама решила оставить папину фамилию. Роб не возражал.

– Он добрый, – вклинился Лиам. – И чуткий. Но если что, у вас с Эммой всегда будем я и Ной. Уж мы-то сможем надрать ему задницу, если задумает что-то дурное.

Эддисон подавилась усмешкой.

– Что с тобой случилось, Лиам Келлер? Куда делся тот добряк, который мухи не обидит?

– Он все еще здесь, но жизнь учит не расслабляться. – Лиам обнял Викторию и протянул руку Эддисон. Она приняла его ладонь и сжала в своей. – Даже поступив в колледж и разъехавшись по разным городам, мы вчетвером будем связаны. Обещаю, что бы ни случилось, вы, ребята, навсегда останетесь частью моей жизни. Я не шучу.

Спустя полминуты молчания Ной добавил, смотря себе под ноги:

– Тогда давайте пообещаем друг другу, что даже расставание не повлияет на нас. – Ной взглянул на Эддисон, затем на сестру и Лиама. – Если… если вдруг наши чувства затухнут. Мои и Смит, Здоровяка и Вики. Давайте пообещаем, что мы сделаем все возможное, чтобы сохранить то, что между нами. Эти… узы.

Виктория тоже взяла Ноя за руку. Она поджала губы и кивнула, в ее глазах начали скапливаться слезы.

– Отличная идея, младший братец.

– Я младше на две минуты, – отмахнулся Ной, стараясь скрыть бисерины влаги на ресницах.

Эддисон положила голову Ною на плечо и прикрыла глаза. Она прижалась к нему плотнее. Ей хотелось чувствовать его тепло, ощущать дыхание любимого на своих волосах. Мысли о возможном расставании разрывали сердце, но Эддисон пыталась прогонять их прочь. Она понимала, о чем говорил Ной. В жизни действительно случается всякое. Но это не означало, что им всем не удастся пронести их дружбу и любовь сквозь года. Эддисон верила в то, что они смогут.

* * *

– Клеменсия Кэрроу добавила в пунш виски, вы представляете! Кто бы знал, что эта девчонка знает толк в веселье?

Ной улыбнулся ребятам во всю ширь и передал стаканы с напитками. Банкетный зал был украшен мишурой цвета мяты и воздушными шарами. В самом центре помещения, на потолке, сверкал серебряный шар, отражающий мириады световых лучей. Громкая музыка, множество веселых выпускников наполняли это место чем-то особенным и оно становилось еще волшебнее.

– А близнецы Картеры пришли вместе, – поддержала беседу Эддисон. – То есть, как парень с девушкой! Аллен в костюме, а Шон в платье.

– Просто Вики разбила Аллену сердце, выбрав Здоровяка, – заметил Ной. – А Шон не смог не поддержать брата.

– Просто они два идиота, – ощетинилась Виктория.

Ребята посмеялись, отпивая пунш. Сделав глоток, Эддисон огляделась по сторонам. Вокруг нее отплясывало столько знакомых, их лица искрились