Жена хозяина трущоб - Лика Семенова

Я неосознанно провела по изображению кончиком пальца. Сама не знала, зачем. Господи! Моя настоящая мама была образованной! Она была музыкантом!

— А мой отец? Вы знаете, кем он был?

Сальвар покачал головой:

— Нет. Иоланта никогда не была замужем. Но, когда получишь документы, ты сможешь заказать экспертизу, если захочешь. Сейчас нужно как можно быстрее подать на восстановление документов. Скажи, как будешь готова. Завтра, послезавтра… Я понимаю, что тебе нужно время, чтобы все это осознать. Но нужно с этим скорее закончить. Ты никогда больше не вернешься в трущобы, Софи. Тебе больше нечего бояться.

«Ты никогда больше не вернешься в трущобы, Софи»… Эти слова разнеслись в голове гулким эхо. Никогда не вернусь, что бы ни случилось. Господи! Неужели это правда?

Я непослушными руками придвинула фотографию Иоланты:

— Можно я возьму ее себе, сэр.

— Конечно. Это твое.

И я разрыдалась, так и не сумев сдержаться. Громко всхлипывала, ничего не видела перед собой. Не могла понять, что я чувствовала. Все смешалось, завязалось узлом. Голова гудела от мыслей. И одна из них буквально колола иглой: как бы я жила, если бы не оказалась в трущобах? Кем бы была? Может, как Иоланта? Пианисткой? И не было бы в моей жизни ни тетки Марикиты, ни ненавистного Марко. Ни всего этого ужаса.

Кем бы я была? Какой бы я была? Какой была Иоланта?

Я рыдала так сильно, что не могла остановиться. Не заметила даже, что Сальвар подошел ко мне:

— Софи, выпей воды.

Он вложил холодный стакан мне в руку. Я судорожно сделала несколько глотков. Поднялась, почувствовав, что меня буквально шатает.

— Я вам так благодарна, сэр… Вы столько сделали для меня… — Слезы снова душили. — Можно, я пойду к себе?

Я сделала шаг, но, тут же, покачнулась и уткнулась в грудь Сальвара. Он обнял меня одной рукой:

— Осторожно, Софи. Сначала успокойся. Представь, что придумают, если ты выйдешь от меня зареванной.

Я каким-то неосознанным жестом вцепилась в его рубашку, прижалась щекой, вдыхая знакомый аромат. Закрыла глаза. Накатила смертельная усталость, но вместе с ней блаженное невиданное спокойствие.

— Я так благодарна вам. Если бы не вы, я бы никогда ничего не узнала. Я бы… — Я не договорила, сама не знала, что собиралась сказать.

Сальвар прошептал мне в висок:

— Софи, ты же помнишь: это не свидание. Или ты передумала?

Я лишь сильнее прижалась к нему:

— Спасибо.

Глава 62

Принять такую правду оказалось сложнее, чем я думала. Время, конечно, все расставит по местам. Но теперь я не могла отделаться от мысли, что у меня украли мою жизнь. И невыносимо мучил вопрос: что же случилось тогда? Как я оказалась в трущобах? И какую роль во всем этом сыграла моя мама? Мама Луиса? Но я не хотела верить в то, что она могла меня украсть. Это невозможно! Зачем?

Сальвар мне отдал ту папку целиком. Помимо выписки из клиники там были обрывочные материалы о моей настоящей маме. Об Иоланте. Краткая сводка о том пожаре, в котором она погибла. Когда все закончится, я обязательно разыщу ее могилу и принесу цветов. Я буду часто к ней ходить.

Я никак не могла до конца поверить, что больше не вернусь в трущобы. Ни-ког-да. Никогда не увижу Марко. Это было слишком хорошо. А если, все же, увижу? При этой мысли все застывало внутри, я не могла избавиться от этого страха, буквально цепенела. Он бывает в Полисе, и подобная встреча не исключена, хоть и маловероятна. Но, все же, не исключена…

Я постоянно думала об этом. Снова и снова вспоминала эту проклятую свадьбу. Все неслось перед глазами в кошмарном вихре, и казалось, что стоит лишь моргнуть — я снова окажусь там. В церкви. За праздничным столом. В его проклятой спальне. И уже не смогу убежать. Я вспоминала его прикосновения. И меня буквально передергивало, расползалось морозными мурашками в корнях волос. Я умру, если он снова коснется меня.

Почему сейчас, когда я должна была почувствовать себя защищенной, я испытывала такой панический страх? Намного сильнее, чем в самом начале? До смерти боялась, что что-нибудь пойдет не так, и все мои надежды рассыплются в пыль. Вдруг ничего не получится? Несмотря на всю уверенность Сальвара?

Он сказал, что мне придется рассказать, где я была все это время. Но я прожила в трущобах всю свою жизнь. Вдруг этого окажется достаточно, чтобы депортировать меня? И это сомнение сводило с ума. Прошло уже несколько дней, но я так и не сказала, что готова заявить о своем возвращении.

Я натирала стеклянные колонны в гостиной. Брызгала средство из распылителя и полировала мягкой тряпкой. Не сразу заметила, как из коридора зашла Леонора с низко гудящим полотером. Она выключила прибор, посмотрела на меня:

— Может, скажешь, наконец, что у тебя случилось? Мэри?

Я выпрямилась, покачала головой:

— Ничего не случилось. Тебе показалось.

Та кивнула с ухмылкой:

— Разумеется… С женихом, что ли, поругалась?

Она сама подкинула подходящий ответ.

Я кивнула:

— От тебя ничего не скроешь.

— Ой! — она картинно махнула рукой. — Да я в этих делах собаку съела. Поверь: не стоят они этого. Ни один. Чем с ними строже — тем лучше.

Я улыбнулась и намерилась продолжить работу, но Леонора не отставала.

— Взбодриться тебе надо. Ты сидишь здесь, как в тюрьме. В четырех стенах. Все заметили, что не выходишь. Так же с ума сойти можно. — Она закатила глаза, что-то прикидывая. — Та-ак… Я завтра во второй половине дня выходная. Так вот… с утра быстренько все переделаем, а к вечеру я тебя как-нибудь у Мэйсона отною. И гулять пойдем. На улицу Флёри. Нарядимся. Там вечерами очень красиво. Поедим мороженого. А, может, бабахнем что погорячее! Ну как? Договорились? — Она энергично задвигалась: — Потанцуем. Там каждый день кто-то выступает. Тебе понравится.

Я покачала головой:

— Прости, в другой раз. Ладно?

— А завтра что? Опять ведь в комнате просидишь.

— Мне немножко нездоровится.

— Потому что воздухом не дышишь. Так и зачахнуть можно. Так что, не возражай. С Мэйсоном я договорюсь, обещаю.

Я снова покачала головой:

— Прости, но завтра я точно не могу.

Леонора не на шутку помрачнела. Не думала, что ее так огорчит мой отказ…

— А когда сможешь?

Я пожала плечами:

— Скоро. Ладно? Я обещаю, что мы с тобой обязательно сходим на эту улицу Флери. Просто в другой раз.

Леонора снисходительно кивнула: