Временно женаты - Ольга Сергеевна Рузанова

- Ты будешь платить им надбавку со своего кармана?

Слышится шелест одежды, и я, не дождавшись ответа, пулей вылетаю из комнаты.

Обсужу этот момент с ним завтра. С чего вдруг он решил взять расходы на содержание моего дома на себя?

Оставшееся до обеда время я сижу в своей спальне и негодую. Злюсь на Гранса за его самодеятельность и беспрецедентную наглость.

Потом Ирина приглашает нас на обед. Он является с небольшим опозданием в футболке и светло-серых трико. Садится напротив за небольшой овальный стол, сервированный для нас в эркере с панорамными окнами, а я делаю пометку в голове дать ей новые инструкции - накрывать для нас в разное время и в разных местах.

- Степан Эдуардович, вино?.. Виски?.. - предлагает Ирина с услужливой улыбкой.

На долю секунды я теряю дар речи, а затем, опережая его с ответом, выпаливаю:

- Степан Эдуардович не пьет. Он за рулем, и ему сегодня еще ехать.

- Виски со льдом, пожалуйста, - отвечает почти одновременно со мной.

Мои брови летят вверх. Вот это номер.

Я не помню ни одной ночи, которую он провел бы в доме Даниловых. Неизменно уезжал в восемь вечера, и в восемь утра возвращался.

Почему эта прекрасная традиция дала сбой именно сегодня?

Стивен молчит, черпая ложкой суп, и что-то просматривает в телефоне. Я же ерзаю по стулу, потому что на кончике языка вертится колкость, слетающая с него, едва Ирина уходит за алкоголем.

- Отсюда дальше ездить? Ты экономишь на бензине?

Ни единый жест не выдает того, что он услышал меня. Все те же чуть сведенные к переносице брови и внимательный взгляд в экран мобильника.

Мой пульс выходит за пределы нормы. Ладони становятся влажными.

Столь открытого пренебрежения ко мне никогда никто не выказывал. Чувствую себя ничтожеством.

К счастью, напряжение разбавляет вернувшаяся в столовую с подносом Ирина. Опустив его на стол, ставит перед Стивом бокал, серебряную чашу со льдом и бутылку виски.

- Благодарю, - произносит он с каменным выражением лица.

- Стеша, тебе принести что-нибудь?

- Нет, - отзываюсь сипло.

Проводив ее взглядом, я наблюдаю за тем, как ловко он подцепляет щипцами кубики льда и плескает в бокал виски. После чего делает небольшой глоток и, откинувшись на спинку стула, устремляет на меня тяжелый взгляд.

С трудом, но я его удерживаю. Кожу лица начинает покалывать.

- Будь любезна упражняться в остроумии на ком-нибудь другом, Стефа.

Я сглатываю.

- Я не виноват, что Макс предпочел тебе другую. Не стоит срывать злость на мне.

Глава 6

Стефания

Следующее утро начинается по моим меркам начинается еще ночью. В семь я уже на ногах, в восемь - наспех проглотившая завтрак, в деловом светло-сером брючном костюме и с легким макияжем выхожу из дома.

Надежда на то, что нас повезет Григорий Алексеевич растворяется в воздухе, едва я вижу стоящий у гаража БМВ Гранса.

Ладно, переживу.

Поправив шарфик на шее и ремешок сумки на плече, я спускаюсь с крыльца и шагаю по идеально вычищенной от снега дорожке. Стивен, сидя за рулем, снова залипает в телефоне.

- Можем ехать, - говорю ровно, перенимая его манеру общения.

Я все еще краснею, вспоминая вчерашний инцидент в столовой, и повторения точно не хочу. Долбанный андроид слова больше от меня лишнего не услышит.

Машина трогается с места, выкатывается с территории дома и поворачивает на широкую, свободную от движения, дорогу.

Стив молчит, я, незаметно скосив на него взгляд, тоже. Пытаюсь увидеть его глазами посторонних. Тех, кому он будет представлен сегодня в качестве моего мужа.

На нем темно-серые, безупречно выглаженные брюки, короткое пальто. Белоснежная, выглядывающая из-под рукава на идеальные два сантиметра, манжета белой рубашки красиво оттеняет цвет коши широкого запястья. Аромат парфюма и гладко выбритое лицо говорят о сдержанности, стиле и уверенности в себе.

Вряд ли акционеры акцентируют на этом внимание, но образ Стивена совершенно точно придаст мне уверенности.

- Ты готова? - вдруг спрашивает он, неожиданно резво выруливая на трассу и вливаясь в поток движущихся в сторону города машин.

- Готова.

Юрий Андреевич дал мне инструкции, в которых нет ничего сложного - стоять молча рядом с мужем и улыбаться.

- Крупные акционеры могут быть недовольны.

- Они все приедут?

- Да. Им разослали уведомления о внеплановом совещании.

Я сглатываю густую слюну и тяну воздух носом.

- Как мне реагировать на их недовольство?

- Никак. Это не твоя зона ответственности.

Легко сказать. Из крупных акционеров я знаю только Троценко Ивана Петровича и Галич Вячеслава Владимировича. Они бывали в нашем доме и на крупных корпоративах в компании, куда папа иногда брал меня. Оба властные и не самые приветливые люди из всех, что я знаю.

К тому же Троценко, по словам папы, узнав о его болезни, несколько раз пытался выкупить хотя бы часть его акций. С помощью Даниловых пакет удалось отстоять, но Иван Петрович наверняка затаил обиду. И если сейчас он ее всю направит на меня, то я не знаю, выдержу ли.

- Он не может, например, подать в суд или назначить какую-нибудь проверку?

- Основания?..

- Чтобы убедиться, что наши полномочия законны.

Я не собиралась разводить беседы с Грансом, но теперь чувствую потребность получить хотя бы малую долю его уверенности в себе. Я сильно нервничаю.

- Во первых, у него нет права проводить аудит, даже несмотря на то, что он второй по величине держатель акций, - говорит Стивен, ловко входя в поворот, - Во-вторых, в твоих бумагах все максимально прозрачно и с юридической стороны чисто. Единственное, что они могут сделать - это раздуть скандал вокруг нашего брака.

Я слушаю, не дыша, потому что это, пожалуй, самый длинный монолог, что я слышала от него за время нашего знакомства. У андроида прекрасный речевой аппарат.

- Папа сказал, что я имею право сама назначать и увольнять исполнительных директоров...

- Так и есть. Но в их руках все еще очень много возможностей. По сути, они сейчас управляют компанией.

- Им придется смириться, - хмыкаю нервно, - И принять тебя в качестве нового руководителя и... супруга держателя контрольного пакета акций.

Опустив взгляд на лежащие на коленях руки, смотрю на поблескивающий на безымянном пальце