Трогать нельзя - Ника Фрай

— Марат, скажи честно, она тебе нравится? — вдруг спрашивает он.

И я задумываюсь. Хмурюсь и смотрю на руль. Что значит «нравится»? Это когда как?

— Если сейчас приедешь домой, а ее нет, что испытаешь? — копается он во мне.

— Убью, — говорю я.

— Кого? — испуганный голос.

— Охранника. Что позволил ей уйти. А ее — найду. И к кровати наручниками! — выпаливаю и забираю у него бутылку. Тоже отпиваю.

Легче не становится.

— Наручниками? — спрашивает Александр. — И что это даст тебе?

— Не мне, а ей, — поворачиваюсь к нему. — Это даст ей защиту.

Он хмыкает.

— Она хочет учиться дальше, — сам продолжаю я уже тише.

Молчит. Ждет?

— Я против.

— Почему?

— Потому что… — начинаю и обрываюсь. Задумываюсь. Сказать ему об истинной причине? Или наврать? Как и Алине?

— Потому что боишься, что она влюбится в кого-то другого? — этот наглец опережает меня.

И я смотрю на него сначала круглыми глазами, а потом, наоборот, сощурившись.

— Боишься, что она обратит внимание на другого мужчину? — продолжает добивать меня он. — Что ей будут оказывать внимание. Ведь так, Марат?

Хмурюсь и отворачиваюсь к окну.

— А знаешь, почему так?

Блять! Вот, почему его вопросы всегда как будто нож по свежей ране? Почему так неприятно-то?

— Потому что ты, Марат, боишься потерять ее. Алину. Боишься, что останешься без нее.

— Я не хочу, чтобы ее обижали, — цежу я, не глядя на него. — А ее постоянно кто-то обижает. Постоянно! — стучу ладонью по рулю. — Она не может постоять за себя! И как магнит для уродов!

— Может, потому что ей просто надо придать уверенности? Чтобы она чувствовала, что кому-то нужна. Что у нее есть защита. Что ее никто не обидит. Уверенности, Марат. Понимаешь? Дать ей уверенности.

— И кто же ей ее даст? — усмехаюсь и поворачиваюсь к нему.

— Ты, — запросто отвечает он.

Смотрю на него удивленно.

— Ты, Марат. Только ты, — повторяет он. — Ты же и сам этого хочешь. Скажи, что хочет мужчина? Что доставляет ему удовольствие?

— Ты издеваешься? — усмехаюсь я, поглаживая рукой руль. — Ты сам мужик и спрашиваешь меня, что доставляет нам удовольствие?

— Я не о том, что ты подумал, — улыбается он. — Настоящее удовольствие — это когда с тобой рядом счастливая женщина. Счастливая, понимаешь? Но у каждой, конечно, свое представление о счастье. Ты выбрал Алину. Осталось понять, что приносит счастье ей.

И замолкает. И я молчу. Так и сидим в тишине.

Я думаю.

Разве сейчас она не счастлива со мной? Разве я не стараюсь для нее?

Да я могу купить ей все, что она захочет!

Каждый раз, трахая ее, я думаю о ней! Чтобы она кончила! Когда такое было?

Этого мало?

Ей мало.

— Нихера не понимаю, — мотаю головой. — Сука. Почему так сложно?

— Потому что ты выбрал не просто девушку на одну ночь, — слышу голос Александра. — В этом вся сложность, Марат. А если Алина будет вести себя так, как ты привык, то тебе самому это наскучит очень быстро. Да и Алина не будет самой собой в этом случае… Она потеряет себя. Уже теряет. И чувствует это. Поэтому так и ведет себя. Ей это не нравится. И она не будет счастлива. А значит и ты тоже, Марат.

— Так что же? — не понимаю я. — Дать ей возможность учиться? А она потом и работать захочет?! — резко перевожу на него взгляд.

Пожимает плечами и улыбается.

— И другие мужики будут пялиться и дрочить на нее? — рычу я, злясь на его спокойствие.

Я-то горю!

Кивает. Он, сука, кивает!

— Но у нее же будет кто-то, ради кого она не будет отвечать взаимностью другим. Кто-то, ради кого она будет бежать домой. Кто-то, кто будет смотреть на эти взгляды других мужчин и понимать, как они ему завидуют.

— Кто-то, — бурчу я. — Кто-то, кто-то. И кто?

— Ты, Марат. Неужели ты до сих пор это не понял? Ты. Она уже сделала выбор. Так, помоги ей убедиться, что она не ошиблась. Что все правильно.

Молчу. Откуда у него такая уверенность в ней? Почему у меня ее нет?

Потом мы еще сидим какое-то время и выпиваем. Немного. Мне же еще домой ехать. Но Александру хватает. Его развезло конкретно.

— Дурак ты, Марат, — смелеет он. — Такую девчонку если упустишь — дурак!

— Нравится она тебе? — прищуриваюсь. Пьяный сейчас все выдаст. Точно набью ему морду!

Но он вместо ответа закатывает глаза и машет на меня рукой.

— Дай ей свободы, Марат, — говорит он, когда мы уже прощаемся. — Сам увидишь, что так лучше. Счастье — не в наручниках, — вздыхает. — А в том, что она будет приходить каждый вечер к тебе. Сама. Сама приходить. Ты понял?

Смотрит на меня, а у самого взгляд уже поплыл. Слабак.

— Ладно, давай! — жмет мою руку и чуть не падает из машины, когда выходит.

Пить вообще не умеет.

— Дойдешь? — спрашиваю.

Только рукой машет, не оборачиваясь.

Ну, дожидаюсь, когда он в подъезд заходит, и завожу машину.

Мы с ним полночи просидели.

Когда возвращаюсь домой, сразу иду в комнату Алины. Но ее там не оказывается. Странно.

Захожу к себе и улыбаюсь. Тут. Лежит на моей кровати.

Иду к ней прямо в одежде. Пиздец как соскучился. Пару часов не видел, а не могу. Хочу прижать к себе.

Забираюсь под одеяло и целую ее в плечо. Она как будто просыпается, хотя глаза не открывает.

— Алина-малина, — шепчу я, за талию притягивая ее к себе.

Не буду трахать, конечно, сейчас. Хочу. Но не буду.

Надо обдумать все. Слова этого слабака, которого с пары глотков развезло, покоя не дают.

Просто хочу рядом с ней быть. Сейчас и здесь.

Зажмуриваюсь и чувствую, как Алина руками обвивает мою шею.

Распахиваю глаза.

Спит. Во сне меня обнимает.

Невольно улыбаюсь и опять целую ее. В щеку на этот раз.

А она сама тянется ко мне и кладет голову мне на грудь.

Пиздец.

У меня сейчас сердце выскочит. Так стучит.

Касаюсь губами волос. И запах ее легкие забивает.

Малина, блять. Что же ты делаешь?

Хочешь учиться? Окей.

Я уже знаю, что сделаю. И осознание этого заставляет меня улыбнуться.

Глава 72. Алина

Открываю глаза и понимаю, что одна в кровати. Неужели, Марат так и не приходил? Он не ночевал дома?

Непонятное чувство тревоги возникает откуда-то.

Но почему? Разве он мне что-то должен? Он вообще мне ничего не обещал. Он может ночевать не дома. Наверное…

Тогда почему мне это не нравится?

И