Когда мы мечтаем - Энн Петцольд

До сегодняшнего дня.

– Не бойся, – прошептал он.

Его слова отдались у меня во всем теле. Напряженные пальцы расслабились. Он проложил дорожку поцелуев вниз к вороту рубашки. Дошел до ключиц. Двинулся вверх по шее, подбородку, пока снова не оказался у рта. Секундное колебание. Он ждал. И его губы снова коснулись моих. На этот раз я не сомневалась.

Мой поцелуй был нерешительным. Неопытным. Его – мягким и подчиняющим. Таким… настоящим. Его язык прошелся по моим губам, в животе тянуло. Он втиснул ногу между моими бедрами… Так близко к месту, которое жаждало прикосновения.

Стук в дверь заставил меня вздрогнуть и вырвал нас из мирка, в которой мы сбежали на эти несколько часов.

Чжэ Ён приподнял голову, не пытаясь, впрочем, отодвинуться от меня. Он коснулся моей щеки, смахивая с лица спутавшиеся прядки волос.

– Тебе идет красный, – шутливо заметил он.

Я несильно ударила его по груди. Сама не знаю, когда успела положить туда руку.

Снова постучали – на этот раз дольше и настойчивее. Чжэ Ён вздохнул.

Наконец он поднялся, заодно поставив на ноги и меня. Оперативно выпутал у меня из волос попкорн и сложил в ведерко, пока я без энтузиазма отряхивала одежду от крошек.

– Подожди здесь, – бросил он, направившись к двери.

– А куда мне деваться? В окно выпрыгнуть? – пробормотала я себе под нос.

Он, однако, услышал и на ходу усмехнулся:

– Я в тебя верю.

Фыркнув, я запрыгнула на диван и с изумлением увидела, как Гарри после всех загадок встречает профессора Квиррелла. Тот как раз снял тюрбан, и, хотя я знала, чего ждать, лицо Волан-де-Морта на профессорском затылке напугало меня сильнее, чем я ожидала.

От экрана меня отвлекали голоса. Чжэ Ён с кем-то говорил на корейском. Знакомый тембр. Мин Хо?

Дверь закрылась, и Чжэ Ён показался из-за угла, приглаживая волосы.

– Судя по выражению твоего лица – ничего хорошего, – сказала я, когда он подошел к дивану и просто остановился вместо того, чтобы сесть рядом.

– У меня две новости: хорошая и плохая.

– Начни с плохой.

От этой просьбы он скривился.

– На самом деле они обе плохие.

У меня вырвался неуверенный смешок.

– Что случилось?

Еще несколько секунд он хмурился, подбирая слова, потом заговорил:

– Нам придется лететь в Нью-Йорк раньше запланированного.

Мой взгляд упал на часы у телевизора. Еще не было трех. Я вытерла руки о джинсы.

– Насколько раньше?

– Самолет в шесть. В аэропорту надо быть к пяти.

– Ох.

Отсюда до аэропорта О’Хара на машине минут сорок, а может, и больше.

– Тогда мне, наверное, пора, да? – я огляделась в поисках рюкзака.

Он молча смотрел, как я встаю. Не сдвинулся ни на сантиметр, хотя все во мне молило его преодолеть эти несколько шагов между нами.

– Мне жаль, Элла, – тихо сказал он.

Когда он заговорил, я наконец посмотрела на него. Прямо в лицо. Его выдавали глаза. Кажется, он испытывает вину за испорченный вечер.

Я без лишних раздумий шагнула к нему. Пытаясь избавиться от повисшего в воздухе напряжения, легонько тыкнула пальцем в живот.

– Выглядишь замученно.

Он растрепал волосы, добившись того, что теперь они топорщились во все стороны.

– Не хочу, чтобы ты уезжала.

На секунду замер. Встряхнул головой.

– Я́ не хочу уезжать.

Я схватила его за руку, моя ладонь оказалась в его.

– Ты уже знаешь, когда вы снова будете здесь? Ну, в США?

– Через две недели, – ответил он, скривившись, будто откусил лимон.

Я засмеялась, откинув назад голову. Он удивленно посмотрел на меня, пришлось пояснить:

– Две недели? Я-то решила, что мы минимум полгода не увидимся.

– Я бы намного раньше прислал за тобой самолет. Полгода – это слишком долго.

Я улыбнулась. Грустно, что день так быстро кончился, что Чжэ Ёну нужно уехать и завтра он снова будет на другом краю света. Я проглотила вертевшийся на языке эгоистичный вопрос: не может ли он остаться? Знала – задавать его бессмысленно, как бы мне ни хотелось обратного.

Чжэ Ён кончиками пальцев коснулся моего лица, положил на щеку ладонь. Я прильнула к ней, стараясь сохранять на лице беззаботную улыбку. Ни к чему ему переживать из-за того, что мы оба изменить не в силах.

– Сэм отвезет тебя домой.

– И сама прекрасно справлюсь.

Он выглядел не слишком довольным моим ответом.

– Я уже взрослая, – добавила я, пожав плечами. – Да и по дороге было несколько книжных.

– Напиши, как окажешься дома.

– Это ты напиши – как доберешься до Нью-Йорка.

Он кивнул и наклонился ко мне. Гадая, что он собирается сделать, я приподнялась на цыпочки. Его губы столкнулись с моими, глаза сами закрылись. После короткого прикосновения он не отстранился, поцелуй стал настойчивее. Мне пришлось цепляться за его руки, потому что колени внезапно ослабли. Тогда он обнял меня за талию и притянул ближе.

На мгновение я поддалась этому поцелую. Желанию, жажде прижаться так близко, как только можно.

Но потом включила голову.

Я прервала поцелуй, глубоко вздохнула и отодвинулась, насколько позволяли наши объятия.

– Мне пора идти.

Чжэ Ён смотрел на меня пустым взглядом. Его глаза казались почти черными, он все еще крепко держал меня в руках. Прошло несколько секунд, прежде чем он наконец-то отпустил меня и на шаг отступил.

– Да, – резко выдохнул он, прозвучало неубедительно, но собирать вещи он мне не мешал. Я чувствовала на себе его взгляд, когда, надев рюкзак, двинулась к двери. Перед тем как открыть ее и снова столкнуться с реальностью, я еще раз обернулась.

– Через две недели?

Просьба.

– Через две недели.

Обещание.