Между нами ничего не было - Ария Тес

- Бодров, я… - начинаю с улыбки, но он перебивает меня резко.

- Ты что ОПЯТЬ сделал?!

Хмурюсь и все-таки отрываю взгляд от телефона, а когда смотрю на него, сразу считываю злость.

- Не понял.

Это что еще за новости?

Леха шумно выдыхает, потом закрывает за собой дверь и трет лицо. Мда…нет, он реально взрывается! И в чем дело?

Начинаю вставать, а в этот момент старый друг резко отрывает руки от лица и рычит.

- Я, блядь, старался не мешать. Знаешь? Давал тебе возможность самому дойти. Но! Ты, сука, как упрямая овца, которая не хочет заходить в стойло через дверь, а долбится башкой в забор!

Чего, блядь?!

Дергаю головой, с губ срывается нервный смешок.

- Ты че несешь, придурок?!

- Почему Кира плакала?

Резко внутри все напрягается. Веселье стирается напрочь, сердце в тиски. Агрессия моментально заполоняет разум. Я стал за собой это замечать — когда речь заходит о Кире, я сразу встаю на лыжи. Меня бесит, когда ее кто-то касается. В смысле…я доверяю Бодрову абсолютно и полностью, но помню, как он хотел с ней на свидание сходить! И меня это бесит! Я не хочу, чтобы он ее даже словесно касался!

Это дело происходит не только с ним. Мой хороший партнер, с которым я очень долго работал, тоже когда-то пытался подкатить к Кире. Она ему нравилась. Ничего не срослось, и все быстро улеглось, конечно, но вот три дня назад мы с ним встречались. Он ненароком спросил, почему со мной нет Киры, а на ее месте совершенно другая девчонка — и меня перекрыло. Я очень жестко отрезал эту тему, сорвался на рык, чего со мной! Ха! Никогда! Не происходило. Никогда! Я знаю, что такое бизнес. Я в нем вырос. И я прекрасно понимаю, что субординацию нужно держать всегда, даже если вы давно работаете и почти «братаетесь». Нет, это так не работает. Мухи отдельно, котлеты отдельно, как говорится. А тут…опять. Накрыло…

Какая жесть. Держи себя в руках!

Это, конечно, дается с трудом. Я смотрю на Бодрова исподлобья, и мне впервые хочется дать ему в морду.

Он выгибает брови и провоцирует только сильнее.

- Что смотришь как баран на новые ворота?! Я задал тебе вопрос! Почему Кира…

- Рот закрой! Не говори о ней, я серьезно! Сука, ни слова! - повышаю голос.

Кулаки сжимаются до боли.

Дыхание подрывается наверх. На скорость. Сердце глухими ударами стучит в груди. Меня реально кроет. Ревность просто дикая…и эмоций так много. Сука, как их много… я не вывожу и не справляюсь.

Со мной такого никогда не было.

Я снова ловлю себя на мысли, что со мной такого действительно никогда не было. Какое-то сумасшествие…

Бодров устало вздыхает и трет переносицу.

- И что дальше-то? Кинешься с кулаками? Я пытаюсь помочь тебе, придурок, а ты…

- Да с чем помочь, блядь?!

Я вообще ни хрена не понимаю. Ее имя — как красная тряпка для быка. Она стирает всю информацию до талого, остается лишь оно. Это самое имя. Я не помню, с чего начался тупой разговор. Что происходило в принципе! Я помню лишь то, как Бодров сказал «Кира» — и все. Как «фас», только на мою личную, чокнутую манеру.

Леха хмурится. Я часто дышу и зеркалю его. Ни хрена не понимаю.

- Я только что видел ее в «Фисташке». Она вылетела из кафе вся в слезах и даже не заметила меня. Убежала. Я думал…

Пытаюсь сложить два и два. Опускаю глаза в район стола, шарюсь взглядом, словно найду там какие-то ответы и нахожу! Твою мать…

Телефон попадает в зону моего внимания, душу немного подотпускает.

- Ты ошибся, - шепчу, а сам прикрываю глаза и буквально ощутимо выдыхаю с облегчением, - Ты обознался. Это не Кира была, она дома. Мы должны были поехать к врачу, но она отменила прием по личным обстоятельствам и…

- Друг, - тихо перебивает Бодров, делает на меня шаг, - Я Киру способен узнать. Это была она.

Дальше все в принципе происходит очень быстро. Мне требуется несколько мгновений, чтобы снова сложить два и два. Она мне соврала в сообщении, а сама действительно приезжала сюда. Скорее всего, чтобы сократить время пребывания наедине. В этом вся Кира, конечно же. Уж я-то знаю все ее уловки…

Но что случилось? Кристина объявилась? Примерно неделю назад Бодров сказал, что ее родители отослали дочь на дачу. По-моему, она не возвращалась в Москву. Не знаю. Я не особо интересовался, а вдруг зря? И эта сука что-то сделала…

У меня нет времени строить теории. Я срываю пиджак, хватаю гаджет, ключи от машины и вылетаю за пределы кабинета. Домой. Туда, где сосредоточено все мое нутро. Чтобы оправдаться, если потребуется, но больше…чтобы оно не переживало все не-свое дерьмо в одиночку.

Я просто должен быть рядом. Я это знаю, да и по-другому уже не умею…кажется, я просто разучился жить иначе.

«Эксклюзивность»

Кира

Мне безумно захотелось сразу по приезду домой смыть с себя все эти гадкие слова, которые будто молотом стучат внутри головы. Захотелось их забыть и отделаться, но даже вода не смогла забрать хотя бы частичку этой боли...

Я долго стояла под тропическим душем, а воображение играло со мной в свои жестокие игры.

Картинки…

Эта незнакомка, которая, очевидно, работает с Эмилем…кем? Кто она теперь в компании? Неужели она заняла мое место? Ха…вот где главная ирония кроется, правда? По факту я же сделала то же самое, и как могла подумать, что мне не прилетит наказание за свой поступок? Приблизилась, вечно рядом, как степлер или его любимый золотой Паркер. А потом — бам! И уже в постели…

Так и здесь было, да? Или будет…нет, судя по всему, между ними пока ничего не было, но я знаю, что это изменится. Она идет в наступление. Это я боялась шаг вправо сделать, шаг влево — сразу расстрел. Притом собственноручный. А ей? Плевать. Мы не подруги. Мы даже не знакомы с ней. С чего ей проявлять женскую солидарность? Как она сказала? Ребенок — это не проблема.

Вздыхаю и поднимаю глаза на свое отражение. У меня нет пока живота, но он уже стал потихоньку расти. Маленький бугорок, который скоро действительно станет огромным пузом. Это правда. От нее никуда не сбежишь и не спрячешься…

Тихо, горько усмехаюсь, потом кладу на