Соблазн и страсть - Джулия Энн Лонг

В карете, отъезжавшей от Ла-Монтань, царила гнетущая тишина. Наконец, нарушив молчание, Сюзанна и задумчивости проговорила:

— Выходит, ее здесь нет. Но где же ее искать?

Сильвия в возмущении воскликнула:

— Экономка лжет! Ее ответы были какими-то уклончивыми и неуверенными. Полагаю, нам следовало настоять на своем и дождаться возвращения графа. Ох, как обидно! Проделать такой длинный путь — и ничего не узнать!

— А может, она уехала к кому-нибудь в гости? — предположила Сильвия.

— Да, возможно, — кивнула Сюзанна. — Кит говорит, что Мэри Кэпстроу обожает навещать знакомых. А их у нее — великое множество. И очень может быть, что она захватила с собой Сабрину Фэрли. В таком случае нам еще очень долго придется разыскивать миссис Фэрли.

— Но если так… — Сильвия задумалась. — Что ж, если так, то нам придется написать леди Кэпстроу. Надо сообщить ей, что мы хотим встретиться с ней. Письмо же отправим в Тинбюри. Надо полагать, что она когда-нибудь все-таки вернется домой. И еще… Надо обязательно написать викарию Фэрли. Нужно во что бы то ни стало узнать, наша это Сабрина или нет.

Сюзанна тут же закивала:

— Да-да, конечно, дорогая. А как ты думаешь, она похожа на нас с тобой?

— Внешне очень может быть. А вот в остальном… Не забывай, ее воспитывал викарий. Возможно, она слишком благоразумна. Слишком рассудительна и спокойна.

От этой мысли сестрам стало не по себе, и они надолго умолкли.

— Ах, Сильвия, посмотри, — внезапно оживилась Сюзанна. — Смотри, какая милая церквушка. Почти такая же, как в Горинге. Давай зайдем туда ненадолго.

Обедня только что закончилась, и Джеффри подумал, что сейчас самое время перекусить, выпить глоток вина и расслабиться. Он уже решил так поступить, как вдруг увидел в дверном проеме, двух дам, причем обе они…

Джеффри глазам своим не поверил. Ему казалось, что он видит двух Сабрин, стоявших в дверях церкви. Сходство и впрямь было поразительное: лицо, осанка, манера держаться — перед ним стояли как бы копии Сабрины.

И это, судя по всему, были весьма состоятельные дамы. На них были шикарные меховые накидки, и их сопровождали рослые вооруженные слуги. Было совершенно очевидно, что эти молодые дамы принадлежали к высшему обществу и являлись весьма знатными особами.

— Добро пожаловать, дорогие леди! — Джеффри постарался придать своему голосу как можно больше звучности, мелодичности и доброжелательности.

Дамы присели в реверансе — склонились, словно два прекрасных цветка под легким дуновением ветерка. Джеффри же был очарован, околдован, ошеломлен… О Боже, как давно он не видел прекрасных дам из высшего света! Когда-то он часто с такими встречался, но потом… Потом он запутался в долгах. И все в его жизни изменилось.

Тут дамы приблизились, и одна из них заговорила:

— Добрый день. Меня зовут леди Грантем, а это моя сестра миссис Шонесси. — Она кивнула на свою спутницу. — Можно нам осмотреть убранство вашей церкви?

— Почту за честь. — Джеффри склонился в низком поклоне. — Ваше посещение нашей церкви — великая честь для нашего скромного прихода.

Он внимательно посмотрел на дам. Их имена показались ему знакомыми, но он никак не мог, сообразим, где именно их слышал.

Гостьи вежливо улыбнулись и подошли к алтарю. Слуги следовали за ними по пятам.

Джеффри же поостерегся представляться. Он прекрасно знал, что его давно уже разыскивают алчные кредиторы. А ведь любая из прекрасных дам могла в Лондоне случайно сообщить кому-нибудь, что побывала в приходе викария Джеффри Гиллрея.

— Леди, что привело вас в Бакстед-Хит? — спросил он с вежливой улыбкой.

— Мы проезжали через ваш городок, — ответила леди Грантем. — А вообще мы направляемся в Лондон.

И тут Джеффри наконец-то вспомнил: леди Грантем — жена виконта Грантема, а миссис Шонесси — жена владельца «Эмпориума» и других увеселительных заведений.

— Какой же счастливец из наших мест удостоился вашего внимания? — проговорил Джеффри вкрадчиво.

— Мы возвращаемся из Ла-Монтань. Нам хотелось повидаться с графом, но его не оказалось дома.

«Странно… — подумал Джеффри. — Ведь Роуден сейчас у себя в поместье…»

— Неужели графа действительно нет дома? — с улыбкой проговорил Джеффри.

Сестры молча переглянулись.

— Впрочем, мы ищем не его, — сказала миссис Шонесси, — а одну молодую леди по имени Сабрина Фэрли. Нам сообщили, что она гостила в Ла-Монтань. Может быть, вы что-то знаете о ней? Ее отец — викарий в городке Тинбюри.

Джеффри тотчас же насторожился. Он уже давно не был в Лондоне, но столичные газеты регулярно читал. И ему сразу же припомнилась статья из «Таймс» — там имена обеих дам, упоминались в связи с судебным процессом, над Томасом Морли. Особенно часто упоминалось имя леди Грантем, которая… «Да-да, так и есть! — мысленно воскликнул Джеффри. — Ведь леди Грантем — это дочь любовницы известного политика Ричарда Локвуда. Миссис Шонесси — ее сестра, и, кажется, у них должна быть еще одна сестра…»

Интуиция подсказывала Джеффри, что ему следует проявлять предельную осторожность. Да, надо проявлять осторожность, собрать как можно больше сведений и провести собственное расследование. Он чувствовал: за всем этим скрывается нечто очень важное, нечто такое, что позволит ему шантажировать заносчивого кузена, а потом получить с него за молчание немалую сумму.

С улыбкой, покачав головой, Джеффри ответил:

— Нет, к сожалению, я не знаю молодую леди по имени Сабрина.

Через несколько минут обе дамы, распрощавшись с викарием, направились к выходу.

Джеффри не любил дом своего отца и в последние годы все реже к нему приезжал. Однако сейчас был особый случай, и молодой викарий заставил себя навестить больного родителя.

— А, Джеффри… — Отец усмехался даже на смертном одре. — Почему ты вдруг решил навестить меня?