Под небом Марбельи - Адриана Алекс

Мы идем по набережной. Тамара заглядывается на стоянку белоснежных яхт, и на ее лице появляется мечтательное выражение. Мне становится досадно, что я не смогу удивить ее, пригласив на ужин на одну из этих красоток. У меня нет ресурса, чтобы удивить эту свободолюбивую и богатую девушку. И я сам выбрал такой путь — быть свободным от бизнеса. До этого момента меня это не смущало, но сейчас… Я чувствую себя неполноценным.

— Красиво как! — втягивая в себя воздух, говорит Тамара. Она смотрит на море и улыбается. — Здесь можно утверждать, что земной рай существует.

К нам подходит парень, изрядно взлохмаченный и похожий на бомжа. Судя по перегару, который может свалить с ног любого, он, не просыхая, веселился месяц. Чуть поодаль за ним тащится похожего вида товарищ.

— Ребята, а пошли кутить с нами? — по-русски предлагает он. — Я угощаю!

— Иди-иди, без тебя весело! — раздраженно бросаю я. Ответ его, похоже, не устраивает, и он продолжает топтаться на месте. Тамара крепко берет меня за руку, сжимает мои пальцы. Ей страшно.

— Ты чего, совсем оборзел? Своих не признаешь? — мотнув головой, начинает наезжать на меня несостоявшийся благодетель. Как пить дать хочет драки. Тамара еще сильнее вцепляется мне в руку. Кожей ощущаю ее панику.

— Вали отсюда! — все еще надеясь закончить эту ситуацию без мордобоя, говорю я. — Не порти себе вечер.

— Ну, не хочешь — как хочешь, — неожиданно сдается парень. — А девка пойдет со мной.

— Нет!

Он хватает Тамару за руку и тащит ее за собой. Отбить у него девушку труда не составляет. Пара крепких ударов в челюсть и по корпусу, и вот он уже лежит посреди набережной, пускает кровавые слюни.

Но его спутник не доволен таким положением вещей. Он бросается на меня. Успеваю отскочить в сторону, но что-то острое успевает царапнуть грудь. Опускаю глаза, вижу, как в его руках поблескивает лезвие ножа.

— Артем! — кричит Тамара. Подлетает к напавшему и с силой толкает его в бок. Выбивает из рук нож, и тот падает в песок. Звук полицейской сирены мгновенно отрезвляет любителей веселой жизни. Оба поднимаются на ноги и, шатаясь и матерясь, ковыляют назад.

Чувствую, как по коже бежит теплая струйка крови. Прислушиваюсь к себе. Вроде бы боли нет. Дышу нормально. Значит, ничего серьезного. Тамара подбегает ко мне. Касается моего лица, хватает за руки. Тихо всхлипывает, и я вижу на ее щеках слезы.

— Все хорошо, — обнимая ее одной рукой, успокаиваю я, хотя сам еще не пришел в себя от происшедшего: ведь я только что был на волосок от смерти. — Я в норме, ну видишь? В полном порядке.

— Но ты ранен… — Тамара хочет задрать футболку, чтобы осмотреть рану. Не даю ей этого сделать.

— Это ерунда, просто царапина, — с уверенностью произношу я.

— Я хочу в этом убедиться, — взволнованно произносит Тамара, и ее лицо заливает румянец.

— Тебе мало того, что тебе говорю я? Нужно все проконтролировать, да, бизнес-леди? — усмехаюсь я и начинаю чувствовать, как саднит порез.

— Если бы с тобой что-нибудь случилось… — растеряно произносит Тамара и обнимает меня. Чувствую, как она дрожит. Моя бедная, испуганная девочка!

— …То ты бы ощущала себя виноватой? — хрипло произношу я и, взяв ее за подбородок, смотрю ей в глаза. Касаюсь пальцем ее приоткрытых губ. Горячее дыхание обжигает мне кожу. Провожу по ее щеке и понимаю, что не смогу справиться с собой. Тамара рядом, она в моих объятиях, разе можно упустить такой шанс? Страх, что она может оттолкнуть меня, уходит. Я только что чудом избежал смерти, судьба благосклонна ко мне сегодня. Страсть затапливает меня с головы до ног, затмевая волнение. Наклоняюсь к Тамаре и целую её в губы. Она вздрагивает и сжимает пальцами мою футболку. Сначала медлит, а потом робко откликается на поцелуй, словно не верит происходящему. У меня кружится голова и дрожат ноги. Отстраняюсь от Тамары и прижимаю ее к себе. Не могу поверить, что то, о чем я мечтал всю жизнь, исполнилось. Целую ее в макушку и едва дышу, боясь вспугнуть свое неожиданное и такое хрупкое счастье.

— Ты с ума сошел, — шепчет Тамара, откидывая назад голову. Она смущена и растеряна.

— Давно хотел это сделать, — отвечаю я, глядя ей в глаза.

И понимаю, что от счастья действительно можно умереть.