Наследница страсти - Бренда Джойс

— Некоторые из нас, холостяков, даже умеют жарить яичницу, — улыбнулся Алекс. — У меня в девять встреча, так что скоро я уже побегу. — Помолчал. — Как ты?

— Нормально, — солгала Джил и, тоже помолчав, спросила: — Кто убил кошку? Томас? Лорен? Ты сам?

— Да, ты не ходишь вокруг да около. — Алекс выключил компьютер и закрыл его.

«Интересно, — подумала Джил, — что там было? Почему он не хотел, чтобы я это увидела?»

— Тогда почему ты не позвонил в полицию?

— Уже позвонил. Дежурный полицейский приезжал ночью, я дал показания, а к тебе детектив зайдет сегодня.

Этот раунд она проиграла.

— Надеюсь, ты прав.

— Конечно, я прав. Джил, ты просто не в себе, сходи к врачу, про которого я тебе говорил. Тебе нужно остановиться, ты не в состоянии мыслить ясно.

— Ты хочешь, чтобы я все бросила и уехала? Теперь, когда я так близка к правде о Кейт и о твоей семье? — Джил разозлилась.

— Черт побери, Джил! Да нет никакого заговора, а то, что случилось с Кейт девяносто лет назад, — дело прошлое. Ты не можешь вернуть ее. Если ее убили, ты не можешь наказать убийцу. Остановись, пока не сошла с ума сама и. не свела всех остальных!

— Не могу. Мне нужно узнать, что случилось с Кейт. И мне кажется, я уже знаю. Ее убил Эдвард, потому что она стояла на пути его брака с Энн.

— Ты мастерица делать поспешные выводы. Твой второй приезд в Лондон был ошибкой.

— Нет. Кейт нуждается во мне, она ждет, что я раскрою тайну. Я не уеду, пока все не закончится.

Они не отрываясь смотрели друг на друга.

— Ладно, — наконец сказал Алекс. — Мне пора. Позвоню тебе позже. И подумай о визите к врачу. Ты можешь поделиться с ним всем, что у тебя наболело.

Внезапно он шагнул к ней и поцеловал в щеку. Потом стремительно вышел из кухни.

Джил села к столу, глянула на визитную карточку, которую ей дал Алекс, но вчитываться не стала. Она услышала, как за окном пробудился к жизни «ламборгини».

Что-то страшное случилось с Кейт, и теперь, девяносто лет спустя, ей ясно дают понять, чтобы она свернула свою деятельность.

27 апреля 1908 года

— Он здесь? Он здесь? — воскликнула Кейт, подобрав юбки и подбегая к окну. Огромный живот мешал ей прижаться к стеклу, чтобы посмотреть вниз, во двор.

— Мадам, — сказала позади нее экономка. — Прошу вас. Не напрягайте так свои силы, вам осталось всего две недели до родов.

Кейт не обратила на ее слова никакого внимания, узнав экипаж, свернувший на дорожку, ведущую к коттеджу.

— Это Эдвард!

И мимо всегда суровой мисс Беннет бросилась к двери и выбежала из комнаты.

Он обещал, что ничто не помешает ему присутствовать при рождении их ребенка. Но его отец заболел, находясь на юге Франции, и вызвал Эдварда к себе. Это было больше двух месяцев назад. Кейт сама уговорила его ехать, потому что понимала: если старый граф умрет, а Эдварда рядом не будет, то потом он никогда себе этого не простит. Эдвард твердо придерживался вопросов долга и чести.

Кейт, задыхаясь, сбежала по лестнице, распахнула дверь и выскочила на крыльцо.

По кирпичной дорожке к ней шел Эдвард. Увидев ее, он остановился.

— Эдвард, — прошептала она, ухватившись за дверь. Ноги у нее внезапно подогнулись, сердце неистово забилось.

— Боже, Кейт!

Эдвард подбежал к ней, и в следующий миг она оказалась в его объятиях, их губы слились в поцелуе, и казалось, так должно быть всегда.

Он оторвался от нее.

— Как же я скучал по тебе… какая ты красивая!

И Эдвард снова припал поцелуем к ее губам.

На этот раз от него отстранилась Кейт.

— Я уже думала, что ты не вернешься вовремя!

Его глаза потемнели.

— Ничто не задержало бы меня, даже мерзкое поведение этого гадкого старика!

Кейт замерла. Он всегда с таким почтением и уважением говорил об отце.

— Дорогой?

Он через силу улыбнулся.

— Прости. Идем в дом. Нам нужно многое обсудить.

Они вошли внутрь. Мисс Беннет стояла недалеко от входа и кивнула Эдварду.

— Милорд, — сказала она, подходя, чтобы взять у него шляпу и перчатки. — Как прошло путешествие?

— Очень хорошо, спасибо, мисс Беннет. — Эдвард коротко улыбнулся и снова перевел потеплевший взгляд на Кейт. — Пожалуйста, оставьте нас наедине.

Кейт залилась румянцем. И когда мисс Беннет исчезла, Эдвард увлек Кейт в гостиную — и в свои объятия. Они бесконечно долго целовались.

— Я совершенно бесстыжая, — прошептала Кейт. — Я думаю о том, как хорошо было бы подняться наверх.

Он с недоверием и ужасом уставился на нее.

— Но у тебя же вот-вот родится ребенок!

— Знаю, — потупилась Кейт.

Эдвард наконец устроился в большом кресле. Кейт налила ему бренди.

— И о каком же мерзком поведении ты говорил? — со страхом спросила она.

Эдвард сделал глоток.

— Мой отец солгал. Он не заболел. Он вызвал меня только для того, чтобы разлучить нас. Я сказал ему о ребенке, Кейт, но даже это не поколебало его. Он по-прежнему не разрешает нам пожениться.

— Понимаю. Он никогда не изменит своего мнения в отношении меня.

— Ну и пусть. Меня больше не волнует, что он лишит меня всего. Пусть мой брат наследует этот проклятый титул! У меня есть ты. Я решил. Мы поженимся немедленно, и так и будет.

Не веря своим ушам, Кейт смотрела на него.

— О, Эдвард!..

Ее любовь к нему не знала границ, но она понимала, чего ему стоит это решение.

— Нуждаться мы не будем, Кейт. Слава Богу, у тебя есть деньги. — Он улыбнулся, но мрачно. — Может, мы даже переедем в Америку.

— Эдвард, — со слезами на глазах заговорила Кейт, — ты помнишь тот день, когда показывал мне Аксбридж-холл? Ты рассказывал мне о титуле, который со временем перейдет к тебе. Говорил о тех обязанностях, о том долге, который есть у каждого человека твоего положения. Рассказывал обо всех ваших владениях, о законах, над которыми твой отец работает в палате лордов. Ты говорил об ответственности перед своим народом. Я уже тогда любила тебя, Эдвард, но в тот день поняла, что значат для тебя твое наследие, твои обязанности, твоя ответственность. И в тот день я гордилась тобой, и моя любовь укрепилась окончательно.

— Мне не нравится то, что ты говоришь.

— Твой брат Генри — повеса! — воскликнула Кейт.

Эдвард пожал плечами, как будто ему было все равно. Но Кейт знала, что это не так.