Расплата за ложь - Кай Хара

― Хочешь посидеть там немного?

― Конечно.

Мы сидим в неловком молчании несколько минут, пока я пытаюсь найти слова и смелость, чтобы сказать ему их. Жаль, что я не отрепетировала это раньше, но мне и в голову не приходило, что это нужно.

― Послушай, я не знаю, как сказать… ― начинаю я, но он перебивает.

― Ты бросаешь меня.

― Я… эм, я… да. ― Говорю я, запинаясь о ком в горле, образовавшийся из-за его неожиданного прерывания. ― Откуда ты знаешь?

― Ты не позволяла мне прикасаться к тебе с тех пор, как я приехал сюда, и мы почти не разговаривали последние пару месяцев. Для этого не нужно быть гением.

Я смотрю на прекрасные деревья, открытую траву, пруд вдалеке, студентов, гуляющих по кампусу, наслаждающихся выходными и великолепным осенним днем, и наслаждаюсь ощущением того, как я счастлива здесь.

Я не знала, что, приехав в Швейцарию, забью последний гвоздь в гроб своих отношений, и теперь, когда этот момент настал, когда я вижу свои отношения в контексте своей новой жизни, я не жалею о принятых решениях, которые привели нас сюда.

― Мне жаль. ― Говорю ему честно. ― Я чувствую, что между нами уже давно все кончено и что мы держимся за что-то, что осталось в прошлом. Мне понадобилось твое появление здесь, чтобы понять это, я действительно не хотела растягивать это дальше.

― Это из-за того, что я сделал? ― спросил он, не глядя на меня. Его плечи напряжены, а тон язвителен.

― Нет. Ну, не совсем. ― Я говорю: ― Мне кажется, я уже разлюбила тебя до этого. Вероятно, то же самое было и с тобой, раз ты смог мне изменять.

Он молчит, и я продолжаю.

― Я переехала на другой континент и не скучала по тебе так сильно, как, думаю, должна была бы, если бы ты действительно был любовью всей моей жизни. Можешь ли ты честно сказать, что скучал по мне?

― Нет. ― Он отвечает, его тон стал откровенно грубым. Это новая сторона его характера. Он всегда был немного легкомысленным, немного беспечным, может быть, но никогда не грубым. ― Я пришел сюда, чтобы сказать тебе, что я трахнул другую, в любом случае. ― Он шипит, его голос ядовит, он наблюдает за мной, чтобы увидеть, как будет нанесен удар.

Я резко вдыхаю, ожидая неизбежной боли, но… ничего.

Я ничего не чувствую.

Ни ярости, ни отчаяния, ни боли в сердце, только глубокое чувство, что я приняла правильное решение. Эгоистично, но я не могу не сравнивать себя с Беллами.

Она совершенно разбита из-за того, что сделал Роуг, а я просто хочу, чтобы между мной и Картером было как можно больше расстояния.

Если уж на то пошло, я чувствую злость и разочарование от того, что так долго тянула с этим. Я мучилась над решением и чувством вины за свои чувства к Рису, когда все это время он трахался с кем-то другим.

Я сожалею о том, что вчера переступила черту в отношениях с Рисом, но не о том, что сам момент произошел, а о том, что я позволила этому случиться до того, как поговорила с Картером.

Сейчас я чувствую себя освобожденной от этой вины.

Если он хочет, чтобы все закончилось горько, с уколами и ударами, нанесенными друг другу с целью ранить, я просто не стану его развлекать.

― Ну, тогда, думаю, мы сказали друг другу все, что хотели сказать. ― Говорю я, вставая и вытирая пыль со своей задницы.

Меня совершенно не интересует, с кем он переспал, и все эти гнусные подробности.

Я хотела бы расстаться с ним полюбовно, но его действия делают это невозможным. Чем быстрее он уйдет от меня, тем лучше.

Он хватает меня за предплечье и удерживает на месте.

― Есть кто-то еще?

Я выдергиваю руку из его захвата и потираю запястье, бросая на него взгляд.

― Ты не имеешь права спрашивать меня об этом.

― Это Рис, не так ли?

Мое сердце учащенно забилось при упоминании его имени, мое тело всегда настраивается на все, что связано с ним.

― Что? Нет. Почему ты так думаешь?

Он встает и подходит ко мне.

― Потому что ты даже глазом не повела, когда я только что сказал тебе, что трахался с другой.

― Мне жаль, что моя реакция на твое предательство недостаточно драматична для тебя. Ты хочешь, чтобы я разрыдалась и стала умолять? И это все? ― Я отвечаю насмешливо, теперь уже раздраженно.

Его самовлюбленность, как я теперь вижу, просто пугает. Я не узнаю того человека, к которому раньше испытывала чувства.

― Я хочу, чтобы тебе было не все равно.

― Ну а мне нет. На самом деле я думаю, что тебе стоит с ней встречаться, кем бы она ни была. Желаю вам обоим всего наилучшего.

Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но он снова хватает меня за руку.

― Я знаю, что у тебя с ним что-то есть. Я видел, как он смотрит на тебя, как будто пытается запомнить тебя. Как будто он убьет меня, если я прикоснусь к тебе, хотя ты даже не его.

Или может я уже давно его.

Мои чувства вспыхивают, когда я думаю о том, как Рис смотрит на меня. Как будто он пытается запечатлеть меня в своем мозгу со всей интенсивностью и сосредоточенностью одержимого человека. Не удивительно, что это не ускользнуло от внимания Картера.

Он не очень-то деликатен, когда дело касается меня.

Но, наконец-то, ему это не нужно.

Я снова выдергиваю руку из захвата Картера и засовываю ее в карманы пальто.

― Это тебя больше не касается, так же как и меня. Забери свои вещи из моей квартиры до конца дня, я не хочу тебя больше видеть. Ты сам добрался сюда, я верю, что ты сможешь добраться обратно домой. ― Я говорю и начинаю уходить.

Останавливаюсь в нескольких шагах от него и оборачиваюсь к нему. Он все еще стоит перед скамейкой и смотрит, как я ухожу, нахмурившись.

Я не хотела, чтобы все закончилось именно так.

Я хотела, чтобы мы оба закончили, чтобы мы могли жить дальше как друзья. Может быть, этому и не суждено случиться, но я не хочу оставлять его с гневом или горечью в сердце.

― Береги себя, Картер. Удачи тебе во всем,