Любовь со смертью - Ольга Вадимовна Гусейнова

Я поспешно распахнула дверь – и замерла, изумленно разглядывая занятную компанию. В довольно просторном коридоре преподавательского крыла общежития у апартаментов Анриша оказалось удивительно людно. Напротив меня, правда, метрах в двух, застыла женщина в элегантном синем платье и меховом манто небрежно, а может и поспешно накинутом на плечи. Черноволосая, белокожая, с яркими синими глазами и тонкими изящными чертами лица, женщина выглядела лет на тридцать пять, по земным меркам. Ее можно было бы назвать красивой, если бы не смесь скорби и страха неизбежности потери, что портила эту холеную аристократичную идеальность.

Позади незнакомки этаким суровым полукругом, перекрывая коридор, сиял зловещими синими переливами мощный магический щит, за которым замерло минимум пятеро мужчин в черной форме с золотыми нашивками на погонах и груди. Похоже, магконтроль Далейта. Причем, судя по яркому мерзкому привкусу на языке и запаху темных эманаций, передо мной очень сильные маги. Такие шутки не шутят, такие приходят и убивают потерявших всякие берега преступников…

Почему-то, увидев меня, женщина вздрогнула, ее глаза широко распахнулись, а нижняя челюсть некрасиво отвисла, показалось – от неожиданности и изумления.

– Чем могу помочь? – напряженно пискнула я, с неменьшим изумлением разглядывая незваных зловещих гостей.

Вот что вялые мозги совершают! Они толкают на неправильные поступки, такие как без спроса открыть дверь в чужой комнате! Или не чужой?..

– Мы ищем Анриша, – напряженно просипела незнакомка с какой-то безуминкой, вспыхнувшей в ее красивых сапфировых глазах.

– Он еще… э-э-э… отдыхает, – пролепетала, а внутри у меня все ревниво насторожилось, поэтому постаралась быть более убедительной, – спит.

Красивая женщина по утру явилась-не запылилась к моему почти-мужу, да еще с законниками…

– Спит? – вырвалось у нее с каким-то недоверчиво-облегченным судорожным присвистом, прямо как у родственников чудом выжившего пациента.

– Темного утра, мама! – раздалось за моей спиной, а следом мне на плечи легли тяжелые ладони Анриша.

Законники в коридоре резко подобрались и напряженно уставились на мужчину за моей спиной.

– Ты жив, сынок?.. – всхлипнула… его мама.

Из нее словно стержень вынули, плечи расслабились, и вся она чуть не стекла на пол, наверное, лишь силой воли удержалась на ногах.

– Все хорошо, мы с Машей справились. И, как видишь, выжили… – в голосе Анриша я услышала искреннюю нежность.

Женщина качнулась вперед и, шагнув за порог, буквально стиснула нас обоих в объятиях, не по-женски крепких, с тяжелым ароматом сильной магии, и легким цветочным запахом духов. Потискав заодно с сыном и меня секунд десять, больше женщина себе слабости не позволила, отстранилась и быстро осмотрела нас с головы до пят. От ее изучающего, очень внимательного взгляда не скрылась ни одна деталь: ни огромный халат ее сына на мне, полудохлого вида невесте или свежеиспеченном привидении, ни здоровенные тапки с золотыми вензелями на моих ногах, ни их хозяин босиком. Дальше мы с ней вместе посмотрели на измученного полуголого Анриша в явно впопыхах надетых домашних штанах.

Я нервно затеребила пояс на талии, чем опять привлекла внимание будущей свекрови. Посмотрев на родовой перстень, красовавшийся на моем пальце, она сказала:

– Я горжусь тобой, сын! И жду официального представления!

– Обязательно, как будет время и возможность, – в своей привычной сухой манере усмехнулся Анриш.

Оказывается, его снисходительная усмешка достается не только мне, но и матери. А вот остальным предназначалось лишь бесстрастное ледяное равнодушие, либо, что гораздо хуже, зловещий оскал будущего наказания.

– Маша, значит… – протянула будущая свекровь с нездоровым интересом.

И еще сильнее напрягла – с неожиданной мягкостью обвела мое лицо теплой ладонью. Словно запоминала каждую черту для будущего портрета разыскиваемой преступницы. Но, вдруг хорошо улыбнувшись, герцогиня ди-ре Сол расправила плечи, вернув себе апломб и уверенность, развернулась и покинула комнату. В коридоре она притормозила, пока ее сопровождающие убирали магический щит и ледяным, непререкаемым тоном приказала:

– Проблема исчерпана! Вы свободны!

Маги, вот сто пудов не были готовы к такой развязке. Тем не менее командир отряда, конечно же, прибывшего для ликвидации зараженных проклятьем магов смерти, очень, вот очень-очень уважительно поклонился и ответил ей, уже глядя в спину:

– Слушаюсь, эйта ди-ре Сол! – Затем, обернувшись к нам, с не меньшим пиететом отвесил поклон ее сыну: – Приношу извинения за беспокойство эйт ди-ре Сол. Можно идти или будут иные указания?

– Свободны! – холодно и равнодушно ответил маг смерти.

И уже хотел было закрыть дверь, но черный взгляд остановился на мне. Видимо, мои все еще влажные волосы натолкнули его на важные мысли:

– Нет, постойте! Уберите мои покои и зарядите артефакт очистки. И отправьте заказ в столовую, пусть нам принесут полноценный горячий обед на двоих. Срочно!

Я сглотнула, а то от нервов во рту пересохло, чем опять привлекла внимание Анриша:

– Голодная?

– Да, – тихо выдохнула я, неловко сводя полы халата на груди.

– Не волнуйся, родная, сейчас все исправим и тебе полегчает, – слегка нахмурив брови, мягко, сочувствующе пообещал Анриш и, приобняв меня за плечи, повел в спальню.

Вот честно, я неосознанно застопорилась. Спальня меня сейчас совсем не прельщала, а сверху с мягкой насмешкой прозвучало:

– Не бойся, Машенька, только чтобы ты отдохнула.

Машенька! Про это ласковое производное от моего имени я случайно проговорилась. Лишь раз. Но Анриш его запомнил и сейчас использовал, уже зная, что таким образом обращаются только к самым родным и близким. К любимым! Я застыла, глядя ему в глаза:

– Машенька?

И шмыгнула носом, глаза аж запекло от подступивших слез. И плевать, что в комнате незнакомцы, и что они удивленно таращились на нас с Анришем.

– Моя Машенька! – едва заметная, но уже знакомая скупая улыбка буквально осветила лицо, а главное – глаза моего любимого мага смерти.

Анриш подхватил меня, измученную, обессиленную, ошарашенную знакомством с его царственной мамой, и под негромкий щелчок закрывшейся за ее свитой двери отнес в спальню. Надо же, маги группы зачистки сюда не заходили, но времени зря не тратили, им хватило минуты на выполнение приказа Анриша. Вокруг теперь все блестело, даже в воздухе витал запах луговой свежести. И артефакт очистки заправили под завязку.

В этот раз Анриш очень бережно, как ребенка, уложил меня на постель, а не как вчера, упав на кровать вместе со мной. Подложил под спину подушки, чтобы удобно было отдыхать полусидя. Опять же, как ребенку, подоткнул одеялко, а сам, будто здоровенный кот, вытянулся вдоль меня, оставшись в домашних штанах, что, казалось, держались не на бедрах, а на честном слове.

Ди-ре Сол даже в нынешнем состоянии