Любовь со смертью - Ольга Вадимовна Гусейнова

уже два месяца, сменяя друг друга, меня охраняли будущие маги смерти. Заодно и всю группу светлых, мы же по одному не ходим. Да и злить проректора дураков нет. Внушительный родовой перстень с большущим сапфиром и вязью рун на моем тонком пальце вскоре все заметили, и у темных вопросов о моей персональной охране не возникло. Лорес после первой попытки влезть в мою личную жизнь с наставлениями, второй раз не решился. И слава богу.

Теперь, стоило машинально поднять руку для любого дела, родовой перстень ди-ре Солов радостно бликовал, пуская зайчиков и невольно приковывая к себе не только чужое, но и мое внимание. И главное, хоть мельницей маши, не слетит с руки. Держится, будто приколоченный баннер с предупреждением: «Осторожно, частная собственность рода ди-ре Сол! Не прикасаться! Убьют!»

– Эйта фин Ришен, самой темной ночи вам, – настороженно поприветствовали меня Денрик с подельниками, стоило к ним подойти.

– Иры… – начала было я, но застопорилась отметив, что парни оскорбленно поморщились, а следом, побледнев, вытаращились на меня. Пришлось срочно исправиться, пока они окончательно не решили, что Анриш лишил их родового статуса: – Простите, эйты. Я готова взыскать с вас долг.

– Слушаем вас, – напряжение в них достигло пика, даже лица будто окаменели.

Без слов понятно, что после моей оплошности с обращением должники ждут от меня чего-то запредельного. Либо баснословно дорогого, либо смертельно пакостного. В какой-то мере я их не разочарую, оправдаю ожидания:

– В качестве возмещения завтра вы лично сопроводите группу моих соотечественников после занятий в Далейт. И обеспечите им надежную охрану!

– Это все? – не поверил Денрик.

– Нет, конечно, – усмехнулась я. – Вы покажете моим товарищам все хорошие и нужные им лавки, а также оплатите все их покупки.

– Можно нам заранее уточнить… хотя бы примерно, для расчета необходимой суммы, что именно они собираются купить? – очень осторожно поинтересовался друг Денрика.

Судя по хмурой складке между его бровей, уже подсчитывал, в какую долговую яму я их загоню.

– Ткани, нитки, тесьму, в общем, все для шитья. Еще обувь и одежду. И кое-какие другие вещи для конкурса.

– Для конкурса? – опешили все трое.

– Верно! – еще шире усмехнулась я и решила сразу подсуетиться: – И второе немаловажное условие, чтобы я сочла ваш долг закрытым.

– Да? – снова напряглись парни.

– Аплодисменты!

Видимо, я довела парней до ручки, они выпучили на меня глаза:

– Что, простите?

– Вы должны мне аплодисменты. Когда будут выступать светлые, ваша обязанность – громко и восторженно хлопать! Искренне и с полной самоотдачей! Поэтому вы обязаны присутствовать на конкурсе талантов и активно нас поддерживать.

Несостоявшиеся преступники несколько томительных мгновений мрачно смотрели на меня, судя по сжатым желвакам и скрипу зубов, мысленно расчленяли. Еще бы, на такой позор толкнула: хлопать – восторженно! – светлым. Немыслимо!

– А может вам нужны драгоценности и…

– Они лучше, чем у рода ди-ре Сол? – холодно оборвала я Денрика.

– Нет, – обреченно признал он.

– Значит, поход в Далейт за покупками и восторженные аплодисменты! – завершила я торги. – Завтра в три часа моя группа будет ждать вас у ворот. Не опаздывайте! И если хоть что-то пойдет не так или мои товарищи пострадают, я сочту, что вы отказались от возмещения мне долга. В этом случае вам придется иметь дело уже не со мной…

Сухо кивнула им на прощание и поспешила в столовую, куда изначально и направлялась со своими друзьями. Да только, заприметив по дороге должников-инвесторов, задержалась взыскать долги.

Взяв себе еды, присоединилась к своим за длинным столом у окна. Я уже привыкла к повышенному вниманию темных, поэтому ни настроение, ни аппетит они мне больше не портили.

– Тебе досаждают эти трое? Нужна наша помощь? – тихо уточнил Лорес, который сидел напротив меня рядом с Адеис.

– Нет. Скорее я им жить спокойно не даю, – хихикнула я, а потом серьезно пояснила: – Мэтр, я обещала вам решить вопрос с конкурсными костюмами. Эти трое – мои должники, поэтому мы договорились, что они сопроводят нашу группу по далейтским лавкам и обеспечат охрану. Более того – оплатят все покупки. Надо отправить несколько парней и, думаю, стоит еще пойти Алисе и Айшат. Поскольку только женщины способны выбрать красивые ткани и приклад для пошива нарядов.

– Разве ты не пойдешь с нами? – удивилась Алиса.

– Меня не отпустили, – призналась я с досадой.

Ведь только заикнулась Анришу о своей идее – и тут же получила категоричный отказ. Правда, и обещание, что позднее он мне сам покажет столицу, да хоть весь Ирмунд. Ведь земли ди-ре Солов занимают пятую часть королевства.

Отметив понятливые ухмылки парней, все же Хартан – глубоко патриархальный мир, даже в своей темной части, я вспомнила о важном:

– Рин Шмун тоже с вами пойдет! Купит все необходимое для остальных артефактов.

– Еще артефакты? – вскинул брови Лорес.

Бывший законник и следователь по особо важным делам, наш куратор с боевого факультета, к сожалению, лишь в пределах базовых знаний выпускника магической академии разбирался в музыкальных инструментах.

– Да, – кивнула я и, обернувшись к Шмуну, сидевшему по правую руку от меня, с восхищением пояснила, – Рин создал артефакт, который улавливает и усиливает естественную вибрацию корпуса гитары и струн. Это придает звуку особенный объем, бархатистость и глубину. Теперь басовые струны звучат упруго и с хорошим сустейном…

– С чем? – недоуменно переспросила Адеис.

– Звук стал более длительным, – пояснила я и про себя порадовалась: хоть не полноценная электрогитара вышла, но очень приближенное звучание. – И высокие струны не просто звучат, а поют. Такой чистый и почти хрустальный звук…

– Рин у нас гений в артефакторике, – с не меньшим восторгом согласился Этеис под радостное кивание жевавшего Алесана. – Теперь моя гитара выдает такое… словно один звук размножили и он отдается эхом в горах. Потрясающе звучит…

Я счастливо улыбалась, Рин действительно сотворил что-то невозможное. Создал магический трансакустический блок. Волшебник!

– Мы вчера с леей Эмарией проверили здешний зал торжественных приемов, где проходят все конкурсные мероприятия и концерты. Там, как в храме, – потрясающее отражение звука! – оценил Виктор, наш барабанщик. Довольный!

– А причем тут эхо? – недоумевала Адеис.

Я пояснила:

– Дело не в эхе, а изначальной, конструктивной особенности помещений отражать звуки. Называется реверберация. Это эффект, придающий звуку ощущение пространственной глубины и ширины за счет отражения звуковых волн…

Ни Адеис, ни наши соседи меня не поняли. Лорес улыбнулся любимой девушке и взялся пояснять сам:

– Представь ручей. Если кинуть в него камень, то ничего, кроме «бултых», не будет. А если кинуть камень в тихую гладь паркового пруда? Появится рябь, которая волнами разбежится далеко от места падения камня. Так