Пара для короля Аркавии - Хоуп Харт

— Мне очень жаль, — говорю я. — Если я заставлю Меган вернуться, ты меня простишь?

Он расслабляется обратно на подушках.

— Я в любом случае прощу тебя, Харлоу, — говорит он, и я улыбнулась, когда он обратился ко мне по имени. — Но я буду рад увидеть Мегаан.

Он задерживается на её имени, как будто это хорошее вино, и я колеблюсь, гадая, не собираюсь ли я снова усугубить ситуацию.

Я пожимаю плечами. Я та, кто я есть.

— Мне нужно, чтобы ты пообещал мне одну вещь.

— Что угодно.

Я неловко дёрнулась от преданности, отразившейся в его глазах. Я не сделала ничего, чтобы заслужить ту самую преданность, которая заставила людей сегодня отдать свои жизни за меня и других людей.

— Если Меган твоя пара… — Я замолкаю, когда его глаза загорелись ярче, и он снова потёр грудь, кивая головой, как будто эта мысль только что пришла ему в голову.

— На самом деле, — уточняю я, — даже если она не твоя пара, мне нужно, чтобы ты пообещал мне, что ты не… спаришься с ней, пока она не станет взрослым человеком.

Его рука прекратила растирать грудь, и его глаза потускнели, когда он посмотрел на меня.

— Я не верю, что Мегаан оценит такое обещание, — говорит он, выпятив вперёд челюсть, и я вздыхаю.

— Возможно нет. Но ты всё равно пообещаешь?

— Я не трогаю детей. Ни один аркавианин этого не делает.

— Что ты будешь делать, если найдёшь свою вторую половинку, а она будет моложе тебя?

Он пожимает плечами.

— Это произошло с матерью моего отца. Она была намного моложе своего супруга. Они играли вместе ещё до того, как она встала на ноги, а когда она повзрослела, у них появились брачные браслеты.

Я выдыхаю. Итак, какая бы биологическая или метафизическая вещь, которая контролирует спаривание, похоже, избегает появления связи детей со взрослыми. Хорошо знать.

Лицо Мети прояснилось.

— Ты баялась, что у нас появятся дети. — На этот раз я не могу прочитать выражение его лица, вздыхаю, придвигаюсь ближе и присаживаюсь на край его кровати. Я подталкиваю его ногу, и он передвигает её.

— Для меня всё это в новинку. Честно говоря, я никогда не задумывалась об этом, поскольку единственное хорошее, что удалось сделать лидерам человечества, — это запретить сдавать анализы крови девушкам младше восемнадцати лет. Прости, если я задела твои чувства.

Я сделала больше, чем это. Я оскорбила всю его расу, по сути, обвинив их в педофилии, но он слегка улыбнулся мне.

— Всё в порядке, Харлоу. Ты хочешь защитить всех людей. Я понимаю. Я обещаю, что не буду спариваться ни с одной человеческой женщиной, пока иа не станет взрослой в человеческом смысле.

Я выдыхаю.

— Спасибо.

Жужжание моих брачных лент подсказывает мне, что Вариан близко, и я поворачиваюсь, когда он заходит в палату. Не может быть, что ему можно было встать и ходить так рано; его лицо всё ещё бледнее, чем я когда-либо видела, и хотя его спина такая же прямая, как всегда, я чувствую его усталость.

— Тебе нужно отдохнуть, пара, — говорит он.

— Тебе тоже.

Он поворачивается к Мети.

— Сегодня своими действиями ты проявил невероятную храбрость и силу.

Золотистая кожа Мети потемнела, когда он краснел. Оу.

— Я сделал то, что сделал бы любой аркавианин, Ваше Величество.

— Ты защищал свою королеву, даже когда надежды осталось мало. Я этого не забуду, и твой командир тоже.

Я ухмыльнулась. Судя по выражению благоговения на лице Мети, я предполагаю, что Вариан не очень часто хвалит кого-то. Моя улыбка исчезла, когда Вариан повернулся ко мне, и мой желудок беспокойно скручивается. Я даже не знаю, что ему сказать сейчас, когда он жестом предлагает мне пойти с ним.

— Я пойду, потому что сама того желаю, а Мети нужно отдохнуть, — говорю я ему, подходя к нему.

— Спасибо, что зашли, — сонно говорит Мети, глаза уже начинают закрываться.

Я следую за Варианом до двери, и он хватает меня за руку. У меня сжимается сердце. Мы оба настолько злы, что едва можем смотреть друг на друга, а он всё ещё хочет держать меня за руку. Он бросает на меня растерянный взгляд, вытаскивая меня через двери медицинского центра в холл.

К нам идёт группа аркавиан, среди них Джарет, и я вздыхаю. Вариан просто открывает ближайшую дверь, протягивает руку своим людям, показывая, что им следует подождать, и заталкивает меня внутрь.

— Давай продолжим наш разговор сейчас, когда ты не можешь уйти. Ты считаешь, что я не смогу защитить тебя? — шелковисто спрашивает он.

Я вздыхаю. Отлично, его гордость уязвлена. Нет ничего хуже, чем самец с чипом переводчиком в плече.

Я вытягиваю шею, чтобы осмотреть помещение за ним, и фыркаю. Кто бы мог подумать, что королю Аркавии придётся спрятаться в чулане, чтобы уединиться?

— Думаю, если бы я не была вооружена, я бы оказалась на том корабле.

Вариан внезапно яростно ревёт, и я снова вздыхаю, когда разговоры снаружи затихли.

— Ты заходишь слишком далеко, пара! Были допущены ошибки, и тот, кто предал меня, умрёт медленной и мучительной смертью. Но твоя охрана будет увеличена, и тебе не нужно будет носить оружие.

Я пожимаю плечами. Пусть думает, что хочет. Я буду носить оружие, когда захочу. Глаза Вариана засветились ярче, его рога удлинились, и я поднимаю бровь. Всего пару недель назад такое проявление ярости привело бы меня в ужас. Хотя я всё ещё нервничаю, когда вижу такое у других аркавиан, я знаю, что Вариан никогда бы не причинил мне вред. Конечно, он может сделать мою задницу красной, но нет никаких сомнений в том, что такое меня возбуждает.

Я вздыхаю. Этот парень выводит доминирование на совершенно новый уровень. Он чрезмерно опекает и злится, потому что я была в опасности. Он думает, что мне следует играть бедную, беззащитную маленькую королеву, которой нужны большие, злые мужчины аркавиане, чтобы обеспечить свою безопасность.

Если я не выскажу свою позицию сейчас, то проведу остаток своих дней в платьях, в которых не смогу нормально передвигаться, и в окружении стражи из аркавиан. Он должен понять, что я смогу сама позаботиться о себе.

— Где оно? — он выкусывает.

— Где что?

— Оружие Мети.

Я пожимаю плечами, ухмыляясь ему. — Без понятия. Должно быть, затерялось во всей этой суматохе.

Пока он борется с собой, на его челюсти дёргается мышца.

— Мне тебя обыскать, маленькая человечка?

Я поднимаю бровь.

— Думаешь, я настолько глупа, что взяла его с собой