Шелковая вендетта - Виктория Холт

Они обвенчались с большой пышностью в церкви Святого того Георгия на Гановер-сквер, а затем был дан грандиозный прием в Кларидже. Чарльз казался очень довольным, его невеста – счастливой. Все присутствующие женщины не могли оторвать глаз от ее платья, и я видела, как в глазах нашей графини мелькают цифры – не в силах забыть о бизнесе, она уже подсчитывала в уме, сколько новых клиентов нам принесет эта свадьба.

Джулия тоже была там и чудесно выглядела. Она подошла к нам перекинуться словом.

– Теперь твоя очередь, – сказала она Касси.

– Я не собираюсь вставать ни в какую очередь, – резко ответила Касси.

– Если ты так цепляешься за свою девственность, никто не собирается у тебя ее отнимать, – успокоила ее Джулия.

– Я не хочу ничего менять в своей жизни.

– Ничто не приносит такого удовлетворения обоим сторонам, как удачный брак... такой, например, как сегодня.

– Надеюсь, они будут счастливы, – сказала я.

– Конечно, если постараются быть благоразумными. Она очень хотела найти себе мужа, а Чарльз отчаянно нуждался в деньгах. И то, что она оказалась мисс «Денежный мешок», решило все их проблемы.

Джулия засмеялась.

– Тебя шокируют мои слова. Как тебя легко смутить. – Она оглядела зал. – А Дрэйка здесь нет. Его не пригласили. Чарльза можно понять, тем более, что он никогда не забывает обиды. Я говорила ему, что нельзя быть таким мстительным, ведь прошло уже столько лет с тех пор, как они подрались.

– Я думаю, Дрэйк все равно не смог бы прийти, – сказала Касси, – у него слишком много дел перед выборами.

– Избиратели предпочитают, чтобы у их представителя в парламенте была жена, – сказала Джулия. – Это всем известно. Жена нужна каждому человеку, которому приходится много работать. – Она вызывающе посмотрела на меня. – Нужно будет напомнить ему об этом. Я знаю кое-кого, кто мог бы ему подойти в этом качестве. Эта женщина хорошо знает свет и у нее есть деньги, чтобы жить на широкую ногу... она вращается в обществе и очень неплохо смотрится... так что ему будет не стыдно с ней показаться.

Я промолчала.

– Он и сам скоро придет к этой мысли, – продолжила она. – В общем, можно сказать, что он уже подумывает об этом и... с моей помощью... полагаю, сделает правильный выбор.

– Ради его же блага я тоже надеюсь на это, – сказала я.

– Я говорю о женщине, которая могла бы ему помогать. Ты же знаешь, Дрэйк – очень здравомыслящий мужчина. Он не из тех, кто может влюбиться в горничную. Даже в любви он не потеряет рассудка.

– Это свидетельствует о незаурядном уме, – заметила я.

– О, Дрэйк – очень умный человек. Самое главное в жизни для него – карьера. Я бы не удивилась, узнав, что он мечтает пойти по стопам нашего дорогого старика Гладстона. О, не прямо сейчас, конечно. Великий Старик еще не сдался, и у Дрэйка впереди много работы. Но он будет зорко следить за ситуацией, чтобы не пропустить свой шанс. Вот увидишь. Он женится на женщине, которая знает толк в светских приемах... и если у нее к тому же есть деньги, то они вряд ли будут ему некстати.

– Мне ненавистна сама мысль, что мой друг может поддаться таким торгашеским рассуждениям.

– Ты неверно истолковала мои слова. Разве я сказала, что он корыстен? Я называю это мудростью. Посмотри на Дизраэли. Когда-то он был просто умным человеком. Затем женился на деньгах Мэри-Энн. Ему были нужны эти деньги. Если ты собираешься высоко подняться, как тот же Дизраэли, то, чтобы удержаться там, наверху, тебе понадобится мощная поддержка в виде денег. Кстати, эта счастливая парочка проведет свой медовый месяц во Флоренции. И почему это все ездят в свадебное путешествие в Италию?

Я унеслась мыслями в прошлое и представила, как прогуливаюсь по набережной Арно. Я внутренне снова переживала ту ночь, когда исчез Лоренцо.

– Наверное, потому, что это одно из самых прекрасных мест на земле, – услышала я голос Касси. – Вот почему оно так нравится влюбленным. Величайшие произведения искусства... великолепная природа...

– Чарльз вряд ли заинтересуется искусством. Он будет подсчитывать свои барыши, а его новобрачная думать о том, какая же она счастливая, что сумела на деньги своего папочки купить себе такого красивого муженька.

Я посмотрела на Касси.

– Пошли домой, – предложила я ей.

– Вы должны посмотреть, как молодые отправятся в свадебное путешествие, – напомнила нам Джулия. – Уйти раньше будет нарушением этикета. Осталось уже совсем недолго.

– Мне хочется посмотреть на нее в нашем дорожном костюме темно-красного цвета, – сказала Касси. – Он такой красивый.

– Странно, что вы стали такими знаменитыми портнихами.

– В основном это заслуга моей бабушки и графини, у которой врожденный талант бизнесмена.

– Однако салон носит твое имя, и ты наверняка очень гордишься этим обстоятельством.

– Разумеется.

– Как было бы здорово съездить в Париж, – вздохнула Касси.

– Это невозможно, – резко оборвала я ее. – У нас нет денег.

– Но твоя бабушка так не думает, и графиня тоже. Да и тебе этого хочется, признайся, Ленор? Я видела, как у тебя загорелись глаза, когда графиня рассказывала про магазин на улице Сент-Оноре.

– Поехать в Париж! – воскликнула Джулия. – Это бесподобно. Я бы там не вылезала из магазинов и накупила бы кучу всяких вещей.

– Пока мы будем довольствоваться своим салоном в Лондоне.

– Нет, все-таки в этом что-то есть, когда платье куплено во Франции. Даже если оно точно такое же, как то, что вы продаете здесь, все равно будет ощущение, что оно чем-то отличается. Это платье будет пропитано атмосферой Парижа.

Мы с Касси обменялись взглядами. Графиня говорила практически теми же самыми словами.

– А знаете, – вдруг рассмеялась Джулия, – я почти уверена, что вы откроете салон в Париже – раз у вас появилась такая мысль, то это лишь вопрос времени. Вот увидите, что-нибудь подтолкнет вас к этому.

– Как бы мне хотелось, чтобы твои слова сбылись, – сказала Касси.

– Слушайте, – воскликнула Джулия, – я даже не заметила, когда новобрачная исчезла, а она уже переоделась и готова к отъезду. Этот костюм... о-о... потрясающий. Даже она кажется в нем хорошенькой. А серебристо-серый гофрированный воротник и рукава – вообще что-то гениальное.

Наконец, суматоха, вызванная отъездом новобрачных, улеглась.

Я повернулась к Касси:

– Ну, теперь мы можем идти.

Я получила письмо от Дрэйка. У него было много работы в связи с предстоящими выборами, и он пока не мог вырваться в Лондон. Он писал, что скучает по нашим прогулкам в парке, и спрашивал, не согласимся ли мы (то есть я, Кэти, Касси и бабушка, и, если пожелает, – графиня) встретить Рождество в Свэддингхэме.