Блистательный Двор - Райчел Мид

– Если тебя это утешит, – шепнула я Седрику, – то твой камзол мне нравится больше.

– Пожалуйста, ничего не говори бедняге. По-моему, если он узнает, что ты поставила его ниже, то разрыдается.

Мне удалось не расхохотаться, но улыбку спрятать не получилось, а Уоррен опять вообразил, что она адресована ему.

– Мистер Уоррен Дойл, – проговорил Седрик без тени недавнего поддразнивания, – позвольте представить вам мисс Аделаиду Бейли.

Я сделала реверанс, как нас учили в «Голубом ключе», а Уоррен, продолжая широко улыбаться, пожал мою руку.

– Мне следует быть сдержанным, но я ничего не могу с собой поделать… Я безумно рад! Наверное, вы сочли меня неотесанным адорийским чурбаном!

Меня искренне позабавил нетерпеливый порыв Уоррена.

– Нисколько, мистер Дойл.

Седрик чуть поклонился и, незаметно для Уоррена, подмигнул мне.

– Я оставлю вас двоих, а позже подойду, чтобы представить мисс Аделаиду очередному гостю.

В ту же секунду как раз заиграл струнный квартет, и Уоррен увлек меня на танец.

– Зовите меня Уорреном, – попросил он. – Я люблю прямоту.

– Мне рассказывали. Можете называть меня Аделаидой.

– К сожалению, наша беседа не продлится долго. Я уверен, что еще дюжина мужчин попытаются вскружить вам голову своим обаянием и комплиментами. – Он помолчал. – У меня плохо получается вести пустые светские разговоры только ради соблюдения приличий. Многие дамы предпочитают других собеседников, а я…

– Вы – человек прямой, – договорила я.

– Именно! Если я чего-то хочу, то добиваюсь своей цели. И буду честен: я хочу вас. Пока мы ждали ваш корабль, я твердо знал, что сделаю предложение звезде вашей группы. И когда я увидел вас на пристани, то сразу утвердился в принятом решении. А сейчас… – Уоррен помотал головой. – Ладно, буду говорить, как умею: остальные девушки меркнут по сравнению с вами. Вы – настоящий бриллиант. И я не могу представить своей женой никого, кроме вас.

Несмотря на все, что я уже знала об Уоррене, я оторопела.

– Ого! Вы действительно говорите очень…

– Прямо?

Я рассмеялась.

– Да, но я собиралась употребить слово «напористо». Или, может, «настойчиво». Вы столь добры… но вы льстите мне, Уоррен. И я сомневаюсь, что я заслужила такое трепетное отношение с вашей стороны: ведь мы практически не знакомы.

Он смешался и сбился с шага, но успел спасти положение.

– Понимаю, Аделаида! Извините меня. Я выгляжу отчаянным дурнем, но вы же в курсе того, что меня ждет, верно? Губернаторство в Хэдисене? В мои двадцать три года!

– Да, я слышала. Большая честь.

– И пугающая, – признался он и с беспокойством огляделся. – У меня возникли кое-какие идеи, но пока я не собираюсь говорить об этом с моим отцом, который и помог получить мне место губернатора. Если честно, я рад такой удаче, но замечу, что в Хэдисене сперва будет сложновато… и я имею в виду не только повседневные заботы, связанные с развитием колонии. Аделаида, я мечтаю, чтобы Хэдисен стал процветающим регионом с честными и преуспевающими жителями. Но не все одобрят мои начинания. В политике за вами вечно наблюдают, а некоторые вообще хотят, чтобы вы потерпели крах, но прикидываются вашими друзьями.

Я ничего не ответила, но ободряюще кивнула. Уоррен пробудил во мне старые воспоминания: расчетливые аристократы Осфрида тоже мило улыбались, а потом ловили нужный момент и наносили противнику удар. Даже в Новом Свете многое оставалось прежним – и я посочувствовала Уоррену.

– У меня есть помощники и советники, которым я вроде бы могу доверять, но полной уверенности ни в ком быть не может, – продолжил он. – Поэтому мне необходима умная и умелая жена. Мой верный союзник. Единственный человек, на которого я смогу положиться. Пусть моя будущая супруга будет давать мне добрые советы и станет помогать во всем. Она должна следить за модой, культурой и прочими вещами, к которым элита частенько придирается.

– Вряд ли вам нужен помощник в области моды и хороших манер.

Что бы я ни говорила Седрику, Уоррен был одет безупречно.

– В Триумфальном меня окружает влиятельная родня, а мать фанатично следит за модой. А в колонии у меня не будет надежного тыла. Кроме вас. И поверьте мне, Аделаида, вы будете иметь все, что вашей душе будет угодно! Любую роскошную безделушку. Полную власть в доме.

– Опять же… мне очень лестно, – произнесла я. – Но вы знаете лишь мой бриллиантовый ранг, а для брака требуется нечто большее. Почему вы решили, что мы друг другу подойдем?

Уоррен не тянул с ответом.

– Потому что вы не согласились сразу же. Вы – женщина думающая, способная оценивать. А это, Аделаида, как раз то, чего я ищу. А когда я увидел вас, то все решил для себя. Меня приводит в восхищение и ваш облик, и ваши таланты…

Музыка смолкла, и Седрик незаметно оказался рядом с нами.

– Аделаида, настало время для нового знакомства.

Я повернулась к Седрику, но Уоррен не отпускал мою руку.

– Прошу вас, не отвергайте меня, Аделаида! Понимаю, что все выглядит чересчур поспешным, но я долго размышлял и…

– Извините, мистер Дойл, – проговорил Седрик, удивленный и отчасти позабавленный пылом Уоррена. Похоже, он считал Уоррена слегка наивным юношей. – Аделаида должна вас покинуть.

Уоррен стиснул мои пальцы, хотя я попыталась высвободиться.

– Вам сегодня будут делать всевозможные предложения. Говорить разные красивые слова. Вы несравненны и хороши собой, но спросите себя: будут ли нуждаться ваши кавалеры в вашей мудрости и проницательности? Кто захочет сделать вас напарницей?

Седрик перестал улыбаться.

– Мистер Дойл, ваше время истекло.

Уоррен не сдавался:

– И кто из них сможет гарантировать вам такой же образ жизни, какой я смогу вам дать? Вы станете королевой колонии!

– Хватит! – рявкнул Седрик, потеряв остатки вежливости. – Правила Блистательного Двора распространяются и на вас, мистер Дойл. Ваш статус и ваша карьера вам сейчас точно не помогут. Мы установили определенные рамки, и если вы не желаете в них оставаться, я буду вынужден позвать охранников.

Седрик потащил меня прочь, заставив Уоррена споткнуться. Бедняга был изумлен и ошарашен.

– Ты хоть себя слышал? – возмутилась я, когда Седрик отвел меня подальше. – Я, между прочим, слышала. И еще несколько человек, находившихся рядом. Надо молиться, чтобы твоему отцу не доложили о твоей выходке! Ты нагрубил самому выгодному претенденту и можешь сорвать сделку!

– Ну и что! – буркнул Седрик, однако тотчас помрачнел. Вероятно, Уоррен Дойл уже не казался ему забавным. – Дойл дважды нарушил правила.