Надежды и радости - Элисса Дин

– Мы встречались с капитаном Гаррисоном в Калькутте, отец. Так что знакомить нас было излишним.

Максвелл нахмурился и бросил на Колльера недоверчивый взгляд:

– Простите, капитан, а вы, случайно, не женаты?

– Нет, сэр, – пожал плечами Гаррисон.

Полковник насторожился еще больше. Но тут вперед выступила Роксана.

– Почему ты задаешь ему такие вопросы, отец? – спросила она с некоторым вызовом, передавая полковнику пачку разобранных писем.

– Почему? Я просто хотел знать, сколько тарелок ставить на стол к сегодняшнему ужину. Теперь мне ясно: у нас будет только один новый гость.

Максвелл степенно поднялся к себе в кабинет. Гаррисон тихо засмеялся над ухом Роксаны. Она повернула голову и удивленно на него посмотрела.

– Насколько я понял, мне было просто-напросто приказано присутствовать на сегодняшнем ужине. А потому я даже не стал искать повод, чтобы отказаться! Тем более что этот ужин даст нам с тобой возможность побыть рядом и обо всем поговорить.

Когда наверху заскрипели половицы и стало ясно, что полковник Шеффилд уже вошел в кабинет, Гаррисон на всякий случай огляделся и, только удостоверившись, что поблизости никого нет, крепко прижал к себе Роксану и прильнул к ее губам...

Роксана в этот вечер особенно остро ощущала присутствие рядом Гаррисона и чувствовала, как неудержимо их влечет друг к другу. Поэтому она предусмотрительно усадила Колльера не рядом с собой, а напротив. Помимо того, что тем самым она воздвигла между ними некую преграду в виде стола, Роксана получала еще и возможность свободно наблюдать за Гаррисоном. Она могла любоваться его умением вести себя, изящно пользоваться столовыми приборами, красиво поднимать бокал и вести непринужденную беседу со всеми, никого при этом не выделяя.

Она улыбалась Гаррисону через стол. Он отвечал ей тем же. И каждый раз Роксана невольно краснела. Сидевшая справа от нее миссис Кембридж, молодая интересная дама, в один из таких моментов тронула Роксану за локоть и игриво шепнула ей:

– Наш новый капитан просто очарован вами, мисс Шеффилд!

– Вы так думаете? – переспросила Роксана таким натянутым и неестественным тоном, что Кембридж удивленно помолчала, а затем принялась что-то шептать на ухо своей соседке с другой стороны.

После ужина мужчины вышли на веранду, чтобы выпить рюмку-другую коньяку и выкурить по сигаре. Женщины же остались в гостиной. Сэре тоже было разрешено немного посидеть там вместе со взрослыми и продемонстрировать свои успехи в игре на рояле.

Когда и эта часть вечера закончилась, основным занятием гостей стала игра в карты. Играли в основном мужчины при активном участии хозяина дома. Обычно женщины в подобных случаях предпочитали следить за игрой мужей. Но в этот вечер они дружно проигнорировали азартные баталии и стали постепенно разъезжаться по домам, по возможности предусмотрительно прихватывая с собой мужей.

Роксана, уложив Сэру спать, присела к одному из карточных столов и стала наблюдать не столько за игрой, сколько за игроками. К самой игре в карты у нее никогда не было особого интереса. К тому же Роксана, как правило, была вынуждена исполнять обязанности хозяйки дома, а это лишало ее возможности надолго задерживаться у той или иной группы гостей.

Сегодня же она позволила себе пренебречь этим правилом. Главной причиной было то, что среди играющих, к некоторому удивлению Роксаны, оказался и Колльер Гаррисон.

В комнате, отведенной для карточных игр, очень скоро повисло плотное облако табачного дыма. Правда, в этом была и своя положительная сторона: не прошло и пятнадцати минут, как исчезли все насекомые, до этого основательно портившие настроение гостям.

Ставки были высокими. В центре стола громоздилась гора деревянных фишек, которая, впрочем, довольно быстро таяла за счет перемещения их к некоторым игрокам. Особенно преуспевал в этом лейтенант Уитмон.

Придвинув к себе очередную партию фишек, лейтенант с победным видом посмотрел на сидевшего против него партнера, каковым оказался Колльер Гаррисон. Заметив, что тот никак не реагирует на свой проигрыш, а смотрит куда-то в сторону, Уитмон проследил за его взглядом и без труда убедился, что предметом внимания Колльера была молодая хозяйка дома.

– Мисс Шеффилд! – воскликнул лейтенант. – Прекрасно, что вы к нам присоединились! Умоляю, не уходите! Вы принесли мне удачу!

– И проигрыш капитану Гаррисону, – усмехнулся полковник Шеффилд. – Первый с тех пор, как он сел за стол.

– Меня действительно выбивает из колеи присутствие вашей дочери, полковник, – признался Колльер, в очередной раз улыбнувшись Роксане.

Лейтенант снова посмотрел сначала на Гаррисона, затем на Роксану и рассмеялся:

– Позволю себе предостеречь вас, Гаррисон! Мы здесь – я имею в виду холостяков, а возможно, и кое-кого из женатых мужчин – пытались завоевать сердце очаровательной дочери полковника Шеффилда, но оказалось, что вместо сердца в груди мисс Роксаны камень. Я считаю своей обязанностью предупредить об этом вас, так как вы только что приехали в наш лагерь и, возможно, еще не успели осмотреться!

– Благодарю вас, лейтенант. – Гаррисон, медленно растягивая слова и вертя в пальцах деревянную фишку, продолжал с любовью смотреть через стол на Роксану.

Та, смутившись, опустила голову и принялась перебирать на коленях складки своей юбки...

Прошел еще час. Гаррисон поднялся из-за стола и, обращаясь к оставшимся игрокам, объявил:

– Выхожу из игры!

Роксана откинулась на спинку стула, тоже приготовившись встать.

– Что ж, – согласился с Гаррисоном лейтенант Уитмон, – вы правы, ибо уже проиграли куда больше, чем выиграли в начале вечера.

– Совершенно верно! – улыбнулся ему Колльер.

– Я провожу вас до дверей, капитан Гаррисон, , – сказала Роксана, поднимаясь из-за стола.

Уитмон заерзал на стуле, глядя вслед уходящей паре. Потом тронул за рукав Максвелла:

– Ваша дочь еще никому из нас не оказывала подобной чести! Никого и никогда не провожала до дверей!

– Моя дочь знакома с капитаном Гаррисоном еще по Калькутте. Она знала его до того, как приехала сюда.

– Ах вот как! – пробормотал лейтенант и вновь стал внимательно следить за игрой...

Роксана и Гаррисон долго стояли на веранде. Обнявшись, они смотрели друг другу в глаза, разговаривали и целовались. Роксана рассказала Колльеру о Сэре, оказавшейся ее сводной сестрой. Гаррисон уже и раньше видел девочку, когда та вместе с Роксаной приезжала в гарнизон.

Услышав о Цесии и ее страшной гибели, Гаррисон побледнел от волнения и крепко сжал руку Роксаны.

– Боже мой! – прошептал он.

– После этой трагедии я была смертельно напугана и очень переживала, глядя на страдания Сэры. Самое ужасное, что я не могла ей ничем помочь! Я просто не знала, что мне делать! Поэтому я послала тебе письмо через Ахмеда. Мне было совершенно необходимо, чтобы ты оказался рядом!