Любовь не по сценарию - Ася Лавринович

Стоя в Надином дворе, вспомнила, как здесь, у козырька подъезда меня караулил Федя. Постояв немного на месте, я направилась к проспекту. Брела вперед, не обращая внимания на шум машин и чужие голоса. Снег валил все гуще. А ведь Надя живет недалеко от того дома, куда мы заезжали с Федей… Можно дойти пешком. Я хорошо запомнила адрес.

Не знаю, сколько я простояла на одном месте у первого подъезда серой хрущевки. Я уже не чувствовала ног и проклинала себя на чем свет стоит. И все-таки Федя приехал. В снежном вихре показалась знакомая машина. Я не верила, что такое бывает, но он приехал!

Федя вышел из машины и удивленно посмотрел на меня:

– Давно не виделись, – сказал он. – Ты уже успела по мне соскучиться?

– Мы как-то п-плохо по-прощались, – дрожа от холода, ответила я. За все то время, что стояла у подъезда, из него ни разу никто не вышел. А так хотелось погреться…

– И долго ты здесь стоишь?

Судя по тому, что я практически превратилась в живой сугроб, – довольно долго.

– Ты ведь ж-ждал меня во дворе у Нади, – напомнила я.

– Я приходил в него несколько дней подряд, – улыбнулся Федя. – Думал, ты живешь в этом доме.

Я тоже слабо улыбнулась.

– Агния, а ты всегда так морочишь парням голову? – спросил Федя, снова став серьезным. – Сначала отбриваешь, а потом опять сама приходишь? Или только мне так повезло?

– Только тебе.

– Да, я счастливчик, – покачал головой Федя, доставая из кармана пуховика ключи. – Ну если тебе все это по приколу… Продолжай мучить меня дальше. Я не против.

– Недолго тебе мучиться осталось, – проворчала я, вспоминая о своем скором отъезде.

Домофон пиликнул.

– Можно с тобой? – попросила я, заглядывая Феде в глаза. – После той ночи, что мы провели вместе, ты не имеешь права мне отказать.

Федя несколько секунд смотрел на меня, о чем-то раздумывая.

– Конечно, – наконец кивнул он. – Заходи, а то простудишься. 

* * *

В темном тесном коридорчике перегорела лампа. Федя несколько раз громко пощелкал выключателем, – будто лампочка не зажигалась из вредности и могла вдруг передумать. Узкий коридор был заставлен всяким хламом. Я решила пройти немного вперед и там разуться. Дернулась в сторону и, разумеется, во что-то врезалась головой. Лоб больно царапнуло.

– Ау! – завопила я. – Что здесь?

– Ш-ш, – зашипел Федя. – Куда ж ты так торопишься?

Он зажег фонарик на телефоне и, ослепив меня, посветил на лицо. Жмурясь от света, я замерла на месте. Почувствовала Федины теплые пальцы на своем подбородке…

– Ты рассекла лоб, – констатировал Федя.

Я повернула голову и в свете фонаря обнаружила на стене старые санки.

– Это я об них?

– Ага. Мои. Из детства.

– Очаровательно, – проворчала я.

И хотя по коридору гулял сквозняк, я смогла учуять едкий неприятный запах вперемешку с лекарствами. Из комнаты выглянула худая женщина с накинутой на плечи шалью.

– Федя, это ты? Там лампочка с утра перегорела, нужно поменять.

– Привет, теть Тань, – сказал Федя, разуваясь. – Поменяю.

Из приоткрытой двери в коридор проникал дневной свет, и теперь эта незнакомая тетя Таня с интересом осматривала меня с ног до головы. Расстегивая дубленку, я тоже осторожно поглядывала на нее. Это и есть любимая женщина Феди? Я пригладила мокрые от снега волосы и поздоровалась:

– Здравствуйте.

– Здравствуй, – отозвалась тетя Таня.

– Она спит? – спросил Федя, почему-то перейдя на шепот.

Я в этот момент разматывала шарф. Замерла и тоже прислушалась.

– Уже нет, – так же шепотом ответила тетя Таня. – Может, вас чаем напоить?

– Да мы тут сами. Идите домой пока. Телевизор посмотрите, отдохните.

– Да я и не устала, – улыбнулась тетя Таня. – Но домой мне надо. Кошку покормлю. Феденька, все лекарства в обед я ей уже дала.

Тетя Таня осторожно обошла нас и, обувшись, тихо вышла из квартиры.

– Ба! – выкрикнул Федя, беря меня за руку. – Я хотел тебя кое с кем познакомить…

Мы вошли в зал, и на расправленном диване я увидела маленькую сухонькую старушку.

– Бабушка, это Агния, – громко проговорил Федя, немного подтолкнув меня вперед, отчего я страшно смутилась. – А ты переживала, что не успеешь познакомиться с моей будущей женой. Вот.

– Женой? – шепотом произнесла я. Затем повернулась к старушке: – Здравствуйте…

Я замялась.

– Клавдия Михайловна, – подсказал Федя.

– Клавдия Михайловна!

– Вряд ли она тебя понимает. Еще пару недель назад с ней можно было поболтать, а сейчас совсем забываться начала. Я с ней регулярно разговариваю, но она уже ни на что особо не реагирует.

– Это Роня? – тихо спросила Клавдия Михайловна, слабо улыбнувшись. Я еле расслышала ее голос.

– Роня, – зачем-то кивнула я.

– Роня, давно тебя не видела, – продолжила улыбаться Клавдия Михайловна. – Федечка, я посплю, а вы чайку налейте… Я бы вас угостила…

– Отдыхай, отдыхай, бабуль. – Федя подошел к пожилой женщине, поцеловал ее в лоб и поправил одеяло. Мы на цыпочках вышли из комнаты и закрыли за собой дверь.

– Теперь займемся твоей раной, – сказал Федя. Я уже и забыла, что рассекла лоб о санки.

Федя провел меня на чистую кухоньку и усадил на стул. Достал из шкафчика аптечку.

Пока он, склонившись надо мной, обрабатывал рану ватным тампоном, я не сводила взгляда с его сосредоточенного лица.

– А тетя Таня – это кто? – спросила я.

– Бабушкина соседка. И по совместительству – сиделка.

– А с отцом ты из-за бабушки не общаешься? – догадалась я.

– Да. Он бросил родную мать. Уехал делать карьеру, когда она серьезно заболела.

– И сам ты уехать поэтому не можешь?

– Не могу. Как ее сейчас бросить? Родители всю жизнь были в разъездах. Она меня вырастила и воспитала. – На мгновение Федя стушевался. – Агния, иногда я боюсь своих мыслей.

– А что у тебя за мысли? – удивилась я.

– Бабушке с каждым днем все хуже. Я знаю, что это неминуемо. В одно утро я приду сюда, а ее больше нет. И пугаюсь мысли, какие эмоции испытаю при этом. Возможно, это будет облегчение. Я – страшный человек?

Я лишь поморщилась от боли. Лоб сильно жгло.

– Тяжело смотреть, как она мучается, – сказал Федя.

Некоторое время мы молчали. За окном по-прежнему шел снег. Мне не хотелось возвращаться к грустному разговору, поэтому я спросила: