Только не ты - Лара Дивеева

Мы скользили по поверхности, не задевая правды.

За ужином говорил, в основном, Дэвид. Я копировала манеры Фреи и запивала это испытание вином. Всего один бокал, больше Александр не позволил.

Кстати, такого шикарного ростбифа я не ела никогда.

После пудинга Дэвид предложил вернуться в гостиную, но Александр подтолкнул меня к выходу, оставляя галстук на дверной ручке.

– Не мог бы ты остаться, нам необходимо поговорить! – Голос Дэвида звучал резко и сурово.

Александр посмотрел на меня. Он надеялся, что я вмешаюсь, что не захочу остаться одна.

– Я доберусь до коттеджа сама, здесь рядом…

– Я провожу Алёну и вернусь! – Александр обнял меня за плечи, словно пытаясь защитить от отца.

– И как тебе мои родители? – спросил, когда мы вышли на дорогу.

– Холодно.

– Холоднее, чем в России? – невесело улыбнулся.

– Увы.

– Холоднее, чем со мной?

– С тобой мне никогда не было холодно. Ярость – вещь горячая, – с ответной улыбкой признала я.

– Я такой, как они. Не придумывай мне сложное детство и кучу оправданий. Я такой, каким хочу быть. Я хуже, чем ты думаешь.

– С другими, да, ты такой же, как они. За весь вечер твои родители не сказали ни одной честной фразы. Они скользят по поверхности, где самая большая проблема – это мох на лужайке. Ты такой же на людях и в интервью, и однажды я этим восхищалась. Нравится тебе это или нет, но со мной ты полная противоположность. Ты ничего не скрываешь, ни самого плохого, ни хорошего.

Гранд выглядел подозрительно счастливым.

– Чем это ты так доволен? – спросила ворчливо. Только пусть не думает, что это был комплимент!

– Мне очень понравился ростбиф! – Александр спрятал улыбку и ответил мне самым честным взглядом.

Оставаться одной не хотелось, но пора привыкать к одиночеству. Экскурсия по жизни Гранда – это временное событие.

– На территории круглосуточное видеонаблюдение, но если ты боишься, то я останусь…

– Всё хорошо. Иди!

Я смотрела из окна на удаляющуюся фигуру Гранда. Он помогает мне прийти в себя и отвлечься, но что делать с привыканием к нему, нарастающим подобно лавине?

Он снова манипулирует мной, сознательно или нет. Заботится, предугадывает мои нужды. И при этом напоминает о своих грехах. Он хочет, чтобы я тянулась к нему, зная о нём всё самое плохое. Все мы хотим, чтобы нас принимали такими, какие есть.

Я приняла душ, полистала брошюры, а Гранда всё не было. О чём они разговаривают с отцом? О Бертраме? О том, как неуместно я выглядела в роскошной столовой особняка?

Где он, чёрт возьми?!

Снаружи раздался шум, и я выглянула в окно. Гранд шёл к коттеджу с огромным свёртком в руках. Сознаюсь, первая мысль – что он несёт чьё-то тело. После особенностей моей «стажировки» такие мысли неудивительны, как и то, что отнеслась я к этому вполне спокойно. Тело так тело, справимся. Парк большой, закопаем.

Гранд поднялся по лестнице и зашёл в свою спальню. Через пару минут раздался шум воды.

Я накрылась одеялом с головой и старательно не представляла его в душе.

Вот же, зараза, что в нём такое? Вроде растоптала в себе дурацкую влюблённость. Знаю, что он мерзавец, но его харизма как вирус, проникает в самую глубь, неостановимая, и меняет ДНК моих мыслей. Да и тела тоже.

Лежу и думаю о нём так, словно и не было ничего плохого.

Надо скорее уехать, пока меня не засосало с головой.

Дверь в мою спальню отворилась, рядом с кроватью раздалось шуршание. Отодвинув занавесь, я впустила в комнату лунный свет и увидела Гранда с большим спальным мешком. Так вот, что он нёс через парк! В домашних шортах и футболке, с взъерошенными мокрыми волосами он выглядит очень забавно.

– Что ты делаешь в моей комнате?

– Собираюсь спать. – Он стащил одну из подушек с кровати и залез в спальный мешок.

– На полу? – я ворчу и улыбаюсь в темноте. Привыкла к нашим подколкам, и с возвращением Гранда внутри ощущается такая лёгкость, что хоть смейся.

– Приглашаешь меня в постель?

– Нет.

– Так я и подумал. Ничего, я опытный бой-скаут, засну в походных условиях.

– Что-то случилось с твоей спальней?

– Я пытался заснуть без тебя, но не смог.

– Когда это ты пытался заснуть? Ты только что вышел из душа.

– А ты подслушивала? Ладно, признаюсь, я соврал. Я могу заснуть без тебя, но не хочу. С тобой веселее.

– Что сказал твой отец?

Его настроение сразу изменилось, голос заледенел.

– Прошу тебя, Алёна, не надо! Не сейчас. Поговорим завтра.

Спать больше не хотелось. Слух стал чувствительным донельзя, я улавливала ритм его дыхания, шуршание спального мешка. Он тоже не мог заснуть.

– Можно я возьму тебя за руку? – спросил тихо.

– Зачем?

– Пытаюсь наладить отношения!

– Только, пожалуйста, используй защиту!

– Я серьёзно.

В темноте наши руки набрели друг на друга, и сонмы мурашек разбежались по телу.

– Теперь мы готовы к следующему шагу! – заявил Гранд. – Надо в чём-то признаться друг другу, это сближает.

– Черёмуха с нафталином?

– Я начну. – Он упорно игнорировал мои шутки. – Помнишь, ты выбежала к машине, а я остался в доме? Длинноволосый закрылся в столовой, в неё вход через кухню. Я пошёл следом.

– Поэтому тебя так долго не было.

– Да. Я убедился, что окна столовой выходят на другую сторону и забаррикадировал дверь. На столе я нашёл твой паспорт и взял его. Он у Лоренса в сейфе. Я не собирался тебе об этом говорить. Пока.

– Не собирался, но сказал.

– Как видишь. Только не злись! Дело в том…

– Я об этом знала.

Гранд резко сел.

– Откуда? Лоренс сказал?

– Нет. Я заметила паспорт в твоём кармане, когда ты пятился из дома. Самый краешек, но он привлёк внимание, потому что у нас с тобой не было никаких вещей. Я не сразу догадалась о том, что это паспорт, только после разговора с Лоренсом. Он очень странно усмехнулся и сказал, что уж паспорт вы точно найдёте.

– Почему ты не возмутилась?

– Нет смысла. Во-первых, мне всё равно придётся ждать, пока ты разберёшься с Бертрамом. Во-вторых, ты такой, какой есть. Если ты чего-то хочешь, то не остановишься…

Хорошо, что темнота скрывает мой румянец. Я имела в виду, что он хотел задержать меня в целях безопасности, а вышло, будто он меня хочет.