Вернись за мной - Коринн Майклс

Надеюсь, мы пройдем эту тропу без особых трудностей, но опять же, речь идет не обо мне.

Мы поворачиваем на грунтовую дорогу, и мое любопытство растет.

Куда он нас везет?

Хэдли достала наушники, и ее лицо приклеилось к окну.

— Мы приехали?

— Да, — сказал Коннор, проезжая по тропинке.

— Здесь есть коровы?

Я разразилась смехом, а Коннор посмотрел на меня, как на сумасшедшую.

— Она думает, что ты будешь катать нас на корове, потому что ты такой неумелый, когда речь идет о скоте, который разводишь.

— Эй! Я знаю, что нельзя ездить на коровах, если не участвуешь в родео! — протестует он шутливым тоном.

— Там участвуют быки! — кричит она ему, прежде чем закрыть глаза руками.

— Какая разница. Я знаю, что делаю.

Ее рука опустилась, и она покачала головой.

— Ты не знал, что коров надо доить.

— Знаешь, ты была моим фаворитом, но теперь я не отдам тебе Бетси — новорожденного теленка.

— Яблоки! — кричит Хэдли вместо ответа. Ее внимание полностью сосредоточено на пейзаже. — Ты привез нас собирать яблоки!

Я повернулась к Коннору, когда он кивнул.

— Ну, мы оба любим яблочный пирог. Я подумал, возможно, нам стоит собрать немного и попытаться убедить твою маму испечь его.

Она смеется, когда ее ноги безумно брыкаются.

— Лучший день!

Я каждый год собираю тыквы и яблоки с Хэдли, но Кевин никогда не приезжал с нами. Он всегда был слишком занят — или слишком зол — чтобы что-то делать вместе. Коннор не только здесь, но и запланировал это. Он хотел провести с нами время. Приложил усилия, и даже если не знал, что мы с удовольствием такое делаем.

Просто каким-то образом догадался.

Мужчине удалось взять легкомысленный комментарий о яблочных пирогах — комментарий, который я рассказала в худшую ночь в своей жизни — и превратить его в радостный момент.

Он припарковал машину, и Хэдли выбежала.

Я повернулась к нему, и прежде чем смогла остановиться, мои губы раскрылись.

— Я тебя люблю.

Красивые зеленые глаза Коннора наполнились эмоциями.

— Я любил тебя с первого же мгновения, когда увидел.

— Думаю, что я тоже, но все происходит так быстро, и нам еще так много нужно выяснить.

Он улыбнулся и взял мою руку в свою.

— У нас есть все время мира. А теперь пойдем собирать яблоки, и, возможно, сегодня вечером мы начнем строить план, как превратить это неблагополучное трио в семью.

И с этими словами он вышел из машины, а я удивилась, потому что захотела поблагодарить его ужасного отца за то, что он заставил Коннора Эрроувуда вернуться домой, чтобы он мог найти здесь меня.

Глава 29

Коннор

— Так сколько яблок нам на самом деле нужно? — спросил я, когда Хэдли положила еще два в тележку. Да, у нас есть тележка, потому что ребенок вырвал половину сада.

— Мне нравятся яблоки. Они полезны.

Ладно, она права, но… Нам не нужно 50 штук.

— Правильно, но я думаю, что нам достаточно.

Хэдли остановилась, повернулась ко мне и положила руки на бедра.

— Если у нас не хватит яблок, мама не сможет приготовить пирог.

Я не знаю, как с этим спорить, но могу обратить ее внимание на что-то другое.

— Ты любишь тыквенный пирог?

Она шмыгает носом.

— Фууу.

Теперь я не уверен, что она мой ребенок. Как она может не любить тыквенный пирог?

— Ты когда-нибудь его ела?

— Нет, потому что это отвратительно. Тыквы же овощи.

Элли вздохнула рядом со мной.

— Ты не представляешь, как это может быть весело.

Не думаю, что она понимает, что мне плевать на споры. Я хочу миллион споров. Я буду обсуждать все, что хочет обсуждать маленькая девочка рядом со мной, пока провожу с ней время.

— Я не уверен, что она может сделать хоть что-то, что мне не интересно.

Элли покачала головой.

— О, я не могу дождаться, как ты запоешь через месяц.

Я тоже не могу. Надеюсь, что мне это никогда не надоест, хотя я знаю, каково это. Мои братья, наверное, в какой-то момент жизни думали, что я милый и интересный. Когда мне было два года, я стал их инструментом для переговоров и козлом отпущения. Быть самым младшим означало быть глупым и послушным.

— Я уверен, что лет через пять меня отпустят.

— Коннор, Коннор! Посмотри, у них есть огромная тыква! — Она указала на то, что является самой большой вещью, которую я когда-либо видел. — Можем ли мы ее забрать?

— Я сильный, но не настолько.

Элли фыркнула возле меня.

— Хэдли, мы не сможем поместить его в машину.

Глаза Хэдли нашли другой, который лишь немного меньше предыдущего.

— Можем ли мы забрать этот?

— Ты приехала на тракторе? — спросил я.

— А разве он рабочий? — сказала Элли, фыркая.

Мои глаза сузились.

— Еще нет. Кажется, нужна другая деталь.

Хэдли схватила меня за руку и притянула ближе к себе.

— Тогда мы не можем приехать на нем, потому что он все еще сломан.

Как семилетнему ребенку удается иметь такой уровень сарказма?

— И мы не можем забрать тыкву размером с автомобиль.

Хэдли драматично вздохнула.

— Ладно. Может, мы возьмем пони?

— Э-э, — сказал я, не понимая, как мы перепрыгнули с тыквы на пони.

Элли стоит с улыбкой, как будто это самое смешное, что она видела, с выражением лица, которое говорит "не могу дождаться, чтобы увидеть, как Коннор ответит на вопрос".

— Я не могу этого обещать, малышка. Я едва с коровами справляюсь.

Она посмотрела в сторону, будто размышляя над этим.

— Ладно.

Это было легко.

— Возможно, скоро, — добавила девочка, прежде чем вцепилась в мою руку, не давая возможности ответить, — Пойдем посмотрим на тыквы — знаешь, те, которые Коннор может поднять без крана.

Мы подошли к ряду тыкв, и она начала внимательно изучать каждую.

— Ты можешь поднять эту? — спросила Хэдли, беря одну, размером с ее руку.

Я посмотрел на нее острым взглядом, и она засмеялась.

— Ты просто издеваешься надо мной.

— Я думаю, ты мог бы поднять все тыквы.

— Ты действительно думаешь, что я сильный.

Она кивнула. — У тебя большие мышцы, да, мам?

Я смотрю на Элли с лукавой улыбкой.

— Да, мам, у меня большие мышцы?

— У тебя большое эго.

Хэдли почесала голову.

— Что такое эго?

Элли вздохнула.

— Это твое мнение о себе. И, кажется, Коннор считает себя чрезвычайно сильным и красивым.

— Он красивый. Ты сама сказала Сидни, что считаешь его