Мечтая о Венеции - Тревор А. Уильямс

позже, оказавшись на горбатом мосту Академии, где всего три дня назад она встречалась с Рико – Пенни казалось, что это было безумно давно, – она остановилась, уперлась локтями в деревянные перила и стала смотреть в темную воду Гранд-канала. У нее за спиной уличный торговец запускал светящиеся вертолетики, но Пенни было не до игрушек. Ее рассеянный взгляд скользнул по охристым стенам дворца, на фасаде которого развевались флаги Евросоюза, Италии и Венеции. Пристань перед дворцом окаймляли красные и белые столбики. По каналу неторопливо двигался вапоретто, держа путь к лагуне. Завораживающая красота города все-таки сумела пробиться сквозь депрессию Пенни. Она втянула в себя морозный воздух и стряхнула оцепенение.

Нет, она ничуть не жалела, что согласилась сыграть роль Оливии. Прежде всего, у нее появились две замечательные подруги. Она выбилась из нищеты и поменяла образ жизни, о чем прежде не могла и мечтать. И наконец, она осуществила давнюю мечту, попав в этот удивительный город, где все дышит культурой и искусством. Красота Венеции окружала ее со всех сторон, не давая впасть в отчаяние от потери мужчины, от одного присутствия которого у нее появлялась слабость в ногах. Пенни в молчаливом восхищении смотрела на уникальный город – это хрупкое чудо, существованию которого постоянно угрожали наводнения.

Звонок мобильника окончательно выбил ее из ступора. Ей звонил Джимми.

– Привет, Джимми. Если ты позвонил, чтобы меня подбодрить, то выбрал подходящее время.

– А в чем дело, дорогая? Ты его не нашла?

В голосе Джимми ощущалось искреннее сочувствие.

– Нет, Джимми. Я как раз его нашла, но он оказался не тем, кем я думала.

– Вот как? Дорогая, но ведь и он принимает тебя за другую.

– Знаю. Но понимаешь, он… словом, он принц.

– Как ты сказала?

Пенни почти видела изумленное лицо Джимми.

– Принц. Принц Федерико ди Валь… дальше забыла.

– Ого! Тогда ты становишься Золушкой. Но, по правде говоря, я сомневаюсь, что в Италии остались принцы и принцессы. У них ведь республика.

– Я сама не понимаю. Знаю только, что мужчина, которого я полюбила, не из моего круга, а намного выше.

– Не говори глупостей. Дни, когда это имело значение, давно прошли. Вспомни ту же принцессу Кейт[16].

– Нет, Джимми. У нас с ним ничего не получится. Этот человек владеет дворцом! Зачем ему такая, как я?

– А я тебе скажу зачем. Я знаю, почему он на тебя запал. Ему нужна милая, добрая, заботливая, остроумная девушка. Он хочет быть рядом с одной из красивейших девушек, каких я только знаю, которая вдобавок еще и невероятно талантливая художница. И пусть ты не принцесса. Кого это волнует?

– Джимми, когда он узнает, кто я на самом деле, его это будет волновать. Мы с ним из разных миров. – Взглянув на часы, Пенни удивилась: было почти девять часов. – А сейчас он уже знает. Нет, Джимми. Все, что я вынесла из наших с ним коротких отношений, лучше всего можно выразить словами: «Уж лучше любить и потерять, чем не любить совсем». Кто это сказал? Кажется, Шекспир.

– Это сказал Альфред Теннисон. Он же лорд Теннисон. После этого разве можно назвать меня необразованным официантом?

– Джимми, у меня язык не повернулся бы назвать тебя необразованным. Ты настоящая звезда. Ты прекрасный человек, и я горжусь, что у меня есть такой друг, как ты.

– Тогда послушай своего друга. Хорошо? Я специально буду говорить медленно, чтобы ты поняла каждое слово. Возвращайся туда, где остался твой принц Пират. Если он готов отказаться от тебя лишь потому, что у тебя нет собственного замка, дворца или прочей чертовщины, ты должна услышать об этом от него. С твоей стороны нечестно придумывать за него его возможный ответ. Дай бедняге шанс.

– Это будет напрасная трата времени. Моего… и его тоже.

– Так потрать время, черт тебя подери! Но тебе нужно услышать то, что он скажет. Если ты всерьез считаешь меня своим добрым другом, вернись и выслушай его. Возможно, ответ тебя удивит.

– Хорошо, Джимми. Только для тебя. Но…

– Поверь мне, ты не напрасно потратишь время.

Пенни убрала мобильник и сошла с моста. Путь до галереи был ей знаком и занял всего пять минут. Она вовсе не удивилась, увидев запертые двери и темные окна. Церемония закончилась, и все, включая Рико, разошлись. Пенни стояла, пытаясь разобраться в своих чувствах. С одной стороны, ее огорчала невозможность выполнить совет Джимми и поговорить с Рико напрямую. А с другой – радовало, что не придется испытывать унижение, слушая, как тебя вежливо, но недвусмысленно отвергают.

Она двинулась к отелю. Проходя мимо ресторанов и баров, по большей части заполненных посетителями, она думала, не зайти ли поесть, но у нее пропал аппетит. Лучше всего вернуться в номер и пораньше лечь спать. На площади Святого Марка было темно и холодно, но народу прибавилось. Люди гуляли, и холод им совсем не мешал. Бросив прощальный взгляд на веселые огоньки громадной рождественской елки, Пенни свернула к церкви и вскоре подошла к отелю. В холле ее ждал сюрприз.

– Слава богу! Я думал, что опять вас потерял.

Пенни приросла к месту. В холле ее дожидался Рико.

– Я пришел сюда и сделал то, что следовало бы сделать еще в первый раз, услышав, что постояльцев с фамилией Брукс-Уэбстер в отеле нет. Тогда я спросил, не останавливалась ли у них очень красивая англичанка с потрясающими каштановыми волосами и серыми глазами, которая отлично говорит по-итальянски. Меня сразу поняли, и потому я остался дожидаться вас. Насколько понимаю, теперь я должен звать вас Пенни?

Пенни до сих пор не находила слов. Просто стояла и смотрела на него. Постепенно часть ее мозга заработала снова.

– Вы знаете мое имя?

– Джонатан и настоящая Оливия рассказали мне о вашем маленьком спектакле. Кстати, очень убедительном. Но мы с вами находимся в одинаковом положении. Я тоже должен извиниться перед вами и кое-что объяснить. – Рико посмотрел на дежурного, упорно делающего вид, что не подслушивает их разговор, затем взглянул на часы. – Вы не против немного прогуляться?

Пенни оторопело кивнула, до сих пор не зная, как себя вести в этой ситуации и что говорить. Рико взял ее за руку и снова вывел на улицу. Они пошли в сторону площади Святого Марка. Рико не отпускал ее руки. Пенни не возражала.

Оба молчали. Пенни никак не могла привыкнуть к мысли, что Рико разыскал ее и совсем не возмутился этой вынужденной игрой в Оливию. Через какое-то время Пенни сообразила: они идут в сторону галереи. Рико