Ты Для Меня - Ольга Гринвэлл

Я прошла в ванную, на ходу сбрасывая с себя одежду. Может быть, вместе с водой с меня смоются все мои печали и невзгоды?

Ярослав напрасно ждал меня, сидя у камина в гостиной. В тот вечер я так и не вышла из своей комнаты. Завернувшись в теплый халат, я легла на кровать. Долго лежала, уставившись в потолок. Слез уже не стояли в глазах, но от этого было только хуже. Меня мучил вопрос — правильно ли я поступила?

* * *

Я будто и не спала, а просто была в каком-то забытье, время от времени проваливаясь в тревожную пропасть сновидений. Наконец-то поняла, что так и не смогу отдохнуть.  Я встала с кровати и, открыв дверь на балкон, вышла на улицу. Мое дыхание на секунду сбилось от влажного холодного воздуха. Из-за густого тумана не было видно практически ничего на расстоянии пяти метров, и я ощущала себя в каком-то ватном коконе. И ещё эта странная, чужая тишина, словно я внезапно оглохла.

Нет, кофе здесь по утрам пить было бы не очень приятно. Передернув от холода плечами, я поспешила внутрь. На дисплее телефона высветилось семь часов утра. И несколько пропущенных звонков и сообщений.

Дрожащей рукой я взяла телефон в руки. Нет, от Никиты ни одного. Значит, я все-таки была права. Он действительно хотел от меня избавиться.

Быстро набрала номер своей подруги. Ксю моментально схватила трубку. Я даже не успела сказать и слова.

— Велька! Куда ты подевалась? Что случилось?

Стараясь казаться спокойной, я проговорила.

— Что ты кричишь? У меня все хорошо.

— Говори давай, подруга, где ты сейчас?

— Я в Лондоне.

На миг в трубке наступило такое же плотное молчание, как этот ужасный туман за окном.

— С Никитой?

— Нет.

— А-а... — я поняла, что Ксю почти потеряла дар речи.

— Я с Ярославом.

— Но... — ее как прорвало. — Но ты же с Никитой? Я ничего не понимаю. Как, когда? Почему ты ничего мне не сказала? А как же Никита?

— Ксю, заткнись, — надо срочно её остановить. Эти вопросы сводили меня с ума. Одно упоминание имени Никиты...

— Я выхожу замуж за Ярослава.

— Но почему? Ты же...

— Я поняла, что мне нужен Ярослав.

— Но ты же не любишь его!

Я молчала.

— И Никита! Да он с ума по тебе сходит.

Тут я уже не выдержала, расхохоталась.

— Ты ошибаешься. Он как раз собирался расстаться со мной. Обыкновенный бабник. Я его опередила. Слушай, Ксю, не волнуйся так за меня, пожалуйста. У нас с Яриком все будет хорошо. Честно.

— Вель...

— Пока.

Я нажала кнопку, отключилась. Стояла какое-то время, повторяя мантру: «У нас с Яриком будет все хорошо, будет все хорошо...»

* * *

Стол уже был накрыт, и Ярослав сидел в ожидании, когда я выйду к завтраку.

На блюдце лежали тосты, намазанные апельсиновым джемом. Вареные яйца, фрукты.

— Доброе утро, дорогая, — мужчина вскочил, отодвинул для меня стул. — Как ты спала?

— Спасибо. Неплохо.

— Что ты хочешь? Кофе, чай, сок, молоко?

Я улыбнулась.

— Спасибо, Ярик, — я окинула явства на столе взглядом. — Не волнуйся так из-за меня.

На самом деле мне совершенно не хотелось есть. Почему-то запах еды сегодня вызывал неприятные ощущения в желудке. Я отпила кофе из чашки, взяла тост.

— Ты выглядишь немного усталой, — он внимательно посмотрел на меня. — Может, тебе показаться врачу?

— Слушай, ну не говори ерунды, — поморщилась. — Ненавижу летать в самолетах.

Я очистила яйцо, и уже когда поднесла ложку ко рту, почувствовала, что меня того гляди стошнит.

— Извини. Я сейчас, — постаралась как можно спокойнее выйти из-за стола, дошла до двери и со всей мочи бросилась в свою ванную. Еле успела открыть крышку унитаза. Меня выворачивало и выворачивало.

Не знаю, как долго я пробыла в ванной. После того как я, умывшись, вернулась к столу, там уже все было убрано. Ярослав стоял у раковины и мыл посуду. Милая домашняя сцена.

Прислонившись к косяку двери, я улыбнулась.

Мужчина обернулся ко мне.

— Все хорошо?

Я кивнула.

— Наверное, съела что-то не то в самолёте.

— Думаю, тебе надо хорошенько отдохнуть.

Он вытер руки полотенцем и, подойдя ко мне, обнял меня за талию.

— А вечером мы сходим с тобой в театр. Согласна?

— Конечно.

Все-таки он милый и обаятельный. Мне будет с ним очень хорошо и уютно. Отец был прав, Ярослав — прекрасная пара для меня.

Я улыбалась, глядя на приятное лицо этого мужчины, убеждая себя, что мое женское счастье уже не за горами.

* * *

В театре я опять почувствовала себя нехорошо. Мне казалось, что там слишком душно. Да ещё и влажный лондонский воздух.

Едва выйдя из помещения, я вздохнула, прижала ладонь ко рту. Ярослав обнял меня за талию.

— Хочешь прогуляться вдоль Темзы?

Я кивнула.

Мы неторопливо шли, молчали.

— Эвелина, — наконец нарушил молчание Ярослав. — Я рад, что ты приехала ко мне. Я этого очень хотел. Ты самая красивая женщина из тех, кого я встречал.

Ярослав остановился. Взял мое лицо в ладони. Я видела его губы совсем близко.

— Я готов всю жизнь провести с тобой. Целовать тебя, баловать. Сделать тебя счастливой.

Он слегка прикоснулся губами к моим губам. Нежно так. У меня даже почти захватило дух. И хватило доли секунды, чтобы осознать, что этот мужчина не мой. Я никогда не смогу испытывать к нему и половины тех чувств, что испытывала к Никите.

— Скажи мне, — продолжал Ярослав. — Почему ты выбрала меня?

— Ты мне нравишься, Ярик, — погладила его по щеке.

Он тихо рассмеялся, убрал мою руку и отошёл.

— Нет, я имею в виду — почему меня, а не Никиту?

Я деланно рассмеялась.

— Хм, Никиту? Причём здесь он?

Ярослав, не ответив, зашагал вдоль набережной.

* * *

Мы вошли в дом. В холле горела только маленькая ночная лампа.

Положив сумочку на столик, я собиралась уже пройти в свою спальню, когда почувствовала руки Ярослава на спине.

Затем услышала его жаркий шёпот.

— Эвелина, ты сводишь меня с ума. Я так хочу тебя...

И вот его руки я чувствую на всём своём теле. Лёгкие быстрые движения, желающие довести меня до безумия. Его губы на моем горле, поднимаются выше, обволакивают мои губы. Требовательный язык врывается сумасшедшим пламенем.