Развод со зверем - Анна Григорьевна Владимирова

Он знал, как умерла Лиза.

Он тогда был рядом…

— Да, вполне, — тихо ответил он, привычно пускаясь в размышления вслух. — Яд просто вводится внутримышечно в орган. Когда его запускают, кровоток восстанавливается, яд начинает работать… Яр, зачем ему это было нужно?

— А я объясню тебе, зачем, — сипло выдавил я, прислоняясь к стенке. — Чтобы я не выехал в Канаду в качестве сопровождающего реципиента органа. По закону, необходимость сопровождения такого пациента медицинским уполномоченным превыше силы договора, который я подписал. Нет пациента, нет права на выезд. Есть только обязанность отработать контракт.

— Но ты же все равно выехал?

— Лев всегда плохо продумывает свои действия, — пялился я перед собой, — потому что право вывезти тело реципиента на родину у меня тоже было… Он бы не подумал, что я пойду на это.

Интересно, а Алан знал?

Если да, то как вообще позволил этому случиться? Как смог пойти на столь невероятную сделку с совестью?

А если все же не знал?

В том, что наши с Вересом догадки верны, я почти не сомневался. Сходилось все. А теперь, когда я лично увидел, насколько все непросто с персоналом в трансплантационной клинике и как тяжело заполучить действительно стоящих специалистов с именем, мне несложно поверить, что Суржев пошел бы на такое. А вот Алан…

— Яр, — позвал Вера, но я все кружил вокруг главной убийственной мысли и словно оглох, собираясь услышать ее внутри себя…

Лиза была бы жива, если бы мне предоставили здоровое сердце.

У нее не было признаков отторжения органа. Ее внезапная стремительная смерть осталась для меня загадочной, а оттого более тяжелой, и я ненавидел себя за то, что не смог разобраться в причинах. Мне все казалось, что это я ее подвел. А теперь становилось понятно, что так оно и было. От отчаяния спасти ей жизнь я обратился к тем, к кому не следовало.

— Ярослав…

— Прости, Вер, мне… нужен глоток воздуха…

Я оттолкнулся от стенки и вышел в коридор.

78

***

Князев оставил меня в ординаторской с Питером, но мы, недолго думая, направились на улицу, испросив разрешения у охранника на проходной. Сидеть в больнице не хотелось. Слишком похожа она была на мое отделение, в котором я проработала до увольнения, и пахло тут очень знакомо, а не так, как в клинике Азизова.

Пес удивлял умом. Понимал меня едва ли не с полуслова и так заглядывал в глаза, будто спрашивал, что там с его хозяином и скоро ли его отпустят. В итоге, я даже позволила себе осторожно коснуться его большого лба и ласково потрепать за ушами:

— Не переживай. Мой мужчина рядом с твоим. Освободятся они, вероятно, вместе, поэтому и ждать давай вместе.

Мы вышли на крыльцо, спустились по ступенькам и направились бродить по тротуару вдоль фасада больницы. Питер шел рядом, меланхолично поглядывая по сторонам, но то и дело оглядывался на больницу.

— Мы далеко не уйдем, — пообещала я. — Просто хочется проветриться и подумать, а то я все не могу сосредоточиться в этой больничной атмосфере. У меня неприятные воспоминания. — Я немного помолчала, провожая взглядом машины, выезжающие с парковки. — А ты как, нормально с оборотнем живешь? Не страшно?

Питер встряхнулся и поднял на меня морду.

— У меня не было собак никогда, — призналась я зачем-то. — А теперь вот мой мужчина — белый и пушистый волчище. Представь?

Питер фыркнул. Видимо, я его ничуть не удивила.

— Лара? — вдруг окликнули меня, и я обернулась.

На ступеньках больницы стояла женщина в развивающемся медицинском халате. Она зябко куталась в толстую кофту, надетую поверх, а когда я нерешительно замерла, направилась ко мне.

— Привет, я — Ива, жена племянника Ярослава. Ты не замерзла? А то смотрю, ходите туда-сюда… Может, чаю попьем?

— Привет, — настороженно улыбнулась я. — Только я с собакой.

Питер сел рядом, и мы замерли вдвоем у подножия ступенек.

— Ничего, — улыбнулась Ива. — И собаку возьмем. Я тут главврач, поэтому мне можно все.

Питер приветственно замахал хвостом и первым пошел вверх по ступеням. Наверное, просто был рад вернуться поближе к хозяину. Но мы все же утянули его несколькими этажами выше.

— Я только узнала, что Ярослав здесь, — сообщила Ива, когда мы ехали в лифте. — Но пока они все в расследовании, я вызвалась составить вам компанию. Ярослав сказал, что вы в ординаторской, но вас там не оказалось, и я немного переполошилась. К счастью, охрана сообщила, что вы просто вышли на улицу. Смотрю, бродите перед больницей. А уже стемнело…

— Простите, что доставила неудобства, — повинилась я с готовностью. — Не подумала…

— Все в порядке, — улыбнулась Ива. — Просто когда количество Князевых на одну больницу внезапно увеличилось до трех, стало сложно предсказать, чем кончится день.

Я усмехнулась против воли. Да, пожалуй, этого стоило ожидать — Князевы вряд ли уступают друг другу.

— А вы за кем из них замужем? — поинтересовалась я, когда Ива провела нас по коридору и толкнула двери просторного кабинета.

— За младшим племянником Ярослава Стасом. Он не хирург. К счастью. Кто-то же из нас двоих должен иногда бывать дома. Пойдемте…

Ива располагала. Несмотря на обманчиво мягкую внешность, в ней безошибочно чувствовался стержень. Эта блондинка с нежным вьющимся каре и голубыми глазами превратится во властную фурию за пару вдохов, если ей придется вдруг защищать свои владения.

Мы прошли в просторный кабинет, а когда Ива направилась к столу, я заметила у нее под халатом круглый живот. Наверное, месяц пятый или шестой.

— Простите, а… ваш муж… он тоже волк? — сорвалось у меня с языка.

Ива не округлила глаз, не состроила удивление.

— Да, — улыбнулась она. — Проголодалась?

— Есть немного, — честно призналась я, опускаясь в предложенное кресло. Питер улегся в моих ногах.

— Нам сейчас принесут сандвичи и кофе, — подняла взгляд Ива от мобильного. — Расскажешь, как вы вообще познакомились с Ярославом?

— Я дала ему в челюсть.

Ива прыснула:

— Кажется, все Князевы норовят начать серьезные отношения именно так. Но ты одна смогла.

Я смущенно улыбнулась.

— Вообще, он был моим боссом какое-то время, но мы не сработались.

— О, ты тоже хирург?

— Была. Кардиохирургом. — И