Развестись нельзя мириться - Ольга Белозубова

Я открыла рот, да так и закрыла. Сообщить то, что хотелось, не могла. Пришлось выдавать официальную версию, тем более что и Дуриан уже стоял в дверях.

— Ну-у-у, — развела я руками, — и сама не думала, просто когда поняла, что вот-вот выйду из машины и неизвестно сколько его не увижу, решила, что не хочу расставаться.

Я ожидала, что на мою голову обрушится молния за такую наглую ложь, но секунды шли, а небеса не спешили насылать на меня кару.

Лебедев, конечно же, всё слышал. Подошел, ласково приобнял. Я внутренне содрогнулась, но очень сильно постаралась не дернуться и не выказать отвращения внешне.

— И я решил, что не хочу жить без Алины, так что наши желания совпали. Да, милая?

Я проглотила внутренний рык и желание со всей дури наступить ему каблуком на ногу и лишь кивнула, улыбнувшись. Правда, улыбка больше походила на оскал, но Мария не заметила, заулыбалась, захлопала в ладоши.

— Я так за вас рада!

«Оскара мне, Оскара!» — печально подумала я.

— Ладно, девочки, оставлю вас. Думаю, вам есть что обсудить, а меня ждут дела.

«Оставит он, как же! Камеры свои и микрофоны забери, придурок!» — фыркнула про себя.

Дуриан вышел, а мы присели на диван.

Мария щебетала за двоих, делилась новостями. Мы обсуждали всё на свете, кроме того, что действительно меня волновало. Даже чаю успели выпить.

Через какое-то время она заговорщически подмигнула:

— Я тут посоветоваться с тобой хотела.

А потом полезла в сумку и достала оттуда журнал. Свадебный.

— У меня на примете несколько вариантов, а какой выбрать, не знаю. Поможешь?

Я была только рада отвлечься.

Платья, которые показывала Мария, оказались настолько роскошными и невероятно красивыми, что я даже руками всплеснула, представив ее в одном из таких нарядов.

— Я к этому склоняюсь. — Мария ткнула в платье-русалку.

И тут меня озарило: а если попробовать тыкать пальцами в нужные слова в журнале? Так и расскажу подруге, что меня тут насильно держат!

— Дай поближе посмотрю, — попросила журнал и сделала вид, что рассматриваю платье, даже страницу перелистнула на прошлое платье. Притворилась, что сравниваю, а сама бегала взглядом по строчкам очередной статьи о замужестве в поисках нужных слов.

— Смотри, — выдала я наконец и начала тыкать ноготком: сначала в слово «ты», «молчание», потом в «жених», «держит», «сила», «ты», «помогает», «родной дом».

Мне казалось, что четче объяснить уже и нельзя, тем более что была ограничена в выборе слов. Сердце забилось в ожидании, что Мария вот-вот всё поймет, кивнет. Главное — чтобы не выдала меня словом или жестом.

Но ее брови поползли вверх. Она помотала головой и сказала:

— Ничего не понимаю… Какой жен…

Тут я положила ладонь ей на руку, прерывая возможный поток слов. Она не поняла. Теперь главное — чтобы не выдала по неосторожности.

«И правда, глупо было ожидать, что человек, который считает, что у меня всё прекрасно, вдруг с ходу поймет: что-то не так».

Опасаясь, что меня мог раскусить Игорь, я сделала хорошую мину при плохой игре.

— Ну смотри же, — и снова ткнула в журнал, на этот раз в платье, — женственное такое. Однозначно этот вариант!

И улыбнулась как могла искренне.

Мария пристально на меня посмотрела. Прищурилась, изучая взглядом мое лицо.

— А что ты?..

Я махнула рукой.

— Не обращай внимания, пошутила неудачно.

Эх, как я в тот момент жалела, что не могла передавать сообщения силой мысли!

Мария нахмурилась, а потом пожала плечами.

— Ну… ладно. Скоро и ты такое примеришь, да? — вдруг выдала она, а я аж воздухом поперхнулась.

Замуж за Дуриана? От такой перспективы меня замутило в самом настоящем смысле этого слова. Я с силой вдохнула воздух ртом, чтобы отпустило.

И тут дверь гостиной открылась. Игорь метнул в меня взгляд, не обещавший ничего хорошего, повернулся к Марии.

— Мария, мне не хочется вас прерывать, но нам пора к врачу. Милая, ты же помнишь, что у нас запись? — А потом широко улыбнулся, будто засмущался, добавил: — Детей вот планируем…

Мария всплеснула руками:

— А мне ничего не сказала! — Она надула губки, посмотрела на меня и укоризненно покачала головой.

— Э-э-э, — пролепетала я и побледнела. — Так пока что только планы, потому и не сказала…

До меня дошло: врач — Дуриан собственной персоной, а запись… запись с камер слежения?! Неужели увидел мой маневр и догадался, что я хотела передать Марии сообщение? И пришел, чтобы наказать? Низ живота тут же скрутило в животном страхе.

«Нет, нет, нет!»

— Я пойду тогда, не буду вам мешать. — Мария подскочила, схватила сумку.

Пришлось встать и мне.

— Я всё равно еще с неделю точно тут буду. Увидимся еще.

Мы обнялись и вместе направились к выходу из дома, где ее ждала машина.

Когда дверь за Марией закрылась, Дуриан грубо схватил меня за руку и куда-то потащил.

Но мои ноги будто приросли к мраморному полу. Губы задрожали, руки тоже.

Он резко развернул меня к себе и рявкнул:

— Пошли, я сказал!

«Неужели всё понял?»

В памяти так не вовремя всплыла сказка о Синей Бороде. «Убьет, точно убьет!»

«Что делать?!» — пульсировала в голове одинокая мысль.