Право На Счастье - Дарья Игнатьева

— Не трогай её! — Мужественно выпалил мальчик ей в лицо.

Брови ведьмы поднялись вверх, глаза увеличились и стали темно-малахитовыми, а Бергамот, наблюдая за происходящим со спинки кресла, расправил свои огромные чёрные крылья, готовясь наброситься на защитника и выклевать ему глазницы.

— Не надо, — подняв палец вверх, остановила птицу женщина.

И комнату наполнил звонкий истеричный смех.

— Да, уж… — с улыбкой произнесла ведьма, обращаясь к мальчику. — Умеешь ты рассмешить! Ладно, сегодня я очень устала, завтра поговорим. — Кинула она в пространство.

Ведьма взяла в руки очередной кубик сахара, сжала его в ладони, превращая в порошок, и сдула эту белую сладкую пыль на ребят, стоящих рядом с креслом. Ворон взмахнул крыльями и прокричал.

Когда первые птицы, соловьи да жаворонки, известили о рождении нового дня, в доме женщины было уже тихо. Старая морщинистая женщина мирно спала в глубоком тканевом кресле, мягко обнимающем её дряблое тело. Рядом с креслом стоял деревянный комод с оплавленными свечами, растёкшимися по поверхности. На стенах висели веники из подсыхающих трав и ягод. Плетёные корзины смущённо ютились у двери, жались к грязным деревянным стенам. А на столе подсыхал кусочек недавно ещё свежего чёрного хлеба.

Две мягкие игрушки смиренно лежали на полу перед креслом у ног женщины. Это был заяц Тусси и его новая подружка — ослик Кагура.

Глава 5. Дождь

С самого утра по подоконнику стучал дождь. Его холодные струи спускались по стеклу с другой стороны, размывая фигуры передвигающихся по улице под зонтами и без людей и животных. Небо, сильно затянутое серой простынёй, куталось в тучи, хмурилось и плакало. Роняя свои капли на землю, теряя их навсегда, небо злилось. А капли в ответ звонко смеялись, пузырились полусферами, разбрасывали брызги и создавали круги на воде. Обнимая листву на деревьях и смывая с них грязь, смелые слёзы небес не заканчивались, превращая дороги в реки, лужи — в озёра, и наполняя сыростью сухой прогретый воздух квартир.

Фаша смотрела в окно, положив голову на обе руки. Вздыхая с самого утра, она с волнением рассматривала затянутые небеса и с надеждой искала хоть малейший просвет и веру в прекращение дождя. Воображение рисовало маленького, насквозь промокшего Тусси, забытого на лесной поляне. Фаша знала, когда закончится дождь, она тут же побежит на луг и найдёт своего друга.

Мама сегодня тоже осталась дома. Она с утра колдовала на кухне и, как следствие этого колдовства, на весь дом пахло мягкими тёплыми булками с курагой и с яблоками. Мама не раз подходила к дочке, пытаясь отвлечь её от грустных мыслей. Но девочка упрямо смотрела в окно, игнорируя все уговоры. Фаша не понимала, как можно радоваться и кушать вкусные штучки, если твоему лучшему другу плохо и одиноко.

Вдруг, сквозь струи дождя на оконных стёклах Фаша увидела размытый силуэт женщины. Она шла по улице, держа в руках зайца.

— Тусси! — Мелькнуло в её голове. — Нашёлся.

Фаша быстро выскочила из квартиры, даже не надев обуви.

Когда входная дверь громко хлопнула, мама выглянула с кухни и позвала дочь. Молчание ответило ровным тоном. Мама подошла к окну и увидела две фигуры. Маленькая, Фаша, подбежала к большой, незнакомой женщине, что-то спросила. Они постояли и женщина погладила девочку по голове. Потом она что-то передала и ушла. Фаша стояла одна посреди улицы под проливным дождём. Мама взяла зонт, надела галоши и вышла.

Только тогда, когда босые ноги Фаши по щиколотку погрузились в воду, девочка поняла, что не обулась. Тёплая илистая грязь мягко обняла стопы и Фаша от удовольствия закрыла глаза. Догнав женщину, девочка закричала:

— Вы нашли моего Тусси?!

Но улыбка сползла с лица, вновь сияющего надеждой, когда Фаша увидела руки женщины. Незнакомая дама держала в руках маленькую собачку. Оберегая своего питомца от намокания, женщина крепко прижимала его к себе. Услышав странный вопрос от внезапно появившейся девочки, женщина сочувственно вздохнула и погладила ребёнка по голове.

— Нет, родная. — Нежно сказали её губы. — Это Тюбик, моя собачка. А кто такой Тусси?

Глаза девочки наполнились слезами.

— А где твоя мама? — Продолжала женщина.

— Не важно. — Немного грубо ответила малышка.

— У меня есть кукла. Вот, держи! — И женщина протянула девочке игрушку, которую достала из сумки.

Кукла была очень красивая: со множеством юбок, рюшей и лент; со светлыми волосами и длинными ресницами. Фаша взяла. Женщина улыбнулась и ушла.

Девочка посмотрела на куклу и сердце сжалось в груди.

— Прости меня, Тусси, — тихо прошептали её губы и очередной поток слёз смешался с каплями дождя..

Ноги стояли в холодной воде и стопы уже начали замерзать. Тело девочки бросило в дрожь и голова пошла кругом.

— Фаша, милая, — услышала девочка мягкий голос за своей спиной. — Пойдём домой, пока ты окончательно не замёрзла.

И нежные руки обняли девочку, уводя её в недра тёплой квартиры.

Дома мама переодела Фашу в сухую одежду и посадила на кухне с чашкой горячего чая и пирогом с яблоками. Тело девочки всё ещё трясло и нескончаемая грусть отражалась в детских глазах. Новая, подаренная незнакомкой кукла лежала в коридоре на полу, рядом с мамиными галошами, грязными от намокшей придорожной пыли.

— Мама, унеси её из нашего дома. — Попросила девочка, взглядом указывая на куклу.

— А куда же я её отнесу? — Не поддерживая настроения дочери, спросила мама.

— Куда хочешь, но чтобы её не было в нашем доме! — Категорично заявила Фаша.

Она откусила пирожок, сделала глоток чая и вышла с кухни.

Вечером у Фаши поднялась температура. Девочка тяжело дышала и бредила. Мама вызвала бригаду скорой помощи и, собрав документы и вещи, в очередной раз уехала на госпитализацию.

Через неделю они обе вернулись домой. Мама была в этот раз расстроена больше обычного. Из разговора, подслушанного в больнице, Фаша узнала, что ситуация с её сердцем стала хуже. И теперь ограничения будут ещё жёстче, шансов на выздоровление стало меньше, а мама была более растеряна и погружена в свои собственные мысли.

Её право на счастье становилось