Мир Аматорио. Неделимые - Мари Мур

Мои губы растягиваются в грустной улыбке.

Алессия. 

На снимке она широко улыбается, в ее глазах горят искорки озорства. Еще с юных лет Алессия была настоящей красавицей. Я вынимаю фотографию из корзины, бережно смахиваю с нее пыль и ставлю ее на каминную полку.

– Вижу, ты начала обустраиваться, – теплое дыхание скользит по задней части моей шеи.

От неожиданности я вздрагиваю, резко оборачиваюсь и недовольно смотрю на Кэша. Ему обязательно так незаметно подкрадываться?

Он переводит взгляд с моего возмущенного лица мне за плечо. Спустя мгновение в его глазах мелькает боль. Моя маленькая вспышка гнева гаснет за считанные секунды.

Мне становится стыдно. Наверное, разбирать вещи Алессии без разрешения Кэша было не самым лучшим решением.

– Если хочешь, я могу убрать фото обратно. Просто я увидела твою маму, и руки как-то сами потянулись. – тихо бормочу я. – Извини…

Кэш морщится от моих извинений.

– Ты первый и последний человек, который может трогать все мои вещи, – протягивает он, и его взгляд смягчается. – Я сделал бы то же самое.

Он берет мою руку, его пальцы поглаживают мою ладонь.

– Хочешь посмотреть спальню?

Я внимательно гляжу на него. Кэш не уточняет, чья именно это спальня: моя, его или… наша. Такое ощущение, что он сказал это намеренно, предоставив мне выбор.

И это немного настораживает.

Обычно он не интересуется чужим мнением и всегда делает так, как считает нужным. Это новая неизведанная территория Кэша, и я еще не знаю, как в ней ориентироваться.

Отвечаю легким кивком, и он ведет меня на второй этаж.

– Тебе нравится здесь? – спрашивает Кэш.

– Тут уютно.

– Дом не новый, но в хорошем состоянии. По крайней мере, электропроводка в порядке. Есть горячая и холодная вода. Похоже, все это время кто-то оплачивал счета, – говорит Кэш. – Завтра я проверю, в каком состоянии все остальное, и куплю продукты.

В тускло освещенном коридоре он останавливается перед темно-коричневой дверью. У меня по спине пробегает странная дрожь, когда его пальцы касаются ручки. Он поворачивает ее, и дверь раскрывается.

Первое, на что обращаю внимание – сквозь два огромных эркера открывается вид на бескрайнее поле, лесопосадку и горы. Над ними простирается ночное небо со звездами и луной. Наверняка, если бы был выключен свет, можно было увидеть, как серебристое сияние заливает спальню.

У меня перехватывает дыхание. Можно влюбиться в комнату только за один вид из окон?

Кэш оборачивается и бросает на меня взгляд, явно подразумевающий: «Ты так и будешь стоять?»

Я перешагиваю порог и вижу кровать гигантских размеров с горой подушек и резным изголовьем из дерева. Неподалеку на полу лежит чехол, который, судя по всему, стянул Кэш. По серому покрывалу с современным узором я догадываюсь, что он успел поменять постельное белье.

Комната просторная и свободная, намного больше моей спальни в Бостоне. Пожалуй, по размеру она может соперничать с гостиной отца. Кроме кровати здесь есть комод, зеркало, письменный стол. Одну из стен занимает шкаф, на полках которого громоздятся старые книги.

– Я заметил по дороге книжную лавку. Можно разобрать полки и освободить место для твоих новых книг.

Я поворачиваюсь и встречаюсь взглядом с Кэшем. Прислонившись плечом к косяку, он наблюдает за мной.

– Что это? – я указываю на еще одну темно-коричневую дверь рядом со шкафом.

– Проверь.

Я подхожу и открываю дверь. Здесь белая ванна, того же цвета раковина и тумба. Стены отделаны светлым кафелем. Зайдя внутрь, я замечаю, что Кэш повесил новую штору и оставил рядом с раковиной гигиенические принадлежности в плетенной корзине.

И когда он успел все это сделать?

Чувствую, как в груди разливается тепло. Я представляю, как Кэш подготавливал комнату и старался, чтобы мне было комфортно.

– Спасибо, – я выхожу из ванной, тихо прикрыв за собой дверь.

Кэш оставляет на прикроватной банкетке крафтовый пакет.

– Можешь переодеться, – он переводит взгляд на меня. – Хочешь я подготовлю ванну и наполню ее, чтобы ты расслабилась и отдохнула?

Качаю головой.

– Я просто приму душ.

Между нами повисает молчание. Я прикусываю изнутри щеку в ожидании, что скажет Кэш.

Он собирается спать в этой комнате или отдельно?

С одной стороны мне хочется, чтобы он остался. Но, с другой стороны, понимаю, что это неправильно.

Я нервно тереблю шнурок толстовки и замечаю на безымянном пальце левой руки тонкую бледную полоску. Новая волна беспокойства моментально обрушивается на меня.

Я носила обручальное кольцо? Я была помолвлена? Или я была замужем? Я… не девственница? 

Поток мыслей бешено проносится в голове. Но я уверена только в одном: мы не можем спать в одной постели. Вполне вероятно, что такая упрямая задница, как Кэш, не захочет покидать спальню, и я никак не заставлю его это сделать.

Но я должна выяснить, есть ли у меня кто-то другой или нет? За три года могло произойти все, что угодно.

Приближаюсь к кровати, обхожу Кэша и открываю пакет, чтобы выбрать себе что-то из одежды для сна.

– Я устала. Если ты не возражаешь, я приму душ и лягу спать, – на одном выдохе произношу я.

Поднимаю голову и вижу, как Кэш стоит рядом со мной.

– Тебе нужна помощь? – спрашивает он.

– Нет, я справлюсь сама.

– Хватит быть упрямой и отталкивать меня, Ким, – в его голосе проскальзывает раздражение. – Ты слаба и не можешь отказываться от моей помощи только из-за того, что между нами было…

– Что между нами было? – перебиваю его я.

Кэш неотрывно на меня смотрит. Его глаза с тоской пробегаются по моему лицу, после чего останавливаются на губах.

– Ты должна помнить, – он поднимает взгляд и смотрит в глаза. – Как я впервые поцеловал тебя в спортзале после уроков. И как ты ответила на мой поцелуй.

Кэш делает шаг, окончательно сокращая расстояние между нами. Поднимает руку и касается моей щеки, проведя пальцем по скуле к подбородку. Чувствуя удовольствие от его действий, я замираю.

– Ты должна помнить, как по ночам я забирался к тебе в спальню, – выдыхает он и заправляет прядь моих волос за ухо. – Ты должна помнить, как позволяла мне касаться тебя.

Его дыхание становится тяжелым, а голос более низким. Я опускаю голову, избегая смотреть на него, но Кэш приподнимает мой подбородок.

Наши глаза встречаются, и я с трудом сглатываю. У меня пересыхает во рту.

Черт возьми, лучше бы Кэш не смотрел на меня так, будто я единственная девушка во вселенной. Лучше бы он не смотрел на меня так, будто все, чего он желает – это меня. Лучше бы он не смотрел на меня так, будто сейчас в его голове решается