В его власти - Стефани Слоун

— Он, во всяком случае, живой, — во второй раз открыл рот двойник.

Кларисса обошла комнату, отыскала тазик с водой, лавандовое масло и чистые тряпки. Она явно хорошо ориентировалась в мастерской, знала, где что лежит.

— Какая вам разница, умер он или нет? — зашипела она. — Не владея правой рукой, он не сможет работать. А если он не может работать, какой вам толк от него?

Наконец-то на лице близнеца промелькнуло понимание. Прежде чем сунуть руки в карманы, он почесал свою гладкую как шар голову.

— И что нам теперь делать?

— Да, что нам теперь делать? — повторила Кларисса, связывая два куска ткани, чтобы сделать перевязку.

Сен-Мишель снова застонал.

— Дайте мне подумать, — прорычал Джеймс. Неужели он полтора года своей жизни зря трудился для того, чтобы безголовая туша перечеркнула все его усилия.

— Портрет, кто его заказал? — спросила Кларисса, вытирая пятна крови с разбитого лица Сен-Мишеля.

Джеймс потер лоб.

— Некий канадец, недавно приехавший в Лондон, — устало сказал он.

— Я правильно поняла, что он некогда не видел месье Сен-Мишеля?

Сен-Мишель здоровой рукой крепко сжал руку Клариссы.

— Нет, даже не думайте об этом.

— Это будет несложно, друг мой, — нежно, но твердо сказала Кларисса и разжала его пальцы, чтобы продолжить обтирать ему лицо. — Когда-то я обманула вас, почему бы мне не обмануть канадца? Кроме, того, мои способности соответствуют задаче, Так почему бы вам не согласиться?

Гигант нахмурился.

— О чем это вы договариваетесь?

Джеймс стиснул зубы. Она не может предложить, чтобы вместо… Нет, этого не может быть, хотя ее присутствие в мастерской Сен-Мишеля начинает приобретать гораздо больший смысл. Она часто говорила о своем желании учиться у большого художника и жаловалась, что женщине очень трудно, если не невозможно, добиться этого, Тогда, пять лет назад, он удивлялся ее необыкновенным способностям. Джеймс мог предположить, что обучение у Сен-Мишеля способствовало расцвету ее таланта.

«Но не настолько, чтобы связываться с „Монахами“», — мрачно подумал он.

— Вместо него поеду я, — твердо сказала Кларисса, вставая, чтобы разговаривать с мужчинами лицом к лицу.

Близнец наморщил толстый нос.

— Но вы женщина.

Губы Клариссы сложились в тонкую прямую линию.

— Да, женщина, но у меня достаточно таланта, чтобы сойти за Сен-Мишеля. А кроме того… — Она замолчала, уставив руки в бедра… — Я ваша единственная надежда. Я уже успешно переодевалась в мужское платье раньше. Посмотрим, смогу ли проделать это снова, договорились?

— Нет! — одновременно воскликнули Джеймс и Сен-Мишель.

Близнец поднял мясистую руку.

— Подождите минутку. — Он взял Клариссу за предплечье и повел ближе к окну, возле которого лежал художник. — Смотрите сюда, в окно, — скомандовал он.

Кларисса повиновалась, подняла голову и встала так, чтобы ее лицо было хорошо освещено.

Здоровяк переводил взгляд с Клариссы на Сен-Мишеля и обратно, явно напрягая мозги, чтобы сравнить их внешность.

— Мне кажется, это может сработать. Она почти того же роста, голос у нее сойдет за мужской, волосы почти того же цвета, а груди похожи на блины, что печет моя матушка, — заявил он, показывая на ее грудь под сиреневым платьем с высоким воротом. — В визитке и при галстуке — ну, это может сработать.

— Ни одного шанса, — запротестовал Джеймс. — Я не позволю вмешивать в это женщину.

Кларисса стукнула по руке близнеца, отведя ее от своей груди, как если бы это был надоедливый комар, и повернулась к Джеймсу.

— У вас нет выбора. Если этот канадец хочет, чтобы портрет написал непременно Сен-Мишель, никто другой его не устроит, и вы это знаете.

— Она права, — сказал близнец.

Джеймсу захотелось ударить мерзавца.

— Дюран никогда не согласится.

— Хотя я не знаю вашего Дюрана, не знаю, насколько он в ладах со здравым смыслом, все же, возможно, будет не лишним спросить у него, — сухо сказала Кларисса, обращаясь к бандиту. — Но сначала нам нужен врач. Пожалуйста, когда отправитесь к своему начальнику, зайдите к месье Левеку и попросите его сразу же прийти сюда.

Она повернулась к мужчинам спиной и снова склонилась над Сен-Мишелем, уверяя его, что все будет хорошо.

Если бы так, подумал Джеймс, но вслух, ничего не сказал.

Кларисса подождала, пока внизу не хлопнула дверь. Тогда она выглянула в маленькое окошко, которое выходило на ступеньки перед входом. Она закусила нижнюю губу, увидев, как Джеймс, поговорив с бандитами, зашагал по авеню, причем один здоровяк пошел с ним, а другой остался сторожить у входа.

Только после того как Джеймс скрылся из виду, она прижала к глазам зажатые в руке тряпочки и дала волю слезам, которые копились с того момента, когда она вошла в мастерскую.

— Вы плачете? — спросил Бернар и застонал от усилия.

Кларисса была не в состоянии ответить. Рыдания сотрясали ее, давая выход накопившемуся напряжению. В конце концов она вытерла лицо и сделала три глубоких вдоха.

— Я плакала, а теперь уже не плачу. — Она решительно подошла к Бернару, наклонилась и мягко, но уверенно подхватила за плечи. — Идемте к дивану.

Бернар неловко сел, затем, опершись на одну руку, сумел встать на ноги.

— Вы не должны этого делать, Кларисса. Вы представления не имеете, что это за люди.

— Тогда скажите мне, — бесхитростно сказала она.

Они дошли до дивана, и Кларисса помогла Бернару опуститься на него, осторожно пристроил его ноги на деревянную скамеечку.

— Дюран, которого упомянули эти люди, — начал Бернар, бережно прижимая поврежденную руку к груди, — хорошо известен в преступном мире Парижа. У него есть легальный бизнес, но его истинные интересы связаны с темными делишками — воровством, похищениями. Даже убийствами. Антуан сказал, что, по слухам, Дюран связан с Наполеоном.

— И вы доверяете словам вашего буфетчика? — недоверчиво спросила Кларисса.

— Всецело.

Кларисса чувствовала, что снова готова заплакать. Как Джеймс мог связаться с такими людьми? Она ненавидела его за то, что он сделал с ней — сейчас даже больше, чем тогда, когда это случилось, — но могло ли ей прийти в голову, что он способен на предательство?

— Почему вы не бежали, когда Антуан сказал вам об этом? — требовательно спросила она, вытирая слезу, катившуюся по щеке.

Бернар закрыл глаза.

— Я бежал. Я добежал до Орли, прежде чем это отправило меня обратно. — Он неловко полез в карман и вынул клочок бумаги.