Иней - К. Н. Кроуфорд

Но мне всё равно казалось, будто моё сердце разрывается на части.

Глава 29. Ава

К тому времени, как я в ярости вернулась в свою комнату, мои пальцы на руках и ногах полностью онемели, а зубы не переставали стучать.

Несмотря на то, что Торин исчез без следа, он послал охранников сопроводить меня обратно в мою комнату, что почему-то разозлило меня ещё больше.

Я нашла Шалини сидящей на своей кровати, скрестив ноги и склонившись над книгой. На столе рядом с ней стояла бутылка вина и два пустых бокала. Промокшая насквозь от снега, я почувствовала внезапный укол зависти к её тихому, тёплому вечеру.

Она подняла глаза, когда я вошла.

— Ты выглядишь замёрзшей. Как прошла тренировка?

— Торин — придурок.

Она тут же схватила пустой бокал для вина и начала наполнять его.

— Вот как? Что случилось?

— Ну, мы тренировались, — я сняла свой промокший плащ и повесила его на стул. — Потом мы поцеловались. А потом он сказал мне, что на самом деле я ему не нравлюсь.

Она уставилась на меня, чуть не расплескав вино.

— Какого хрена, Торин? Я имею в виду, даже по меркам мудозвона, разве он не мог просто оставить это при себе?

Я взяла вино со стола и подошла к камину, чтобы согреться.

— Я думаю, он в ужасе от самого себя за то, что запал на простолюдинку-фейри.

Шалини покачала головой.

— Само собой, он ведь не может быть настолько поверхностным, не так ли?

Я пожала плечами.

— Ну, мне не приходит в голову иного объяснения, — я криво улыбнулась ей. — Учитывая, как часто мы заканчиваем поцелуями, кажется, ему нравится, как я выгляжу, — я опять пожала плечами. — И, конечно же, моя грёбаная очаровательная натура его не отталкивает. Но на самом деле это не имеет значения, Шалини. Я пришла сюда, зная, что любовь — это чушь собачья, поэтому я ничего не чувствую. Торин почти ничем не отличается от Эндрю, не так ли? Я здесь из-за денег. Вот и всё.

Колючий укол обвинения проник в мои мысли… «Лгунья». Потому что тот поцелуй был достаточно умопомрачительным, чтобы заставить меня забыть об Эндрю и об обещании никогда больше не любить. Даже забыть о пятидесяти миллионах…

Но действительно ли мне нужно признаваться в этом вслух? Моему эго в последнее время и без того нанесено достаточно урона.

— Любому здравомыслящему человеку ты покажешься по-настоящему очаровательной, — она склонила голову набок. — Кстати, Аэрон уже не такой целомудренный, каким должен быть.

— Ты шутишь, — тепло от камина окутало меня, немного высушив мою одежду, и огонь потрескивал у меня за спиной. Я улыбнулась в ответ на её улыбку. — Что ж, по крайней мере, одна из нас нашла хорошего парня.

Она поставила свой пустой бокал из-под вина на стол.

— Это не единственное, что я нашла.

Я потёрла руки друг о друга, чувствуя, как к ним снова приливает кровь.

— Что ещё? — спросила я.

— Ты же знаешь, как мы обыскивали комнату в поисках потайных ходов, и мы ничего не нашли? — она спустила ноги с кровати и подошла к одной из книжных полок. — Ну, у нас действительно есть потайной ход. И это грёбаная классика.

— Что ты имеешь в виду под классикой?

— Посмотри на это, — она потянула за каменную горгулью на полке, и та щёлкнула. Книжная полка со скрипом подалась внутрь, несколько книг упали на пол.

Ладно. Часть с книжной полкой и правда была классикой, и я не знаю, почему мы не попробовали это раньше.

— Как ты думаешь, куда это ведёт? — прошептала я.

Она оглянулась на дверь в коридор.

— Убийца вошёл через парадную дверь, да?

— Может быть, он не знал о потайном ходе, — подойдя ближе, я разглядела очертания древних чугунных петель. — Как ты это нашла? — выдохнула я.

— Просто искала очередной готический роман. Уже дочитала «Удольфские тайны», — она сделала неуверенный шаг внутрь, затем остановилась и посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. — Может, нам позвать Аэрона?

Я колебалась.

— На самом деле я не хочу, чтобы нас двоих добавили в список подозреваемых. Прямо сейчас мы в безопасности. Может, нам стоит просто… закрыть его?

— Ты же знаешь, что мы пойдём туда, Ава. Даже не притворяйся, будто возражаешь, — она включила фонарик своего мобильного телефона и шагнула глубже в туннель.

— Подожди секунду, Шалини, — я метнулась обратно в комнату и схватила свою рапиру.

Внутри коридора луч фонарика осветил тёмные каменные стены и низкий потолок. Я сжала рукоять своей рапиры и втянула носом воздух. Влажный камень, немного мха, аромат мыла с ароматом розы, которым мы обе пользовались с Шалини…

В человеческом мире я не использовала этот первобытный навык — охоту по запаху. Но здесь это пришло само собой, как забытое чувство.

Шалини осветила камень своим фонариком.

— Ава, ты хотела узнать о монстрах. Те, которые могли убить твоих родителей?

— Ты что-нибудь нашла? — спросила я. Мы обе говорили шёпотом, но почему-то наши голоса звучали громко, отдаваясь эхом. — Торин говорил о монстрах. Драконы и что-то под названием «слуаги».

— Но это те самые, о которых говорят люди, так? В одной из книг по истории фейри были существа с рогами и крыльями. Наполовину фейри, наполовину звери — как на гобелене. В книге говорилось, что они могут быть мифом. Но, похоже, Торин их видел, верно? Предположительно, они злые, кровожадные существа. Древняя, тёмная сторона фейри до того, как они стали более цивилизованными.

— Похоже, он уверен, что они убили его родителей. И кажется, он сказал, что когда-то они правили этой землёй, до того, как Благие захватили власть и построили этот замок, — моё сердце бешено колотилось, во рту пересохло. — Как они называются? — спросила я.

Она повернулась, её глаза блеснули в темноте.

— Неблагие.

От этого названия по моей коже пробежал холодный ужас.

— Я слышала о них. Я не знала, что они реальны.

Она пожала плечами.

— Похоже, в Стране Фейри все монстры реальны.

Я вздохнула.

— Это, безусловно, правда. Торин говорит, что с уходом магии из королевства пустоту заполняет тёмная магия.

— Я беспокоюсь о турнире по фехтованию. Ты действительно готова к этому, Ава? Потому что эти принцессы не валяют дурака, — Шалини снова повернулась ко мне. — Что, если Мория втайне Неблагая, и она собирается разорвать тебя на куски?

— Со мной всё будет в порядке, — сказала я как можно увереннее. — Я так много практиковалась с Торином.

Но кто в действительности может давать какие-то гарантии?

Пока мы углублялись