Осколки наших грез - Кэрри Прай

Она стала только прекраснее.

– Снег, – позвал я, или подумал, что позвал. – Снег…

Обернувшись, она замерла на месте. Куст шиповника расправился, подтолкнув её в спину. Она заметно растерялась.

Секунды превратились в часы.

Я пытался прочитать мысли девушки, но она оставалась невозмутимой. Безумно холодной. Чертовски строгой.

– Привет, – прошептал я, когда она оказалась рядом.

– Решил достать меня и здесь? – сухо поинтересовалась она. – Ну конечно, тебе ведь… всё можно.

Не такой встречи я ожидал. Вернее, даже не надеялся, что она удостоит меня ответом. Сам факт диалога уже был победой, пусть крайне маленькой.

– Чего припёрся, Янковский?

Меньше всего я хотел объясняться, закидывать её оправданиями, которыми та была сыта по горло. Собравшись с духом, я опустился на колени. Покопался в кармане и выставил ладонь, которую обжигало почти невесомое кольцо.

На мгновение наши взгляды встретились. На долгое мгновение. Глаза Снежаны заискрились и тут же потухли, не оставляя ни малейшего шанса.

Стянув грубую перчатку, она деликатно взяла кольцо большим и указательным пальцем. Изучала его какое-то время, словно оценщик, а потом равнодушно забросила за плечо и вернулась к кусту шиповника.

Ещё один мир рухнул. Я чувствовал себя самонадеянным глупцом, что так бестолково прогулял своё счастье. Раз за разом. Год за годом.

Однако я уважал выбор этой девушки, поэтому не стал задерживаться и поспешил уйти. Но шагая по тропе, я получил перчаткой в затылок.

– Скажи «спасибо», что это не секатор. Как всегда решил свалить, Янковский?

Обернувшись, я увидел её хитрую улыбку.

– Тебя ждёт куст белых роз и терновник. Или ты думал, что облепиховый чай достаётся так просто? В этот раз тебе следует потрудиться.

Немного подумав, я скинул куртку и натянул застывшие от земли перчатки.

Тогда я сдержал обещание. Я был счастлив.

Глава#39

Год спустя.

Впервые на банкете Сотниковых я чувствовал себя необычайно комфортно. Садовые деревья, украшенные рождественскими гирляндами, освещали тропинку к дому, что теперь был собственностью несносных братьев. Проплаченные скрипачи учтиво щадили мои уши, а молоденькие официантки торопливо обновляли бокалы с виски, лишая шанса на трезвость.

Но на сей раз меня удерживало отнюдь не высококлассное пойло.

Будучи гостем «Эдема», я был рад заметить перемены в маленьком царстве. Некогда разбитые на коалиции богачи теперь объединились за одним общим столом и были вольны позволить себе то, что ранее казалось постыдным. Запредельные манеры были оставлены, меха и фраки сброшены, а на смену скучным разговорам пришли пошлые шутки, вполне одобренные обществом.

Ещё год назад я бы ни за что не поверил в увиденное.

Александра постаралась на славу, приземлив столь богемных людей. В руках Янковской не только расцветали розы, но и люди обретали человечность. Эдемовцы не прогадали, когда доверили ей свои судьбы, и широкие улыбки на их лицах тому яркое доказательство.

Я гордился матерью, как никогда прежде. Так же сильно, как и скучал.

Потянувшись за очередным бокалом, я был опережён личностью, которая считала долгом посоперничать во всём, даже в потреблении воздуха.

– Паршивая реакция, братец, – просиял Назар, смочив губы в отвоёванном глотке. – Снежана в курсе, что ты сдаёшь позиции? Я бы мог посоветовать ей кого-то более хваткого, энергичного, неподражаемого…

– И тебе привет, скромница, – вздохнул я. – Что дальше? Будешь в красках вырисовывать как подрос твой змей? Километр или сразу три?

Улыбка наглеца достигла ушей.

– А ты разительно близок к истине, пусть и выглядишь тупым.

Обменявшись язвительными ухмылками, мы крепко обнялись. Назар не пропадал из моей жизни, напротив, докучал в ежедневных звонках, однако личная встреча в очередной раз подтвердила, как сильно я успел стосковаться по этому мерзавцу.

– Ряды Авдея пополнились? – прогремело за спиной. – Избавьте меня от этих нежностей, иначе тошно станет. Фаршмак из устриц выглядел аппетитнее.

Давид показался в компании привлекательной брюнетки, совсем не похожей на прежних одноразовых спутниц. Удивительно, что самый «холодный» из нас нашёл ту, что принято считать дамой сердца. Любезно отправив девушку в зал, старший Сотников протянул мне широкую ладонь.

– Рад видеть тебя, Матвей. Ещё радостнее заметить пушок из усиков под твоим носом. Малыш становится взрослым?

Не успел я ответить очередной колкостью, как влез Назар:

– А Снежана в курсе, что твой малыш никогда не повзрослеет?

– Не надейся, мудак. Я устраиваю её во всём. Могу поделиться с тобой, что Снег шепчет мне на ухо во время…

– Твоя взяла, – спешно перебил друг, содрогнувшись. –  Где фаршмак из устриц? Мне нужно срочно закусить эту гадость.

«Эдем» изменился бесспорно, но Сотников Назар остался прежним – вечно гуляющим рыжим котом, мечтающем о белоснежном лебеде. Уверен, что наступит тот день, когда блудливый зверь найдёт свою отраду, но пока он не готов к тому, что предполагает серьёзность.

А что насчёт меня? Ради Снега я готов пойти на всё, даже на жертвы.

Проведя год в тесной хрущёвке с одним стулом, общим мусорным баком и старой приставкой «PlayStation» я был поистине счастлив. И пусть Снежана чуралась помощи матерей, мы смогли договориться о «карманных». Не долог тот час, когда съёмное жильё по праву станет нашим.

– Подбери слюни, Матвей, – хохотнул Давид, щёлкнув меня по подбородку. – Ты сам отказался от всего этого.

– Я получил гораздо больше, чем ты думаешь.

– Боже, – удивился он, – провинциальная вода настолько жёсткая? Что твоей причёской? Она вот-вот проткнёт мне глаза, что, безусловно, к счастью.

– Заткнись, Давид. Иначе твоя подружка узнает о неудачном опыте с пылесосом. До сих пор в ушах стоит твой жалкий детский писк.

– А вы страшный подлец, Мотя.

– Стараюсь соответствовать тебе.

Спустя минуту из чащи «ряженных» деревьев показался Назар. Лицо парня стало бледным, и устрицы здесь не при чём. Порог дома перешагнула Снежана в компании Елены Лебедевой и Александры Янковской. Женщины ослепляли своей красотой, однако я восхищался только одной. Подобно малолетнему щеглу, я забывал как дышать, когда видел её. Каждый раз. Каждый новый день.

Белое платье, пепельные локоны, хитрый взгляд и непокорный характер – моя личная формула счастья.

– Привет, засранцы, – поздоровалась Снежана, игриво подскочив к нам. – Вы так постройнели. Штанишки висят. Куда делись ваши яйца?

Увидев её, Назар заметно оживился.

– Потанцуем, милая? Знай, в моём доме не терпят отказов.

Задумавшись, Лебедева продемонстрировала безымянный палец.

– Я бы с радостью, милый. Но это тесное