Право На Счастье - Дарья Игнатьева

руках. Мальчика рядом не было. Неожиданно Кайсин сорвался с места и с громким лаем побежал вперёд, перегоняя Фашу и поднимая за собой столб светло-серой пыли. Девочка в тёмно-зелёном платье завизжала, от испуга бросилась убегать, споткнулась и упала навзничь, выронив мягкую игрушку из рук. Кайсин подскочил к малышке. Громко лая и прыгая вокруг, он неожиданно схватил игрушку зубами, быстро замотал головой, словно вытряхивая из находки всю душу, и смело скрылся за поворотом в соседний двор. Фаша, видя эту несправедливость, побежала к девочке, желая извиниться за поведение своего пса и помочь бедняжке. Но та, лишь горько плача, вскочила на ноги и понеслась прочь вниз по улице, не слыша и не видя никого вокруг.

Фаша стояла ошарашенная поступком Кайсин. Бабушка Зина спешила за ней, желая не отставать от шустрой малышки. Дав обещание Кире быть рядом с Фашей, она старалась не упустить ребёнка из вида, но яркое солнце слепило, а ватные ноги отказывались двигаться быстрее. Кайсин показался за поворотом с добычей в зубах и быстро направился к Фаше. Подбежав к девочке, он ещё раз помотал мордой, чихнул и, хвастаясь своим охотничьим инстинктом, кинул мягкую игрушку к ногам новой хозяйки. Фаша посмотрела на трофей и обомлела. Прямо перед ней на песчаной земле лежал её потерянный Тусси. Девочка наклонилась и бережно подняла друга, аккуратно отряхивая бедного от пыли и от собачьей слюны. Взгляд девочки быстро скользнул по одежде зайки. Всё было на месте, чисто и опрятно, а из нагрудного кармашка рубашки торчал засохший зелёный листочек. Фаша потянула за краешек растения, обнажая его полевую тайну. Пятипластинчатый клевер!

— Ты нашёл его, Тусси! — Радостно воскликнула Фаша. — Ты нашёл его!

Девочка плотно прижала любимого зайца к своему сердцу и крепко сжала ладонь с волшебным засохшим растением. Её глаза увеличились и тело остановилось, резко прекращая весёлый танец, когда до сознания дошло, что она не успела загадать заветное желание. Она раскрыла ладонь. На ней лежал тёмно-зелёный порошок пятипластинчатого волшебного клевера. Лёгкий ветерок смело подхватил мелкие остатки сухого растения и закрутил в печальном вальсе над головой Фаши. Девочка подняла голову, провожая свою заветную мечту, так и не успев послать её на исполнение во Вселенную. Яркий луч света поймал её взгляд и солнечные ладони маленького светловолосого мальчика по имени Ив ласково обняли Фашу за щёки.

— Я отдаю тебе своё сердце. — Благородно шепнул голос Ива. — Передай это нашей маме. — И влажные губы малыша ласково опустили поцелуй на бледное лицо своей сестры.

Фаша почувствовала, как огненная волна понеслась по её телу, сердце бешено заколотилось и девочка без чувств, но всё ещё крепко прижимая к себе Тусси, упала на дорогу.

Глава 35. Рождественский снег

Снег беспрерывной чередой падал у ног красивой женщины. Его белые, совсем озябшие снежные хлопья чем-то напоминали лёгкие воздушные парашютики одуванчиков, которые всегда залетали в открытые окна домов, чтобы принести счастье. Так вышло и теперь.

В тихом молчании в полупустой комнате никого не было. Хотя, трудно было не заметить печальную женщину, долго и в каком-то тревожном ожидании стоящую у окна. Она уже около часа стояла в таком положении, словно ждала, что Он подойдёт сзади, обнимет её за плечи и тихо прошепчет на ухо:

— Любимая, ты опять грустишь?..

А потом женщина повернётся, обнимет его и вечер покажется ей не таким мрачным. Более того, он станет даже как-то теплее, как-то загадочнее и уютнее. Волшебство разольётся по всем уголкам комнаты, заполнит все клеточки истосковавшегося по мужским ласкам всё ещё стройного тела, овладеет горячим сердцем, разумом и чувствами этой женщины.

Нет! Этого не случится! И женщина это понимала. Она ещё долго будет смотреть на падающий снег, который у открытого настежь окна слегка замрёт, погрузившись в любование её волшебными глазами, пытаясь понять непреодолимую печаль, что скрывается в томном взгляде. Её чувства, как оголённые провода, будут держать накал страстей, готовые обжечь в любой момент, лишь только ранимая душа прикоснётся к ним в поисках нежности. Далёкая Луна будет с тоской вспоминать ночные свидания, когда яркие звёзды шептались, выполняя загаданные ею самые заветные желания..

Часы громко отстаивали у жизни время, превращая скоротечное настоящее в память и далёкое прошлое. Калейдоскоп событий складывался в разноцветные картинки и так же с лёгкостью распадался на мелкие осколки, края которых больно кололись и резали тонкую кожу. Снег кружился в страстном танго, прижимая друг к другу влюблённые резные снежинки под характерную музыку вьюжных северных мелодий. Морозный воздух звенел и одинокий ветер страстно обнимал спящие деревья, пустые скамейки парков, обледеневшие мосты над скованными лютой стужей реками.

Вдруг среди зимней кутерьмы, когда ветер внезапно подхватил белоснежные кружевные хлопья и закрутил их в снежную спираль, превращая в танцующую метель, женщина увидела сперва улыбку, затем — глаза, а потом и вовсе мужественную фигуру своего любимого человека.

Да! Это Он! В этом нет сомнения.

Вот Он смотрит на открытое окно. Вот улыбается. И она счастлива в этот миг.

На лице женщины появилась улыбка, а сердце бешено заколотилось, желая выпрыгнуть из груди. В атмосфере комнаты расцвела радость, такая долгожданная, тёплая, нежная, как мамины руки, которые ласкали и обнимали её, рыжеволосую непоседу, когда она была совсем ещё ребёнком.

Тепло переполнило женщину, и она уже не в силах была стоять у окна. Ржавка волнительно засуетилась в предвкушении долгожданной встречи. Забыв варежки и оставив на полу шаль, она стремительно выбежала на улицу.

Ловя губами воздушные снежинки, проваливаясь в глубокий колючий снег, что холодом обжигает босые ноги, Ржавка бежала туда, где ещё миг назад стоял Оро. Человек, желаннее которого нет на всём земном пространстве; глаза которого сводят с ума, стоит лишь на миг заглянуть в них; улыбка которого бесподобна, ибо нигде во Вселенной ей нет равных. Мужчина, чьё продолжение живёт внутри её тела, превращая свои маленькие многочисленные клеточки в красивые ручки, ножки, рыжие локоны и даря радужкам больших глаз папин цвет..

И вдруг Ржавка остановилась: впереди, кроме голой темноты и пустой тишины, никого не было. Только немой холодный снег, кружась, ложился на землю, падал на шелковистые огненно-рыжие пряди распущенных волос, на её длинные густые ресницы, на её румяные щеки.