Трогать нельзя - Ника Фрай

Я мог бы забыть все, что было. Начать, как говорят, с чистого листа. Но знал, что мне покоя не будет, если я не решу уродов. Так и буду думать о них. О том, что они хотели сделать с моей Малиной.

Да, это было нелегко в такие короткие сроки. Но я старался. Очень старался не затягивать. Ну и спасибо Артуру. Он подключил своих друзей из органов.

Хотя пару раз я все же лично врезал и дрищу тому, и Игорю. Не мог не врезать.

Остальное уже сделали другие.

И мне стало легче. Я знал, что и Алине станет легче. Месть — самое лучшее лекарство, что бы ни говорили.

Но похрен! Теперь все!

Домой! И не слезу с нее, пока не успокоюсь.

И как навязчивая идея — кончить хочу в нее! В нее!

Всегда кончал в презерватив и нормально было.

Не хочу презерватив. Кожей хочу ее чувствовать. И заполнять собой.

Сильнее сжимаю коленку Алины и давлю на газ.

Наконец, дом. Веду Алину, а у самого яйца лопнуть готовы. И приятная тяжесть в паху. Член налился уже.

Захлопываю за нами дверь и сразу же толкаю Алину. Так, чтобы она спиной прижалась к стене.

Хочу ее. Прямо здесь, у стены.

Беру за подбородок и впиваюсь в мягкие нежные губы. У меня стон вырывается. Прямо в наш поцелуй.

Руки дрожат. Что за нахуй? Или это мурашки?

Руками сильно сжимаю упругую грудь. И через одежду даже чувствую, что соски уже твердые. И там, внизу, в трусиках, уже мокро. Я уверен просто. Такая горячая девочка.

Быстро задираю платье на ней и просовываю руку в трусики. И чуть не кончаю о того, как там уже горячо и влажно. Девочка возбудилась. Неужели тоже так хочет меня? Не играет?

Средним пальцем провожу между складок и наблюдаю за реакцией.

Алина закрывает глаза, закусывает губу и головой упирается мне в плечо. Протяжно и громко стонет.

Не могу больше терпеть. Мне надо засунуть в нее как можно скорее. Остальное — потом. Теперь она в моей власти и я сделаю с ней все, что рисовала моя грязная фантазия.

От мыслей член приятно дергается.

Улыбаюсь и опять впиваюсь в губы Алины.

Слышу, как она стонет мне в рот.

Быстро расстегиваю замок и спускаю брюки. И боксеры сразу же.

Подхватываю ее ногу и закидываю себе на бедро. Отвожу трусики в сторону.

Член как камень. Удерживая его у основания, приставляю головку к разведенным складочкам.

Указательным пальцем чуть касаюсь входа в узкую дырочку и она тут же сжимается.

— Алин, ты чего? — шепчу ей в губы, — расслабься. Ты же помнишь, как нам хорошо вместе? Как я люблю ласкать тебя. Тебе же нравится, как я тебя трахаю.

И с этими словами я резко толкаюсь в нее. Буквально вбиваю ее в стену.

И стону. Громко. И из глаз как будто искры.

Алина вскрикивает и обхватывает меня за шею. Скребет ноготками своими мне по загривку. И там тоже мурашки.

Стискивает меня внутри так, что я чувствую ее каждой веной на члене. Головка набухает и трется о мягкие влажные стеночки Алины.

Удерживая ногу, начинаю трахать ее. Быстро. Прямо в спущенных брюках, впиваясь губами в шею.

Алина выдыхает со стоном каждый раз, когда я, выйдя из нее почти полностью, опять врезаюсь в раскрытую дырку.

Губами ощущаю миллионы мурашек на ее коже. Меня и самого трясет как будто у меня лихорадка.

От наслаждения трясет. Все мышцы сводит.

Я подцепляю и вторую ее ногу и заставляю обнять меня ими. Удерживаю Алину за задницу, впиваясь пальцами.

— Малина моя, — хриплю ей в шею, чувствуя, что скоро мы кончим. И она, и я.

— Марат, — чуть не хнычет Алина. — Ой! Господи!

И потом громкие стоны. И сокращения вокруг члена. Такие сильные, что я стискиваю зубы.

Продолжаю вбивать член в нее, ощущая спазмы от оргазма Алины.

— Марат! — восклицает она и ногтями скребет мне по загривку.

Утыкается мне в плечо и стонет.

Я делаю последние толчки и кончаю. Прямо в нее. Замираю и наслаждаюсь. Ловлю каждый маленький сигнал, посылаемый мозгом. Тело Алины расслабляется и она виснет на мне.

Делаю пару глубоких вздохов, чтобы опять начать нормально дышать. Скидываю с себя брюки и, подхватив Алину под задницу, несу наверх, в спальню, так и не выйдя из нее.

Пока я иду с ней по лестнице член вновь каменеет. Мне все еще мало. Трахнуть ее, перегнув через перила? И это я тоже сделаю, но сейчас хочу на кровати. Чтобы она лежала передо мной полностью раскрытая. Хочу рассмотреть ее.

Снимаю ее с себя и кладу на кровать. Стягиваю с себя остатки одежды. И нависаю над ней. Смотрю прямо в глаза. И тону в них.

Быстро стягиваю с нее платье и избавляю от белья.

Все. Голая. Моя.

Провожу ладонью по нежной коже.

Оказываюсь у нее между ног. Развожу их шире.

Просовываю два пальца ей в рот:

— Оближи, — хриплю.

Она послушно обводит их своим языком и я кое-как сдерживаюсь, чтобы не вставить ей в рот вместо пальцев член. И офигеваю от того, сколько всего я еще с ней сделаю. Список только растет.

Вытаскиваю пальцы и касаюсь ими клитора. Там и так все влажно, но я не могу отказать себе в удовольствии видеть, как она работает языком.

От моего прикосновения Алина вздрагивает, хватается за простыни и пытается отползти. Хватаю ее за ногу и не даю этого сделать.

И пальцы начинают ласкать ее. То сильнее и быстрее и тогда Алина стонет и закусывает губы, извивается. То медленнее и тогда она разочарованно выдыхает, приподнимается и смотрит на меня.

Мне нравится наблюдать за ней. Это возбуждает. Второй рукой в такт движениям пальцев на клиторе веду по члену.

Алина зажмуривается, подает бедрами вперед и стонет. И я останавливаюсь. Убираю с нее руку и теперь только сжимаю член. Смотрю на нее с усмешкой.

Она приподнимается на локтях и недоуменно смотрит на меня.

— Что? Хочешь кончить? — спрашиваю, наслаждаясь ее разочарованием.

Вижу, как щеки покрываются румянцем. Все еще стесняется. Падает на кровать и отворачивается. Беру ее за подбородок и поворачиваю к себе.

— Скажи мне, Алина, чего ты хочешь?

Упорно молчит, сжав губы.

— Покажи мне, — предлагаю я.

Она берет мою руку и кладет себе между ног.

— Так, — ухмыляюсь я. — А еще чего? Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя?

Молча кивает.

Этот разговор