Шпионка против герцога - Дана Канра

- Вы? – произнес тощий, как жердь, дознаватель, тут же окинув меня цепким взглядом, казалось, он видел меня насквозь. – Что именно вы писали в Аранию?

- О расположении войск на севере Фиалама, - ответила жестко и ехидно.

- Молчи, Одет! – хрипло сказал дядя.

- Это ты замолчи, Штефан Шилдер, - отрезала я, хотя никогда не представляла, что могу так с ним разговаривать. – Я не позволю тебе украсть мою славу. Когда меня казнят, героиней Арании стану я, а не ты…

- Прекрати! – он совсем опешил и смотрел с неподдельным удивлением. – О чем ты говоришь?

- Ты украл мой особняк, и теперь хочешь лишить даже признательности аранийского народа? – я надрывно рассмеялась. – Нет, дядюшка, не позволю!

Он протянул руки ко мне, явно желая оправдаться, но тут же поник и отступил в сторону.

- Хватит, - мрачно велел дознаватель, глядя на меня свысока. – Стража! Взять ее!

В следующий момент раздались приближающиеся тяжелые шаги, но я не остановилась, не испугавшись, и гордо выпрямилась в ожидании неизбежного. Окружившие меня солдаты, закованные в броню и вооруженные до зубов, направили на меня копья. Они смотрели на меня со злостью, но меня было теперь этим не напугать.

- Уведите ее в темницу, - рыкнул дознаватель, и его лицо исказилось от гнева. – Господин Шилдер, вы дали свои показания и можете быть свободны.

Меня крепко схватили, заломили руки за спину и потащили прочь из допросной. Я не обернулась, потому что не хотела видеть фальшиво-недоуменное лицо дядюшки, ведь я больше никому не верила, кроме самой себя.

Дорога в темницу оказалась короче, чем я ожидала.

Однажды мне довелось провести здесь ночь, но только по воле слишком бдительных стражей. Сейчас все иначе. Можно считать, я сама себя сюда заключила, и пощады быть просто не может. Шагая вперед, я молча смотрела на слабый свет, пробивающийся сквозь узкие оконца, пока лестница не привела в подземелье. В сыром воздухе витали стойкие запахи затхлости и прелой соломы, а впереди сосредоточились все тьма и мрак замка.

- Сюда, аранийка. О твоем аресте скоро доложат герцогу.

- А дознаватель придет?

- Завтра точно явится. Сегодня ему надо допросить всех гостей.

- Там же несколько дознавателей, - удивилась я.

На это мне ничего не ответили, но спасибо и за другую информацию.

- Мне разрешат выбрать камеру?

- Они все одинаковые, но если тебе так угодно…

Звякнули ключи, и передо мной с глухим лязгом открылась дверь камеры справа от лестницы, как я и хотела. Я вошла, краем глаза заметив маленькое узкое окно под потолком. Вокруг не было никого и ничего, особенно, когда стражники и тюремщик оставили меня одну. Вглядевшись в ржавые прутья решетки, освещенные тусклым светом факелов, я убедилась, что мне никто не помешает, и начала ощупывать стену.

Проведя руками по холодному камню, я нащупывала только неровности и трещины. Хотя темнота окутала камеру, я помнила, что за стенами темницы продолжают развиваться интриги, способные изменить не только мою судьбу, но и ход войны Арании с Фиаламом. Хоть я и отправляла письма, которые потом дядя присылал королю, едва ли это поможет Его Высочеству Лоренцу.

За дверью тяжело шагали стражники, и от каждого звука я замирала с отчаянно колотящимся сердцем. Как только собралась с мыслями, мой взгляд метнулся к решетке – там, неподалеку от камеры появился мужской силуэт. Стражник? Один из дознавателей? Он явно что-то задумал, и я была готова к неожиданности.

Но это был всего лишь Ян, спрятавший лицо под темным капюшоном плаща.

- Левее, госпожа Тиль, - сказал он негромко.

А потом развернулся и торопливо ушел.

Проводив взглядом непредсказуемого гонца, я осторожно поднялась с холодного каменного пола, стараясь не издавать ни звука. Левее? Он имел в виду переселиться в левую камеру или тщательнее осмотреть левый угол стены? Если так, то я уже почти у цели и вход в сокровищницу почти у меня в руках…

Пальцы скользнули по шероховатости камня, и вот наконец один из кирпичей подался вперед. Когда он провалился в черную глубь, я запустила пальцы в холодную неизвестность и нашарила тугой рычаг. Всего одно нажатие, и стена отъехала в сторону. Охнув, я зажала себе рот рукой, чтобы не вскрикнуть от волнения и восторга.

Оглянулась воровато: не вернулся ли тюремщик, не пришли ли за мной стражники? Никого! И, полная радости, метнулась в узкий проем, который, впрочем, скоро расширился. Воздух постепенно стал чище, а стены – более гладкими. Поднимая голову и прислушиваясь к эху собственных шагов, я заметила впереди тусклое свечение.

Вдруг это ловушка?

Но нет… я точно помню, что почерк в письме принадлежал именно бедной Лоиз, а не кому-либо еще.

Мысль об опасностях и интригах подгоняла меня вперед, я не могла позволить себе остановиться.

В конце концов я оказалась в небольшой комнате, освещенной магическим огнем – она была завалена старыми пыльными манускриптами и свитками. Но мне не нужны эти бумаги, я пришла сюда за магическими кристаллами.

Я приблизилась к круглому столу в углу комнаты, на который были небрежно кем-то брошены кристаллы, переливающиеся в тусклом свете. Аранийские артефакты спасут меня, помогут совершить чудо и повлиять на исход отбора. Главное теперь – успешно выбраться из этой темницы, подозреваю, что меня захотят отвести хотя бы на оглашение результата отбора. Думая об этом, я с нежностью проводила пальцами по граням кристаллов и слабо улыбалась, довольная своим успехом.

Вот и все. Пора идти обратно.

Переложив горсть кристаллов в бархатный кошель, который сейчас был пусть, но хранился у меня, я быстро развернулась и неохотно вернулась по коридору в темницу, а потом вернула стену камеры на место. Нашарила на соломенной постели одеяло и закуталась в него, чтобы придать себе вид беззащитной девушки.

Скрипнула дверь – старый сгорбленный тюремщик принес еду.

- Сколько еще мне тут находиться, добрый человек? – спросила я звонко, приняв миску с комками остывшей каши.

- До распоряжения герцога, - буркнул тот.

- А Его Сиятельство знает о том, что я тут?

- Об этом спросите охрану, госпожа. Они вам точно ответят.

Я усмехнулась и поджала губы, про себя думая,