Белоснежка и три босса - Ирис Ленская

— И куда прикажешь тогда колоть лекарство?

Повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь свистящим дыханием Леонида. Я не собиралась отступать, надеясь, что в нём заговорит голос разума. И с облегчением выдохнула, когда услышала ворчливое:

— Не знаю, погугли. Куда хочешь, только не в задницу.

Какие мы нежные! А может, у него там татуировка? Ну, скажем, розочка или портрет Клаудии Шифер, Милен Фармер, Наоми Кемпбелл… Рикки Мартина…

Тряхнув головой, я взялась за телефон. Выяснилось, что можно сделать инъекцию и в верхнюю часть бедра.

— Будет больнее, сразу предупреждаю!

— Зато эффект тот же, — Леонид сбросил одеяло, неуклюже повернулся и приспустил пижамные штаны, обнажив небольшую полоску кожи. — Сюда коли.

Кхе-кхе, интимный, однако, момент. Но смущаться некогда. Я протёрла кожу спиртовой салфеткой и без предупреждения недрогнувшей рукой воткнула шприц.

Босс даже не пикнул. Вот это выдержка! Кремень!

— Готово, — я отвернулась.

А в ответ — тишина.

Обиделся, что ли? Интересный народ, мужики! Значит, сделать ему укол в ягодицу — срамота, а в бедро в десяти сантиметрах от причинного места — в порядке вещей… Где логика?

Или не обиделся… ох… а вдруг умер? Не перенес болевого шока!

— Спасибо, Ника, — прозвучал несколько сдавленный ответ, и Леонид зашёлся в кашле.

Я обернулась и схватила стакан с тёплым молоком.

— Пей скорее, — протянула боссу.

Он без возражений глотнул немного и сморщился:

— Тьфу, гадость какая!

— Не торопись, по глоточку, — я принялась уговаривать его, как маленького, но упрямец отрицательно мотнул головой.

— Забери это пойло!

— Возражения не принимаются, Леонид Борисович, — у меня проснулось желание связать его по рукам и ногам. Поиграем в ролевые игры?

Но тут зазвонил телефон, и босс передёрнулся, как от зубной боли.

— Поставь его на зарядку.

— Только если ты сделаешь ещё пару глотков, — видя, как у него вытянулось лицо, добавила, — ну пожалуйста! Ради меня.

— Шантажистка…

Глядя, как Леонид снова приложился к стакану, я взяла телефон и мысленно выругалась. На экране высветилась фотография улыбающейся во весь рот Нонки.

Вот кто ему названивает! Не дай бог пронюхает, что Лёня заболел, тут же примчится — как пить дать.

— Сейчас выпьешь парацетамол, опять весь горишь, — и с телефоном в руке я быстро вышла из комнаты.

***

В гостиной меня поджидала заинтригованная Леська:

— Ну, сделала укол? Леонид не сопротивлялся?

— Естественно. Куда ж он денется…

Я поймала восхищённый взгляд подруги.

— Укротила, значит, босса.

— Угу. Мне показалось, ему это даже понравилось.

— Ещё бы, наверное, приятно, когда девушка трогает тебя за обнажённое бедро.

Эм-м, она что, подслушивала?

Телефон в моей руке вновь завибрировал. И снова Нонка!

— Это чей такой? — подняла бровь подруга.

— Леонида, попросил поставить на зарядку.

— У меня такой же айфон последней модели. Давай заряжу.

— Держи, — я неохотно протянула его Леське. Меня так и подмывало взглянуть, стоит ли у босса фотография на моем контакте, но сделать это так и не решилась. — Слушай, если устала, полежи немного. Можно прямо здесь, на диванчике.

— Не, на бочок ещё рано.

В дверь позвонили, и я бросилась в прихожую. Ох, чувствую, весёлая предстоит ночка. Будем бодаться с больным до последнего.

Леонид опять заснул, я устроилась рядом в кресле, но сон не шёл, хотя уже был третий час ночи.

Сейчас, лёжа с закрытыми глазами, он казался умиротворённым. Исчезло сосредоточенное выражение с лица, разгладилась складка между бровями. Я наклонилась и осторожно провела кончиками пальцев по жёстким чёрным волосам, по его щетине, с трудом сдерживая желание дотронуться до губ… Я хорошо помнила, как он может целовать.

— Ты украл моё сердце, — прошептала неслышно, отстраняясь.

Ну да, я влюбилась окончательно и бесповоротно в своего строптивого начальника, и, похоже, ключик от сердца он мне уже не отдаст… Откинулась в кресле и попыталась унять сердце, которое бурно реагировало на близость этого мужчины.

Прошло ещё полчаса, мои веки уже начали слипаться, когда раздалось невнятное бормотание. Я подскочила и склонилась над Леонидом.

— Нет, я не успею… Отойдите от края… Вызывайте МЧС…

Он бредит?

— …Холодно… Очень холодно…

Я в смятении схватила градусник. Похоже, начался озноб, значит, температура будет расти. Дождавшись результата, я побежала за Киром.

Он дремал в кресле, вытянув длинные ноги. Тронула мужчину за плечо:

— Лёньке плохо, он бредит. Нам нужно ещё одно одеяло, если есть — электрическое!

Пока я судорожно искала в интернете советы, как снизить температуру, Кир ринулся на поиски одеяла. Вернулся с коробками в руках, в одной из них обнаружился электрический плед.

— Ещё не прошло четыре часа, рано пить жаропонижающее. Господи, что делать? Ума не приложу… — я взглянула на поднявшуюся с дивана Леську.

— Давайте попробуем уксусные примочки на лоб, — пробормотала она, протирая глаза.

А что, хорошая идея!

Мы с Киром бросились в спальню, а Леська — в кухню. Укрыли вздрагивающего Леонида, который продолжал бормотать одно и то же:

— Нас уносит, вызывайте МЧС…

— О чём он говорит? Ничего не понимаю, — вцепилась я в Кира.

— Даже не знаю, как сказать… — замялся он.

— Говори как есть! Что за тайны, чёрт возьми?

Он устало опустился в кресло и потёр ладонью лоб:

— Короче, не хотел я тебя расстраивать… Они, пока рыбачили, льдину оторвало. Ну, знаешь, — он отвел взгляд, — бывает так, лёд-то ненадежный, зима теплая. А их там полно было, человек семнадцать. В Ладогу потащила. Мужики, конечно, пытались перепрыгнуть через трещину, но поздно дернулись, зимняя одежда, то-сё, пока добежали, уже далеко оттащило.

Я вцепилась в спинку дивана, нервно сглотнув.

— С берега МЧС вызвали, народ запаниковал. Даже с вертолёта не сразу нашли, несколько часов кружили. Снять-то вроде всех сняли, о пропавших не заявляли. Но сама понимаешь… Мороз, ветер… Они там пока стояли, поморозились все.

Ах вот оно что! А я-то, дура, всё никак не понимала, как можно за два дня подхватить воспаление лёгких? Герой, значит, решил стать полярником. Зла на него не хватает!