Начни сначала - Мона Кастен

– Сейчас? Здесь? – Мой голос звучал на октаву выше, чем обычно. Мимо нас пробегали какие-то люди, и я почувствовала на себе чужие взгляды.

– Конечно, почему бы и нет? – беззаботно ответила Доун, широко улыбаясь в камеру. – А теперь спагетти болоньезе!

Я осторожно улыбнулась. Мои серо-зеленые глаза выглядели печально на экране ее мобильника.

– К черту людей! – Доун ткнула меня локтем в бок. – Теперь скажи это так громко, чтобы весь магазин услышал: спагетти болоньезе! Давай, Элли.

Я не могла ничего с собой поделать. Покачав головой, я широко улыбнулась и воскликнула:

– Спагетти болоньезе!

И на этот раз улыбка, которая сияла на дисплее, была настоящей.

Рамка стала первым украшением, которое я поставила в комнате. На обратном пути я специально заехала в торговый центр, чтобы распечатать фотографию, и теперь мы с Доун улыбались с подоконника, глядя в комнату. Если честно, на фото мы выглядели обычно – на нас обеих рубашки Вудсхиллского университета, а волосы завязаны в неаккуратные пучки, причем из моего уже выпала пара прядей. К коротким волосам еще нужно привыкнуть. Но все равно фотография мне понравилась.

Доун тоже купила себе рамку, чтобы поставить ее в комнате. Не знаю, как это получилось, но уже сейчас я понимала, что сегодняшний день стал началом нашей дружбы.

Доун заставила меня почувствовать, что в моей жизни есть место искренним чувствам. Дружба только ради дружбы. А не для того, чтобы извлечь максимальную выгоду.

Должна признать, я очень гордилась нами. Мы купили полку и большой комод, которые уместились за дверью с точностью до дюйма. Поскольку я была очень «умной» девочкой и забыла измерить комнату, это стало настоящим везением. Теперь не хватало только дивана-кровати, но собрать его оказалось гораздо сложнее, чем мы думали. Похоже, на нижней части отсутствовали некоторые отверстия, кроме того, детали, проходившие вдоль выдвижной коробки, не подходили друг к другу. Одна оказалась длиннее, что, очевидно, указывало на ошибку в конструкции. Вообще-то я должна была сразу подать жалобу, но у меня не было особого желания тащить диван на два этажа вниз и ехать обратно в магазин.

В отчаянии я села на пол. К настоящему моменту мой лоб был влажным от пота, и я могла ощущать напряжение в каждой мышце своего тела. Они будут убийственно болеть завтра утром. Благодаря пилатесу я была в отличной форме, но этого недостаточно, чтобы выполнить работу грузчика.

– Это невозможно!

– Понятия не имею, что пошло не так, – добавила Доун с карандашом во рту. Я изо всех сил пыталась расшифровать, что она пробормотала. Затем она убрала карандаш за ухо.

– Вероятно, мне придется спать здесь, – мрачно сказала я, поднимая свернутый ковер себе на колени. Я взъерошила пушистый светлый искусственный мех, словно он был домашним животным. Желательно кошкой.

– Ерунда, мы справимся, – рыкнула она, немного напоминая чихуахуа. Я невольно хихикнула.

В этот момент я услышала, как хлопнула входная дверь, и приглушенные голоса донеслись до нас из коридора. Замечательно, мой сосед по квартире пришел домой.

Доун широко открыла глаза.

– Давай спросим, есть ли у него дрель?

Она выпрямилась так быстро, что теперь походила на суриката. Я снова хихикнула.

– Ты просто хочешь посмотреть на него.

– А если и да, – призналась она и с легкостью поднялась с пола. Доун разгладила рубашку, засыпанную деревянной стружкой, нащупала пучок на голове. – Как я выгляжу? – спросила она, повернувшись вокруг своей оси.

– По-моему, мы обе выглядим так, будто нам нужен душ, – ответила я и тоже встала.

Мы подошли к двери и прислушались. Другой голос был явно мужским. Кейден не собирался клеить женщину.

– Думаешь, это против правил – спросить у него про дрель? – прошептала я так, словно они могли нас услышать.

– Глупости. Не позволяй сукину сыну запугать себя, – отозвалась Доун, отступая на шаг от двери.

Я дернула ее за край рубашки и на мгновение задумалась. Конечно, я не хотела, чтобы меня запугивали, но эта комната была для меня важна. Плохая идея – бесить этого кретина, особенно в первый день нашей совместной жизни.

Но прежде чем я успела подумать об этом еще секунду, Доун открыла дверь и ворвалась в гостиную.

– Доун! – прошипела я и бросилась за ней.

Кейден находился на кухне и как раз доставал пиво из холодильника. Даже со спины – а может, именно с этой стороны – он выглядел особенно круто. На нем были ржаво-красные джинсы, мило подчеркивающие его зад, и облегающая темно-зеленая рубашка, натянувшаяся на плечах, чем автоматически притягивала мой взгляд. Рядом с Кейденом, прислонившись к кухонной стойке, стоял парень с черными волосами. Он был довольно высокого роста и выглядел, скорее, долговязым. Его клетчатая рубашка висела свободно, а рукава были засучены до локтей.

– Эй, ты и есть тот странный сосед? – Доун шагнула к темноволосому парню, который удивленно повернулся к ней. Он выглядел дружелюбным, в отличие Кейдена.

– В первую очередь я хотела сказать, что считаю твои правила абсолютно дурацкими. Я имею в виду посмотри на себя, а потом на нее. – Доун хаотично указала на меня, и больше всего на свете мне захотелось провалиться сквозь землю. Или раствориться. Одно из двух, определенно. – Не думаю, что ей нужно спать с тобой. Кроме того, я считаю неприличным считать всех женщин одинаковыми и класть нас в одну корзинку! Откуда ты вообще знаешь, что мы делаем и не делаем в свободное время? Я имею в виду, что мы могли бы заниматься реслингом и профессионально играть в футбол, а не клеить своих соседей по квартире.

Кейден закрыл дверцу холодильника и медленно повернулся. Он посмотрел на Доун, подняв бровь, и с интересом следил за тем, как она разделывается с его другом. Он выглядел так, словно вот-вот улыбнется.

Но нет.

Поспешно шагнув за Доун, я положила руки ей на плечи и прошептала:

– Это не он.

Она забыла, что хотела добавить.

– Как это не он?

Я кивнула в сторону Кейдена.

– Это Кейден, мой сосед по квартире. Кейден, это моя подруга Доун.

У долговязого парня на лице расплылась широкая улыбка. Глубокие ямочки появились на щеках. Он повернулся к Кейдену.

– Чувак, ты что, был не особенно добр к девочкам?

Кейден пожал плечами и шумно открыл пиво. Он толкнул бутылку своему приятелю через кухонную стойку и открыл вторую, которую тут же приложил к губам. Потом вытер тыльной стороной ладони рот и уставился на меня. Кажется, ему что-то не понравилось, потому что он нахмурился и отвернулся, чтобы пойти к дивану. Доун он полностью проигнорировал.

– Я Спенсер, – сказал его друг и протянул руку сначала Доун, а потом мне. – Рад с вами познакомиться.